Раздался тихий сигнал, а затем тяжелая металлическая дверь щелкнула и открылась.
– Говорить буду я, – сказал Брайан. Он распахнул дверь до конца, и все трое вошли внутрь.
Снаружи здание выглядело как развалина, но внутри все было совсем иначе. Пройдя по короткому белому коридору, они оказались в большом фойе с голыми белыми стенами. Помещение выглядело совершенно стерильным и пахло дезинфицирующими средствами. Несколько человек в отдалении были в лабораторных халатах и носили медицинские маски. За маленьким столиком по соседству с большой рентгеновской рамкой сидел вооруженный охранник. Заметив Брайана, он кивнул ему, а затем перевел взгляд на Кларка и Лекса.
– Потенциальные инвесторы, – объяснил Брайан.
– Так поздно? – удивился охранник.
– Мой брат, Кори Мэнкинс, попросил меня все здесь им показать.
Охранник сверлил их взглядом, пока Лекс не додумался разыграть целое шоу: он начал с раздраженным видом поглядывать на свои «Ролексы». Заметив дорогие часы, охранник кивнул, нажал кнопку под столом, и две стеклянные защитные перегородки распахнулись. Все трое положили свои телефоны и ключи в пластиковый контейнер и по очереди прошли через рентгеновскую рамку.
Забирая свои вещи, Кларк мысленно отметил чересчур строгие меры безопасности. Очень странно, что в медицинской и сельскохозяйственной исследовательской лаборатории, расположенной на окраине города, понадобились металлоискатели.
Брайан показал свой бейдж второму кордону охранников, которые остановили их и заставили сделать отметки в маленьком планшете.
Брайан напечатал: «Кори Мэнкинс».
Лекс набрал: «Кевин Сандерсон».
Когда планшет наконец передали Кларку, тот замешкался. Уставившись на мигающий курсор, он долго пытался сообразить, как же представиться. Лекс с Брайаном смерили его сердитыми взглядами. Наконец Кларк напечатал: «Кенни Брейверман».
Один из охранников пропустил их дальше.
В коридорах пахло свежестью и чистотой. Внутри было абсолютно тихо, лишь гудели едва слышно яркие флуоресцентные лампы.
– Сюда, – тихо сказал Брайан.
Посреди второго длинного зала Кларк спросил:
– Так какими исследованиями они здесь занимаются?
– Полагаю, самыми разными. – Теперь Брайан вел их по лабиринту куда более узких коридоров. – По крайней мере, так мне сказал Кори. Уэсли здесь занимается такими проектами, которые опережают весь остальной мир.
Наконец, они остановились у двухсторонней стеклянной перегородки, за которой начиналась лаборатория. Внутри было несколько десятков столов и стульев, но только одна женщина все еще работала в столь поздний час. На ней были толстые очки и промышленные резиновые перчатки, и она осторожно разливала химикаты по пузырькам. Стена перед ней была заставлена множеством дорого выглядящих приборов. Слева от нее на длинном металлическом столе были разложены микроскопы и различные аппараты.
– Чем она тут занимается? – спросил Лекс.
– Разработка и тестирование химикатов, – ответил Брайан.
– Химикатов для чего? – спросил Кларк.
Брайан пожал плечами.
– Да много для чего. Это здесь Кори дал мне то средство для восстановления после тренировок, о котором я тебе говорил.
Кларк не знал, что конкретно он ищет. Это место выглядело как обычная исследовательская лаборатория, а женщина казалась обычным ученым. Кларк задумался, а догадается ли он вообще, если наткнется на что-то необычное.
– Что еще тебе показывал твой брат? – спросил Лекс. Кларк никогда прежде не видел его таким заинтересованным. Он продолжал оглядываться по сторонам, будто бы искал что-то конкретное.
Брайан махнул в сторону другого коридора, и вся троица двинулась в том направлении. Где-то посередине узкого пространства, за несколько шагов до совершенно выбивающегося из общей картины древнего грузового лифта, Брайан остановился возле двери в другое помещение.
– Вот что я на самом деле хотел вам показать, парни. Это одна из сельскохозяйственных генетических лабораторий.
В пустом помещении не горел свет, но как только глаза Кларка привыкли к темноте, он увидел нечто такое, что совершенно потрясло его воображение. Внутри на нескольких столах возле окна лежали кукурузные початки размером с небольшие бревна. Каждый початок был минимум в метр длиной, а толщиной примерно с древко бейсбольной биты. На соседних столах были и другие увеличенные сельскохозяйственные культуры. Томаты размером с тыкву. Колосья пшеницы в три раза крупнее обычных. Арбуз, такой огромный, что проседал под собственным весом и казался больше стола, на котором лежал.
– Они настоящие? – поинтересовался Кларк.
Брайан кивнул.
– Если верить Кори, то да.
– Но они кажутся такими… неестественными.
– Чувак, сейчас практически все фермерские корпорации экспериментируют с урожаями. Мой отец поступает так же. Тебе вынужденно приходится этим заниматься, если ты хочешь выдержать конкуренцию на фьючерсных рынках.
– Но это же нездорово. И не этично. – Кларк подумал о собственной ферме, где все было органическим и натуральным. И нормального размера.
