Справа от нее возвышалась колокольня серой каменной церкви, которая дала название улице. Позади себя она слышала стук зубов Йена, заглушающий хруст его башмаков по тонкому насту. А напротив громоздился тесный ряд старинных домов, верхние этажи которых нависали над нижними, придавая им неустойчивый вид. Остановившись перед последним домом, острые углы и искривленная труба в торце которого делали его даже более шатким на вид, чем другие, Элис обернулась к Йену:
— Ты уверен, что мы найдем се здесь?
Парень пожал плечами, ежась от холода.
— Так сказали в Вулвестоне, госпожа, когда я спросил.
— Лучше б я поехала с тобой.
— Да, но актеры могли уйти из Ботри без нас, а одни мы бы не добрались сюда так легко, не подвергаясь опасности быть узнанными.
Он снова пожал плечами, не прекращая дрожать, и показал на синюю дверь в конце дома:
— Мне постучать?
Она кивнула, а когда дверь распахнулась, вскрикнула от облегчения и, всхлипывая, бросилась в объятия Джонет.
— Девочка моя! Мисс Элис! — Обнимая ее и смеясь, Джонет ввела ее в маленькую опрятную переднюю, не обратив ни малейшего внимания на Йена, пока он не вошел следом и не закрыл за ними дверь. При виде высокого рыжеволосого парня ее глаза расширились, и она оторвалась от Элис, стараясь принять достойный вид. Но она все равно не могла отвести глаз от своей госпожи и не могла скрыть радости вновь видеть ее.
Элис тоже широко улыбалась.
— Я боялась, что ты умерла, но в Вулвестоне Йену сказали, что ты здесь, у своей сестры.
— Это ведь тот здоровенный олух, Хью Гауэр, послал за Мэри, чтобы она забрала меня, — сообщила Джонет. — Он узнал, что у меня где-то рядом есть родня, и приказал одному из монахов, помогающих больным в деревне, разыскать ее. Мэри думала, что ей придется забирать труп, но за мной ухаживала знахарка, и я выжила назло старой ведьме. Ну проходите же и садитесь, вы оба. Мэри гордится настоящей гостиной с камином, да-да, и двумя спальнями наверху.
Они прошли за ней по узкому коридору в уютную гостиную, где, поняв, что присутствие Йена не означает, что сэр Николас или — явно более важное обстоятельство для нее — гигант Хью сопровождают ее любимицу, Джонет заставила Йена сесть на второй из двух табуретов в комнате. Только когда он нехотя подчинился, она поворошила угли в очаге и потребовала от Элис объяснить, как они оказались в Донкастере.
Элис послушно начала рассказ, но успела немного.
— Вы должны выйти замуж? — Джонет подозрительно сощурилась, услышав новость, и выпрямилась, забыв об огне. — И кого Тюдор выбрал для вас, можно спросить?
— Лорда Брайерли, родственника Стэнли.
— Ох нет!
— То же самое подумала и я, — ответила Элис, озорно подмигнув, — и поэтому решила покинуть Лондон.
— Но почему Донкастер? И кто сопровождал вас в пути, госпожа? Разумеется, вы бы никогда не поехали с ним одним! — махнула она на Йена, который неловко примостился на краешке табурета, как будто собирался удрать при малейшем намеке на ее неудовольствие.
Элис помедлила. Она не боялась Джонет и радовалась свыше всякой меры найти ее живой и здоровой, но не раз испытывала на себе ее темперамент и знала, что если Джонет разойдется, то остановить ее будет трудно. И конечно, Йен не защитит Элис, если Джонет станет браниться.
Джонет бросила взгляд на Йена, который старательно разглядывал свои башмаки, и снова посмотрела на Элис.
— Госпожа, вы же проделали весь путь не только чтобы увидеть старушку Джонет!
— Только для этого, — уверила ее Элис. — Вернее, я сначала думала, что ты умерла от лихорадки, но когда мы приехали в Ботри и Йен посетил Вулвестон-Хазард, он узнал, что ты не только здорова, но и живешь здесь, в Донкастере, с сестрой. Тогда нам показалось лучше всего ехать дальше, чтобы найти тебя, чем оставаться с… — Элис посмотрела на Йена, но он избегал ее взгляда, как и взгляда Джонет.
— Оставаться с кем? — спросила Джонет. — Вы хотите сказать, что действительно проделали весь путь с одним только Йеном!
— Нет, но боюсь, что ты не одобришь остальных моих спутников, хотя в их компании я находилась в совершенной безопасности, — с сожалением доложила Элис. — А правда в том, что мы присоединились к труппе бродячих актеров.
— Актеров? Вы имеете в виду простых менестрелей и жонглеров? — Джонет была потрясена. — Плясунов и актеров? Никогда!
— Но я говорю правду, — ответила Элис, уже улыбаясь. — Йен познакомился с одной из танцовщиц и убедил ее — у него есть удивительный талант убеждать девушек — тайно вывезти нас из Вестминстера с их караваном. Главный жонглер их труппы, мастер Бертран, выражал недовольство, как и ты, поэтому он тоже не знал, что мы едем с ними, пока не увидел нас в Аксбридже, иначе сразу же отправил бы нас назад в Лондон.
— Как вы могли путешествовать столько времени в такой низкой компании!
— Больше того, я научилась помогать одному из жонглеров, а Йен ухаживал за животными, чтобы отработать наше содержание. Честно говоря, это был лучший выход из положения. Если бы кто-то стал разыскивать нас, они бы запутались, потому что мы не поехали по Большой северной дороге, а сначала отправились в Оксфорд, потом в Ковентри, Лестер и Дерби, прежде чем переправиться через Трент в Ноттингеме.
