Странное дело, они ехали домой, можно было радоваться, но в эти последние мгновения на Сунгире мальчику стало грустно, его охватило ощущение, что так, как было, больше никогда, никогда не будет. Конечно, можно снова приехать сюда, можно увидеть тех же ребят, то же место, и все-таки это будет немножко не так, как было. Это лето его жизни ушло безвозвратно и в то же время осталось с ним навсегда.
Пора было прощаться с Олегом Николаевичем.
- Жду вас в гости в Москве! - пригласил он Краева. Алеше, как взрослому, пожал руку: - Расти здоровым, археолог. Это главное. Большого тебе пути!
"Интересный этот Олег Николаевич, - подумал Алеша, - все у него главное: и цель главное, и эврика, а теперь вот здоровье. Поди разберись, что главнее всего!"
Они постояли молча перед свободной теперь поляной, где свежий ветерок гулял на просторе, наполняя, как парус, одинокую профессорскую палатку, но, крепко привязанная к земле, она только вздрагивала под сильными порывами.
Пора! Отец и сын вскинули рюкзаки на плечи, надо торопиться - время не ждет, да и электричка тоже.
- Счастливого пути! - пожелал профессор. - А мы еще останемся ненадолго, поработаем... Видишь ли, Анатолий... - хотел было что-то сказать Олег Николаевич, но махнул рукой, мол, потом.
Орешник, дальний синий лес, сизая река словно кивнули Алеше издали на прощание.
...Дома "мальчишек" ждали Маша и мама. Как же хорошо снова быть всем вместе! Первым делом сравнили загары, получилось, что Алеша с папой загорели даже больше, чего Маша не могла ему простить.
- Море синее-синее-пресинее, - хвалилась маленькая морячка - Мы персиками, яблоками объедались.
- А хобот мамонта ты пробовала? Мы в экспедиции каждый день ели, - не сдавался Алеша, нисколько не смущаясь явным преувеличением.
- Мы с мамой камешки, ракушки собирали!
- Мы с папой древнего человека нашли!
- Подумаешь! Ничего особенного! - надула губы сестрица.
- Очень даже особенное. Настоящее научное открытие. Без нас его не было бы!
- Без тебя?
- Да вот, и без меня тоже! Без профессора, без папы, без Начарова, в сердце которого живет эврика!
- Чего-чего?
- Эв-ри-ка! Разве ты поймешь? - махнул рукой Алеша, собирая в портфель учебники.
В школе за ним табуном ходили мальчишки, все просили рассказать, какой на вкус хобот мамонта, какая такая сайга, с какими известными учеными он встречался.
Решили организовать вечер "Как ты провел лето?", где Алеша все про Сунгирь расскажет.
Отец похвалил затею и обещал показать на вечере цветные диапозитивы о Сунгире.
Готовились всем классом. Толик, первый Алешин друг и приятель, светловолосый, полноватый, за что его и прозвали Кубышкой, привел в порядок в классном музее стенд с орудиями первобытных - кремневым наконечником, ножом, топором. Все укрепил на фанере и подписал таблички: что где найдено, кем. Боря взялся оформить коллекцию ракушек, окаменевших растений: фосфоритный пласт, на котором теперь работал завод в их поселке, когда-то был мелководьем. Море ушло, моллюски, водоросли окаменели, и время сделало из них ценное удобрение.
Анатолий Васильевич, как начальник заводской лаборатории, попросил сотрудниц собрать образцы пород фосфоритной руды.
Лучше всех в классе рисовал, конечно, Эдька, и ему поручили нарисовать древний пейзаж с болотистой тундрой и стадом оленей на переднем плане. Когда он принес рулончик белой бумаги и развернул - все ахнули, как было похоже.
Вечер удался на славу. Анатолий Васильевич и Алеша едва успевали отбиваться от вопросов. Отца выручил многолетний опыт археолога-любителя, знатока окрестностей, а сына - неудержимая фантазия. Всем так понравилось, что решили собраться вновь и назвать свой краеведческий клуб "Сайга".
После вечера Маша страшно расстроилась, дома забилась под папин письменный стол и горько заплакала. Сколько ни вытаскивал ее оттуда Алеша, сестрица не шла и причину тоже не говорила. Еле-еле удалось ее оттуда вытащить.
- М-меня ту-да можно? - все еще всхлипывая, проговорила наконец Маша.
- Куда туда?
- Куда вы ездили, в экспедицию...
- Вот ты о чем? Глупышка, конечно, можно. Только, понимаешь, ты никому не скажешь?..
- Что ты, что ты! Никому-никому!
- Понимаешь, там, на Сунгире, мы, я и Светланка, была такая с черными волосами, договорились быть сильными, как охотник Байо, меткими и смелыми, как мудрый Арч. Понятно? Ну, как древние люди?
- "Быть сильными, как охотник Байо, меткими и смелыми, как мудрый Арч", - повторила, как эхо, Маша. - Как интересно, Алеша!
- Тише ты! Мама услышит! Сама подумай, ну, какая ты сильная, если тебя каждый мальчишка догонит?
- Я научусь, Алеша, обязательно научусь, только возьми меня с собой на твою лыжню.
- Ладно. Слушай, вот как ты думаешь, что такое "быть смелым"?