– А почему нет? – вмешался Лекс. – Генетические дефекты – это же странные исключения из правил, не так ли? Их не должны быть. Генетические изменения – это лишь научные попытки исправить ошибки природы.
– Да, но…
– То же самое с вакцинами, – продолжил Лекс, – лекарствами от рака и других болезней. Почему ты считаешь, что мы не должны применять те же методы в производстве еды?
– Ты посмотри на этот гигантский арбуз. Исправлять генетические ошибки – это одно. Но подобный результат – что-то совершенно другое. – Эти жутковатые гигантские фрукты и овощи абсолютно не пришлись Кларку по душе, но он не мог сформулировать, почему. – А что… а что, если это будет продолжаться дальше и дальше? Что ты скажешь, если они начнут так же поступать с животными? Или людьми?
– Ты когда-нибудь слышал об агропромышленных фермах? – улыбнулся Лекс. – И ты что же, не хотел бы быть больше, быстрее и сильнее?
Кларк покачал головой.
– Если для этого понадобятся химикаты – нет. Или генетические изменения. Я буду чувствовать себя… искусственным.
– Не каждому повезло родиться таким, как ты, Кларк, – заметил Брайан. – И ты же ничего не сделал, чтобы заслужить это, не так ли? А я ничего не сделал, чтобы заслужить родиться худым и щуплым. Почему люди не должны искать способы уравнять правила игры?
Кларк повернулся обратно к арбузу, размышляя о своих сверхспособностях. А что, если он – продукт чего-то подобного? А что, если его сила получена искусственным путем?
– Представь себе, – добавил Лекс, – что будет, если мы сможем выращивать больше урожая, который по-прежнему будет хорош на вкус? Вероятно, мы наконец победим мировой голод. Или по крайней мере снизим цены на еду. Это же благая цель, ты не находишь?
Кларк пожал плечами. Он хотел бы поставить этот разговор на паузу. Они сейчас явно были не в лучшем месте для философской беседы о будущем сельского хозяйства.
– Ну хорошо, Лекс, – сказал Брайан, – мы заглянули в лабораторию. Пожалуй, самое время убраться отсюда.
– Погоди, – возразил Лекс, – а что, больше ничего интересного тут нет? У меня такое чувство, что мы только в начале пути.
Брайан пожал плечами.
– Я был здесь всего один раз. И дальше этого места мы не проходили. Кори сказал, что не сможет отвести меня в закрытое крыло.
– Закрытое крыло? – Лекс посмотрел вдаль коридора, затем повернулся обратно к Брайану. – Нам определенно нужно туда попасть. Еще буквально пару минуточек. Только не говори мне, что тебе самому не любопытно.
Брайан встревоженно огляделся по сторонам.
– Две минуты. Потом мы уходим, хорошо?
Но Лекс уже направлялся дальше по коридору.
Кларк похлопал Брайана по руке.
– Если ты считаешь, что нам нужно уходить, я соглашусь. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности.
Брайан пожал плечами:
– Полагаю, две минуты не сыграют большой роли. Пойдем.
Кларк подумал, не стоит ли ему отпустить этих двоих в одиночку. Но он знал, что не сможет так поступить. Вместо этого он решил переключить внимание с исследования лаборатории на присмотр за друзьями.
Они свернули в левый коридор. Большая часть помещений, мимо которых они проходили, были темными и пустовали.
Кларк затаил дыхание, заметив впереди две медленно крадущиеся фигуры. Но когда Брайан и Лекс поравнялись с ними, Кларк никого не увидел. Те будто растворились в воздухе.
Когда они проходили мимо большого конференц-зала, позади раздался голос, от которого все трое замерли на месте.
– Вы кто такие? И что вы здесь делаете?
Вся троица дружно развернулась и уставилась на большого мужчину в костюме, стоявшего в коридоре, скрестив руки на груди. У него были светлые волосы, в ухе торчал наушник.
– В-все в порядке, – заикаясь, брякнул Брайан, – меня послали сюда, чтобы отследить…
– У вас не может быть никаких причин находиться здесь. Эта часть здания полностью закрыта. – Мужчина поднес ко рту рацию и рявкнул: – Охрана, у нас код красный. Секция В, зона четыре. Требую немедленного вмешательства.
– Нет, я друг доктора Уэсли, – взмолился Брайан, – он знает, что мы здесь.
Кларк повернулся и незаметно оценил размеры конференц-зала. Он дернул дверь, но та была заперта. На ней красовалась табличка «Доступ запрещен – Проект “Рассвет”».
Лекс тоже смотрел на дверь.
Мужчина подошел к Брайану, глянул на его бейдж и толкнул к стене:
– У тебя нет сюда доступа, придурок. Будь я на твоем месте, я бы уже пытался убраться отсюда. Парни, которые здесь сейчас появятся, еще не отработали все тренировки. Случаются и ошибки.
Уши Кларка покалывало. Он ненадолго прикрыл веки и сконцентрировался на звуках вокруг. Стеклянный стакан со стуком опускается на стол. Вода течет из раковины. Играет классическая музыка. Несколько людей тихо беседуют по-испански. Позвякивают туго натягиваемые цепи. А затем Кларк услышал то, что ожидал.