Элис умолчала о том, как ей нравилось проводить время с актерами. Чувствовать себя свободной от ограничений, окружавших ее всю жизнь, общаться с людьми, которые живут простой жизнью и наслаждаются простыми радостями, стало для нее просто блаженством, но Джонет не поняла бы ее.
— Когда актеры остановились на два дня в Ботри, Йен съездил в Вулвестон. Тогда он и узнал, что ты здесь.
Джонет нахмурилась.
— Значит, вы сбежали от Тюдора, да? Спаси нас Бог, только бы вы не навлекли его гнев на нас всех.
— Да с чего бы? Актеры решили отправиться в Йорк и пробыть там до Пасхи, а я надеялась, что мы сможем остаться здесь с тобой. Йен говорит, что в Вулвестоне все еще солдаты, так что мы не можем поехать туда, но я уверена, что с удовольствием оказалась бы снова в комфорте, к которому привыкла с детства.
— Уж в этом я ручаюсь, — улыбнулась Джонет. — Вы останетесь здесь, вы оба, хотя дом, конечно, маленький. Я могу спать с Мэри, а Йен устроится в сарае у ледника вместе с нашим Дэйви.
— Дэйви здесь?
— Да, а вы не знали?
— Нет. Честно говоря, если я вообще вспоминала о нем, то думала, что он либо погиб, либо с Роджером в Лондоне.
— Дэйви сказал, что ваш брат жив, но Вулвестон уже покинул Ноттингемшир, иначе я послала бы с ним весточку вам, что со мной все в порядке. Но вы видели его, я так понимаю?
— Да, хотя свидание не принесло мне ничего хорошего. Он даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь мне. Но почему Дэйви не с ним? Он ведь не был ранен при Босворте или позже, ведь нет?
— Нет, госпожа, но лорд Вулвестон боялся, что нашего Дэйви не простят, и поэтому не взял его с собой, когда уехал в Лондон присягать в верности Тюдору.
Голос Джонет звучал ровно, но Элис тем не менее почувствовала ее неодобрение и поморщилась.
— Не могу понять, почему Роджер так послушно подчинился. Правда, таким образом он сохранил Вулвестон и свой титул. И многие другие сделали то же самое, включая сэра Лайонела Эверингема и сэра Джеймса Тирелла, который считался одним из самых стойких йоркистов. Но Ловелл не покорился.
— Нет, только не он. — Лицо Джонет выдало ее.
— Ты видела его! — воскликнула Элис. — Я слышала, он жив, Роджер сказал, что он прячется. Где он?
Искоса взглянув на Йена, Джонет нахмурилась и промолчала.
Элис рассмеялась:
— Йен не выдаст его. Он предан мне, а значит, и моим друзьям, так ведь, Йен?
— Да, госпожа.
— Несмотря на его верность, — твердо сказала Джонет, как часто говорила маленькой Элис, — я не могу тебе ничего сообщить. Может быть, когда вернется Дэйви, он решит сказать больше. Ну а сегодня такой день, такой день… Я пошлю за элем, чтобы согреть вас.
И хотя Элис несколько раз пыталась вернуться к теме Ловелла, Джонет уклонилась от разговора. Она только сокрушалась о предстоящей свадьбе Элис. А поскольку Элис отмалчивалась, разговор зачах.
Дэйви Хокинс, прибывший наконец, чтобы поужинать, оказался более общительным, потому что не только с готовностью признал, что Довели находится неподалеку, в Йоркшире, но и согласился передать, что Элис хочет встретиться с ним. Дэйви, крепкий жилистый мужчина, такой же практичный, как его сестра, не стал тратить слов на споры, а сказал, что сразу же сообщит Ловеллу.
— Ты думаешь, он согласится встретиться со мной? — спросила Элис. — Дело очень срочное.
— Не знаю. Вам придется подождать здесь, пока я поговорю с ним.
— Когда?
— Когда я найду его.
Он больше не сказал ничего, и Элис пришлось смириться. Он доел свой ужин и ушел. Элис с Йеном провели вечер, прощаясь с попутчиками-актерами, а потом перенесли свои скудные пожитки в дом на Керк-гейт.
Через два дня, когда Элис, Йен и Джонет вернулись из церкви после утренней службы, они застали Дэйви и еще одного мужчину, поджидающих их в маленькой гостиной. Последний, одетый в рваную рубашку, штаны и грязный кожаный камзол, нахлобучил на голову большую шляпу и все равно не смог убрать под нее свои косматые волосы, свисавшие на лицо. Отпустив Йена, Элис приветствовала Дэйви.
— Ты нашел его? — спросила она. — Он встретится со мной?
К ее удивлению, ей ответил второй из мужчин:
— Он встретится с вами, мадам. — И добавил:
— Наедине. Дэйви, взяв Джонет за руку, вывел ее из комнаты, оставив Элис с незнакомцем. Когда мужчина снял шляпу и откинул назад волосы, она узнала в нем Ловелла собственной персоной и поспешила присесть в реверансе.
— Милорд, прошу прощения. Я не узнала вас.
Ловелл улыбнулся, и она мгновенно почувствовала его обычное очарование. Тридцатилетний мужчина, он оставался привлекательным даже в крестьянской одежде. Жестом предложив Элис сесть, Ловелл обратился к ней: