седки, и неизвестно, чем бы это закончилось, если бы вовремя подоспевшие воины не сумели растащить озверевших женщин.
Принц опомнился, лишь когда понял, что уже стоит посреди двора, а вокруг молча толпятся его товарищи. Кто-то осторожно потянул у него страшный сверток, и Дьерджес рассмотрел рядом скамью, на которой должен провести эту ночь усопший, чтобы все друзья могли с ним попрощаться. Осторожно опустил сверток на жёсткое дерево и, отвернувшись, побрёл прочь. Ему нужно было хоть несколько минут побыть одному.
– Дьер, – тихо окликнул его мальчишеский голос, – я понимаю, такое горе… но пока инлинки обо всем не узнали, нужно устроить обыск.
Принц постоял несколько секунд, покачиваясь, как пьяный, затем резко развернулся и пошёл назад. Улийрас сто раз прав, сейчас не время предаваться горю и раскаянью.
Через минуту крепость наполнилась неслышным для человечьего слуха свистом, собирая всех свободных воинов. Дьер не стал переносить штаб в помещение, стол и стул для него поставили недалеко от скорбной скамьи, и небольшие отряды воинов, прежде чем отправиться в очередное жилище, несколько секунд стояли возле неё. Чтобы прочувствовать во всей полноте, чем может закончиться это задание в случае их небрежности.
А ещё через полчаса начали поступать первые трофеи, и все были поражены их количеством. И сообразительностью соотечественниц, догадавшихся разбавить имевшиеся у них духи винной перегонкой, изобретением этого мира. Использовавшейся инлинами лишь в технических целях да для изготовления натираний от простуды. И свободно стоявшей почти в каждом доме.
Когда совсем стемнело и маги повесили над столом и скамьей свои светильники, во двор крепости вышел Вайдильс. Постоял возле скамьи, посмотрел издали на деловито раздающего приказы брата и молча направился назад. Улир, вместе со своими друзьями неприметно наблюдавший за происходящим, нацарапал на листке несколько слов и, скрутив трубочкой, сунул соседу.
– Срочное сообщение для старшего принца.
– Вайдильс, – Второй догнал брата уже у крыльца, – не вини себя, это я виноват. Подслушал планы Нэрджи и её подруг и решил, что мне хватит нескольких воинов, чтобы с ними справиться. Откуда я мог знать правду про эти проклятые духи! Идём, посидим… поговорим?
– Не нужно, Дьер. Ты обойдёшься и без меня. И не переживай, я не пойду прыгать в пропасть. Ты знаешь, что у нас тоже делали обыск?
– Исключений не делали ни для кого, – буркнул Дьерджес, сам инструктировавший отряд, отправленный в комнаты Вайдильса.
– Значит, тебе известно, что у Лиизии тоже были эти флаконы, – горько хмыкнул Третий, и Дьер только вздохнул.
Они были у всех женщин, живущих в крепости, за небольшим исключением. И он прекрасно понимал, почему. В деревне слишком тесно и слишком много народу, чтобы можно было развернуть масштабную операцию по разведению содержимого последних драгоценных флаконов и разливу полученных духов в бутылочки всех видов. А вот крепость подходила для этого идеально, потому и поторопились задумавшие переворот инлинки найти себе мужей именно здесь.
И он, Дьер, славящийся своей бдительностью и осторожностью, попался в ловушку Нэрджи, как последний деревенский лопух.
– Но она ничего не знала об их планах, это одна из подруг попросила взять корзинку на хранение, – ещё тише выдохнул Вайд, и Второй внезапно на него рассердился.
– Третий, неужели ты решил, будто я начну наказывать женщин? Тех, кто виновен, больше всех припугну, а как иначе? И указ издам, его уже пишут. Но только для того, чтоб они по глупости не развалили всё, что мы хранили столько лет. Так что иди, успокой жену, завтра мне понадобится твоя помощь. Не думай, что я позволю тебе сидеть у очага.
– Да я и сам не собирался… – Вайдильс не договорил, ошеломлённо уставясь куда-то за спину второго.
– Так что здесь происходит, объяснит мне кто-нибудь, или нет? – в наступившей тишине знакомый голос слышен был, кажется, во всех уголках крепости.
– Отец? – неверяще уставился Дьер на высокую фигуру, застывшую у погребальной скамьи. – А он-то что здесь делает?! И где Дисси?!
Глава 11
Что колдунья радовалась не зря, Дисси поняла, едва выпав из портала и бросив по сторонам быстрый взгляд. Тёмные, прокопчённые своды то ли избы, то ли пещерки, маленькое оконце в дальней стене. И грубая решётка, перегородившая проход в ту сторону. Шпионки уже скользнули в угол и притихли там, только глазёнки насторожённо поблескивают, а Улидат стоит посредине, и по её расслабленной фигурке непосвящённому никогда не понять, на что она сейчас способна.
Оказалось – на многое. Колдунья, решившая сэкономить на отдельном портале, появилась почти рядом с Дисси и сразу махнула рукой, намереваясь повторить трюк, показанный на пляже. Перенос на короткое расстояние. Это знахарке подруга объяснила чуть позже, а в тот миг Дисси успела заметить лишь смазанную тень, короткий всхлип и оседающее на грязный пол тело. Колдуньи. А Улидат с ловкостью, которую можно было ожидать только от Бини, мгновенно проверила карманы и пояс недоброй хозяйки и сняла с её рук и шеи все обереги и амулеты. Королеве осталось лишь восхищённо и озадаченно вздохнуть, это сколько же ещё скрытых способностей таится в такой хрупкой на вид девушке?!
