благо, а тогда, когда не исполняется то, чего больше желает предписывающий.
Таким образом, различным степеням предписания должны соответствовать различные степени неповиновения. Ведь то неповиновение, в котором наличествует презрение к предписанию Бога, по самой природе неповиновения является более тяжким грехом, чем согрешение против человека, если только последнее не является неповиновением Богу (это следует иметь в виду, поскольку тот, кто грешит против ближнего, чинит наперекор заповеди Бога). И чем более значимо презираемое божественное предписание, тем тяжче и сам грех. Неповиновение, которое предполагает презрение к предписанию человека, менее тяжко, чем грех презрения к человеку, который его предписал, поскольку почитание предписывающего обусловливает и почитание его предписания. И точно так же тот грех, который непосредственно заключает в себе презрение к Богу, например, богохульство и тому подобное (даже если мы мысленно отделим неповиновение от греха), является более тяжким, чем грех, предполагающий презрение только к заповеди Бога.
Ответ на возражение 1. Приведенное Самуилом сравнение справедливо не с точки зрения равенства, а с точки зрения сходства, поскольку неповиновение побуждает к презрению к Богу подобно тому, как это делает и идолопоклонство, хотя последнее побуждает сильнее.
Ответ на возражение 2. Не каждое неповиновение является грехом против Святого Духа, но – только то, к которому добавлено упрямство. В самом деле, грехом против Святого Духа является презрение не ко всякому препятствию к греху, иначе грехом против Святого Духа было бы презрение к любому благу поскольку любое благо может служить препятствием к совершению человеком греха. Грех против Святого Духа состоит в презрении к тем благам, которые непосредственно обусловливают раскаяние и освобождение от грехов.
Ответ на возражение 3. Первым грехом нашего прародителя, от которого сделались грешными люди, было не неповиновение, если рассматривать его как особый грех, а гордыня, которая привела человека к неповиновению. Поэтому апостол в приведенных словах, похоже, рассматривает неповиновение как то, что относится к любому греху.
Вопрос 106. О БЛАГОДАРНОСТИ, ИЛИ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ
Теперь мы исследуем благодарность, или признательность, а также неблагодарность. В отношении благодарности будет рассмотрено шесть пунктов: 1) является ли благодарность особой и отличной от других добродетелью; 2) кто должен более благодарить Бога, невинный или кающийся; 3) обязан ли человек всегда благодарить за человеческую помощь; 4) можно ли откладывать благодарность; 5) должно ли соизмерять благодарность с полученной пользой или расположением подателя; 6) нужно ли воздавать больше, чем было получено.
Раздел 1. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ БЛАГОДАРНОСТЬ ОСОБОЙ И ОТЛИЧНОЙ ОТ ДРУГИХ ДОБРОДЕТЕЛЬЮ?
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что благодарность не является особой и отличной от других добродетелью. В самом деле, наибольшие блага мы получили от Бога и своих родителей. Но почести, которые мы взамен воздаем Богу, связаны с добродетелью религии, а почести, которые мы воздаем родителям, связаны с добродетелью благочестия. Следовательно, благодарность, или признательность, не отличается от других добродетелей.
Возражение 2. Далее, согласно Философу, пропорциональное воздаяние принадлежит направительной правосудности[653]. Но целью благодарения как раз и является воздаяние. Поэтому благодарение, которое относится к признательности, является актом правосудности. Следовательно, благодарность не является особой и отличной от других добродетелью.
Возражение 3. Далее, как говорит Философ, признательность за полученную выгоду необходима для сохранения дружбы[654]. Но дружба связана со всеми добродетелями, поскольку является причиной того, что человека любят. Следовательно, благодарность, или признательность, посредством которой надлежит воздавать за полученные выгоды, не является особой добродетелью.
Этому противоречит следующее: по мнению Туллия, благодарность является особой частью правосудности.
Отвечаю: как уже было сказано (II-I, 60, 3), природа долженствования зависит от различия порождающих долг причин таким образом, что большее всегда включает в себя меньшее. Затем, причина долженствования обнаруживается в первую очередь и по преимуществу в Боге, поскольку Он является первым началом всех наших благ; во вторую очередь она обнаруживается в отце, поскольку он является ближайшим началом нашего порождения и воспитания; в третью очередь она обнаруживается в том, кто по своему достоинству превосходит остальных, поскольку он является источником основных видов пользы; в четвертую очередь она обнаруживается в благодетеле, поскольку от него мы получаем особую и частную пользу, в связи с чем мы особым образом ему и обязаны.