- Это... когда, ну... это... - Подняла черные, как спелые вишенки, глаза Маша. - Это когда ты не испугаешься спрыгнуть с крыши нашего сарая.
- Смешная!
- Ну, тогда со школьной ограды?
- Вовсе нет, не в этом дело: смелый - это когда в каком-то деле человек первый, понимаешь?
Маша ничего не понимала.
- Вот ты считать не любишь, значит, математики боишься!
- Сам ты боишься, - обиделась сестренка. - Ты-то какой смелый - по письму одни тройки...
- Правильно. Но ты заметила, что я каждый вечер читаю и пишу по полстраницы? Вот увидишь! Так натренируюсь, одни пятерки пойдут. Только, чур, молчок! Тайну мудрого Арча не выдавать!
...Дверь хлопнула, послышались шаги. Это мама с работы.
- Эх, и тяжелый был сегодня день, детвора! "Забивали" в план одну цифру, а она никак не лезла.
Алеша не раз думал, что работа у мамы какая-то непонятная, из двух слов состоит: "экономист-плановик". То она цифры в план "вколачивает", то с бумажками борется, как один рыцарь (позабыл его имя!) с ветряными мельницами боролся. Но все равно на мамином отделе весь завод держится: какие завтра привезут машины, сколько для них людей потребуется, сколько удобрений завод получит за пятилетку - все ей быстрее всех известно!
Устает, конечно, страшно, и ужин, бывает, нет у нее сил готовить. Поэтому они с Машей уже давно научились чистить картошку без единого глазка, варить вермишелевый суп, кипятить чай.
"Обедали? - конечно, спросит их мама, как обычно. - Здоровы ли?"
- Обедали? - так точно и спросила она, вымыв руки.
- Нет еще, не ели, тебя ждем, - как можно солиднее пробасил Алеша. Сегодня у нас хобот мамонта по-сунгирски, эх, и мясо получилось, мам!
Володина наука - уметь самому сготовить себе пищу - не пропала даром. Да и сам Алеша пришел к выводу, что познания в кулинарии необходимы настоящему путешественнику, и археологу, конечно, тоже.
...Румяный от первого морозца вернулся с работы отец. Снежинки таяли на его пушистой шапке, каракулевом коричневом воротнике. Алеша по глазам понял, что у отца прекрасное настроение: значит, его лаборатория выполнила важное задание в срок.
- Пляши, сынок, сегодня у нас с тобой радость. Телеграмму от Олега Николаевича получил - представляешь, второе погребение на Сунгире!
Отец с сыном схватились за руки и заплясали, как летом в кругу у костра.
- И я, и я, - прицепилась к ним Маша.
- Что стряслось? - выглянула из другой комнаты мама.
- Мамуля! Второе открытие на Сунгире! Я только что получил телеграмму от профессора.
- А я-то думала: второе открытие Америки. Что же, доченька, поздравим наших ученых-археологов!
Маша долго трясла папину и Алешину руки, изображая главного поздравляющего. Решили тут же отправить профессору в Москву телеграмму из двух слов: "Поздравляем! Краевы". А потом, как только появится возможность, самим съездить к профессору, увидеть все своими глазами.
Недели через три после этого события маму ждало новое "открытие": в дневнике сына в графе русский язык она обнаружила в среду и четверг две пятерки. Что бы это значило? Дочь вернулась из школы сияющей - контрольную по математике тоже написала на пять.
- Папа, ты ничего не заметил? Уж не в космонавты ли записались наши дети?
- В космонавты, может, и нет, - потер руки Анатолий Васильевич, - а вот цель у них появилась - это точно, хотя какая, не знаю. Отсюда и все перемены, убежден в этом. Иначе хоть сто раз подряд говори и дома, и на уроке: "Не вертись, не отвлекайся, думай, учи уроки", - из этих слов мало что выйдет. Когда у человека появляется цель, смысл его жизни, все идет по-другому. Прошу тебя, мамочка ласковая, не пытай деток раньше времени: сами все расскажут.
После школьных соревнований по лыжам Алеша принес домой мясорубку приз за первое место. Маше, правда, ничего не досталось, но с тех пор она увязывалась за братом постоянно, и скоро он уже не представлял себе прогулки на лыжах без ее старательного сопения сзади.
- Алеша, тебе сегодня письмо! - показала мама на пухлый конверт на столе.
Щеки сына вспыхнули, он схватил конверт и скрылся в другой комнате. Тайны, первые тайны...
Писала Оля. Писала много, подробно обо всем, что было на Сунгире после их отъезда.
Обнаружив первые признаки нового погребения, прокопали разведочные траншейки с четырех сторон и везде натыкались на кости ног. Сколько же ног у этого человека? Где голова? Оказалось, что это было погребение двух подростков, которые лежали голова к голове, ноги в противоположные стороны, руки вдоль тела. Оля сообщала и про самое невероятное: по словам профессора, были найдены цельные копья, сделанные из бивня мамонта. Снова нашли фигурку лошадки, на этот раз на груди у мальчика, значит, она действительно была амулетом древних людей, которые жили на Сунгире тысячелетия назад.
Алеша по три раза перечитывал каждую строчку, очень жалея, что все это произошло без него. Как все это интересно, вот бы увидеть собственными глазами!
Лисонькой вошла Маша:
- Ты что читаешь? Расскажи, про что тебе написали?