– Этих тут оставим? – отпирая найденным ключом огромный замок, оглянулась куэлянка и, поймав взгляд Дисси, польщённо ухмыльнулась.
Приятно, когда тобой восхищаются, и не кто попало, а старшая сестра. Для Улидат давно не имеет значения, что своих настоящих родителей и сестёр она даже по имени не знает. Таков уж закон школы Анжийту, выбрав ученика, его лишают и имени, и индивидуальных особенностей внешности, и части памяти. Чтобы никто не сумел им потом манипулировать, и ничто не встало на пути к выполнению задания.
Зато, уйдя от клана Анжийту, Улидат задумала выбрать себе родственников сама. Тех, кто будет соответствовать её собственным понятиям о чести. А если найдёт таких, то будет верна им до последнего вздоха. И теперь в глубине души искренне верила, что это боги и провиденье подтолкнули её на путь, приведший в большую семью сразу из шести сестёр. Принявших девушку без расспросов и сомнений, как равную, как достойную давать советы и принимать их заботу.
– Детей лучше забрать, – с сомнением оглядев камеру и подростков, сжавшихся на грязных дерюжках, прикрывавших клочки перемятого сена, постановила знахарка. – Эй, девчонки, выходите-ка оттуда.
– Мы не девчонки, – неожиданно заявил явно мальчишеский голос.
– Всё равно выходите, – строго прикрикнула Дисси, хотя на губы так и рвалась грустная улыбка.
Как ни ломала она заранее голову, но даже представить не могла, как тут все плохо. Надеялась, что конфликт у них ещё в самом начале… а как поступать в таком запущенном случае, и понять пока не может. Вся надежда на крестьянскую смекалку.
Шпионы осторожно прошмыгнули мимо куэлянки и застыли в растерянности. Вот теперь, при свете разгорающегося за окошком погожего денька, Дисси сумела разглядеть их получше. И действительно, второй подросток оказался парнишкой, хотя одеты они были одинаково. Ветхие до невозможности и засаленные до неприличия свободные штаны чуть ниже колен, с рваной бахромой по краям и такие же затёртые туники без рукавов. И всё явно с чужого плеча, уж слишком свободное, да и по длине чуть не до колен. У девчонки туника подпоясана какой-то бечёвкой, а у парнишки через плечо висит сума, явно самостоятельно сшитая из дерюжки.
– Долго ты будешь нас разглядывать? – враждебно фыркнул шпион, заметив изучающий взгляд знахарки.
– А я вас и не разглядываю, – охотно откликнулась она, чувствуя, как от жалости и сострадания сжимается сердце, – я сейчас задачку решаю.
– Какую? – поймался на простую уловку парень.
– Сразу вас накормить или всё-таки вначале найти, где можно умыть.
– Шутишь, – ехидно прищурился парень, – нечем тебе нас кормить.
– Мне, может, и нечем, зато у нашей хозяюшки угощенье приготовлено, – насмешливо фыркнула Дисси, направляясь к длинному сундуку, стоящему у стены и, судя по всему, служащему колдунье кроватью. – Ули, там от сундучка ключей не было?
– Посмотрим, – скользнув мимо, пообещала куэлянка, успевшая за это время запереть решётку и бегло осмотреть помещение, – всё, открыла.
– Так, посмотрим, чем нас угощать собирались, – безошибочно сдернула знахарка кусок полотна. – О, вполне достойный колдуньи завтрак, держи, Ули.
И она начала бесцеремонно доставать из сундука свёртки и горшочки, старательно делая вид, что не замечает огромных от изумления глаз детей.
– А вот и одежда… хм, по-моему, как раз по размеру, – встряхнула королева почти новыми и совершенно чистыми туниками. – А вот и штаны, ну что, умоетесь или прям так надевать будете?
– Умоемся, – подала голос девчонка, – а ты точно не шутишь?
– Никогда не имела такой вредной привычки, насмехаться над детьми, – возмутилась Дисси. – На, держи чистые вещи, а мы пока стол накроем.
Она и действительно накрыла давно не скобленный стол куском нового полотна и, не обращая внимания на любопытные взгляды шпионов, неторопливо плетущихся к неказистой дверце, начала разворачивать свертки. Эльфийской диеты колдунья явно не придерживалась, толстый ломоть копчёного окорока свидетельствовал свежим срезом, что его сегодня уже ели. И крынка с маслом была почата, да и мёд в горшке уже не под горлышко. В очередном свёртке обнаружилась надрезанная коврига свежего хлеба, а в корзине какие-то печёные корнеплоды, немного напоминающие брюкву.
Ловко и привычно знахарка нарезала хлеб и мясо, почистила овощи и нашинковала их в большую плошку. А сверху добавила ложку масла и хотела было положить ещё одну, да не решилась. Слишком худы и бледны её соглядатаи, наверняка живут впроголодь. Нельзя им сразу слишком жирное, не выдержат непривычные желудки.
– Чего остановились, подходите ближе, – не оглядываясь, предложила подросткам, почуяв запах дешёвого мыла и мокрых волос, и, резко обернувшись, всплеснула руками: – Ох я и недогадливая! Там, небось, и полотенец-то нет?