Итак, коль скоро наш долг перед Богом, отцом или тем, кто по своему достоинству превосходит остальных, отличается от нашего долга перед благодетелем, от которого мы получаем некоторую частную пользу, из этого следует, что после религии, посредством которой мы воздаем должное почитание Богу, благочестия, посредством которого мы почитаем наших родителей, и почести, посредством которой мы почитаем людей, по своему достоинству превосходящих остальных, идет благодарность, или признательность, посредством которой мы воздаем должное нашим благодетелям. И она отличается от вышеперечисленных добродетелей точно так же, как каждая из них отличается от предшествующей, уступая ей.
Ответ на возражение 1. Как религия превосходит благочестие, точно так же она превосходит и благодарность, или признательность, поскольку вознесение благодарений Богу, как было показано выше (83, 17), является одной из тех вещей, которые относятся к религии.
Ответ на возражение 2. Пропорциональное воздаяние принадлежит направительной правосудности в тех случаях, когда речь идет о законном долженствовании, например, когда по договору столько-то нужно отдать за столько-то. То же воздаяние, которое принадлежит добродетели благодарности, или признательности, связано с моральным долгом и воздается добровольно. Поэтому, как замечает Сенека, в благодарении тем меньше благодарности, чем более оно вынуждено[655].
Ответ на возражение 3. Поскольку истинная дружба основана на добродетели, то все, что противоречит добродетели друга, препятствует дружбе, а все, что в нем добродетельно, побуждает к дружбе. Поэтому дружба сохраняется возданием за выгоду, хотя само воздаяние за выгоду принадлежит добродетели благодарности.
Раздел 2. ДОЛЖЕН ЛИ НЕВИННЫЙ БЫТЬ БОЛЕЕ БЛАГОДАРНЫМ БОГУ, ЧЕМ КАЮЩИЙСЯ?
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что невинный должен быть более благодарным Богу, чем кающийся. В самом деле, чем больший дар кто-либо получает от Бога, тем больше он должен возблагодарить Его. Но дар невинности превосходит дар восстановленной правосудности. Следовательно, похоже на то, что невинный обязан быть более благодарным Богу, чем кающийся.
Возражение 2. Далее, человек должен не только быть признательным своему благодетелю, но и любить его. Так, Августин говорит: «Кто из людей, творений немощных, может приписать самому себе целомудрие и невинность так, как если бы он мог любить Тебя тем меньше, чем меньше нуждался в Твоей любви, посредством которой Ты отпускаешь грехи тем, кто обратился к Тебе?». И далее он продолжает: «Пусть же он ещё в большей мере возлюбит и возблагодарит Тебя, когда увидит, от скольких напастей и грехов Ты его уберег»[656]. Следовательно, невинный обязан благодарить больше, чем кающийся.
Возражение 3. Далее, чем продолжительнее даруемая польза, тем большей должна быть и благодарность за нее. Но польза божественной благодати более продолжительна в невинном, чем в кающемся. Так, Августин говорит: «Своей благодатью, Господи, любовью Своей Ты растопил грехи мои, как лед. От скольких злодеяний Ты удержал меня, бескорыстно готового на любое злодеяние! И я свидетельствую: Ты отпустил мне и те грехи, которые я соделал, и те, от коих Ты меня уберёг»[657]. Следовательно, невинный обязан быть более благодарным Богу, чем кающийся.
Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Кому много прощается, тот много любит»[658] (Лк. 7:47). Следовательно, по той же причине он обязан быть и более благодарным.
Отвечаю: благодарность со стороны получателя должна быть адекватной дарованному благу со стороны подателя, и потому чем большим является дарованное благо со стороны подателя, тем большей должна быть и благодарность со стороны получателя. Затем, дарование блага есть нечто, даваемое «безвозмездно», и потому со стороны подателя дарованное благо может быть большим в двух отношениях. Во-первых, по причине количества данного, и в этом отношении невинный должен быть благодарным больше [чем кающийся], поскольку в абсолютном смысле он получил от Бога больший дар, а еще, при прочих равных условиях, и более продолжительную дарованную пользу. Во-вторых, о дарованном благе можно говорить как о большем потому, что оно дается в большей степени беспричинно, и в этом отношении кающийся должен быть более благодарным, чем невинный, поскольку он получил от Бога в большей степени беспричинный дар (ведь вместо заслуженного наказания он обрел благодать). Таким образом, хотя в абсолютном смысле дар, полученный невинным, является большим, однако относительно него больший дар получает кающийся, что подобно тому, как малый дар, полученный бедным, для него значит больше, чем для богатого значит полученный им большой дар. И поскольку действия совершаются относительно единичностей, то в том, что касается действий, в первую очередь, как замечает Философ, исследуя произвольное и непроизвольное