Прищурившись, Нова внимательно изучала маску. Та отдаленно напоминала латы Стража, и это раздражало ее сильнее, чем следовало бы.
– Секретное логово? Ты что, комиксов начиталась?
– Это не игра, – заявила девушка. – Я требую шлем Аса, причем немедленно!
– Я тебе его уже отдала.
– Ты мне подсунула подделку, и тебе еще повезло, что я не отправилась к Отступникам, когда обнаружила обман. Даю тебе последний шанс, Нова Артино.
– А я тебе не служба доставки, и на меня плохо действуют угрозы, – Нова бросилась вперед и уперлась локтем в шею девушке, прижав противницу к стене.
Свободной рукой она сорвала маску сварщика и швырнула на пол.
Увидев лицо противницы, она едва не задохнулась.
– Нарцисса?
Девчонка еще больше похудела и осунулась, под глазами залегли темные круги. Нарцисса Кронин, внучка Джина Кронина, Библиотекаря, убитого во время схватки в библиотеке на Кловен-Кросс. Его застрелила Ингрид, чтобы сохранить тайну Новы.
В голове Новы, щелкнув, встал на место фрагмент пазла. Многое теперь становилось понятным. Нарцисса умела перемещаться между зеркалами. Так она и сумела попасть незамеченной в спальню наверху и в комнату Хани в туннеле, не оставив следов. Так она узнала о втором «я» Новы.
Нарцисса бросилась на Нову, и та от неожиданности отступила.
– Нарцисса, – повторила она, отказываясь верить, что эта девочка, всегда казавшаяся такой тихой, такой смирной, такой… незлобивой, что именно она оказалась шантажисткой.
– Как ты ухитрилась меня найти? – спросила Нова.
На губах Нарциссы появилась самодовольная усмешка.
– Я знала, что ты притворяешься Отступницей. Подстерегла тебя у входа в Штаб и проследила до дома.
Нова покачала головой.
– Я бы заметила слежку.
– Уверена? – Нарцисса издевательски улыбнулась. – Ты что же, проверяешь каждое отражение по пути? Между Штабом Отступников и Вэллоуриджем много зеркал. А когда я узнала, на какой улице ты живешь, стала перепрыгивать из дома в дом, из зеркала в зеркало, пока тебя не нашла. И вот я здесь, и ты сейчас же отдашь мне шлем!
С перекошенным от ярости лицом Нарцисса выхватила из-за пояса пистолет. Нову спасли инстинкт и годы тренировок. Она припала к земле и ногой подсекла щиколотки Нарциссы. Вскрикнув, девчонка неловко плюхнулась на бок. Зашипев от боли, она попыталась подняться, но вдруг выгнулась дугой и пронзительно взвизгнула. Нарцисса выронила пистолет и хлопнула себя ладонью по плечу, где примостилась большая желтая оса. Но промазала. Увернувшись от пальцев Нарциссы, насекомое перелетело на ее черную кроссовку и уже собралось заползти ей под штанину, но тут Нова рявкнула:
– Хани, нет! Оставь ее в покое!
Оса замерла на шнурке, лениво шевеля крылышками.
Тяжело дыша, Нова подняла голову. У подножия лестницы стояла Хани. Ее волосы были накручены на огромные бигуди, а шелковый халатик небрежно перевязан пояском. Рядом с ней стоял Лерой, не без интереса наблюдавший за извивавшейся на полу Нарциссой. Над их головами кружило облако пчел, жужжание которых эхом отдавалось по всему дому.
Нова подняла с пола пистолет, отметив, что он не снят с предохранителя. Она не стала ничего менять и со вздохом направила пистолет Нарциссе в лоб.
Нарцисса не обратила на это внимания, слишком ей было больно. По щекам текли слезы, ладонь была прижата к ужаленному плечу.
– Ты можешь сделать так, чтобы боль утихла? – покосилась Нова на Хани.
Та вздернула бровь.
– Это еще зачем? Она пыталась тебя убить.
– Не очень-то удачно.
Хани недовольно хмыкнула.
– Если враг неумеха, он от этого не перестает быть врагом.
– Хани.
Та сделала большие глаза.
– Яд перестанет жечь через минуту-другую, а воспаление пройдет через несколько дней. Если она не аллергик. Тогда точно умрет, – Хани подставила палец, и оса вернулась к хозяйке. – Кто это такая, мы ее знаем?
– Вроде того, – снова опустив взгляд, Нова посмотрела на длинную рыжую косу, выбившуюся из-под ворота рубашки Нарциссы. – Это внучка Библиотекаря. Она может перемещаться между зеркалами.
– Библиотекаря, того самого? – переспросила Хани. – Ты имеешь в виду торговца оружием?
Нарцисса, превозмогая боль, огрызнулась.
– У него есть имя. И он не просто какой-то торговец оружием. И не просто какой-то злодей, как его все называют! – У нее раздувались ноздри. – Он был хорошим человеком. Ученым. Он помогал городу. А ты его убила! Чтобы спасти свою шкуру!
Нова сглотнула. Она не была близко знакома с Нарциссой, встречалась с ней мельком всего несколько раз, но девочка ей всегда нравилась. Нарцисса выглядела погруженной в себя. Казалось, ее абсолютно не интересуют дрязги между злодеями и героями. Обычно она сидела, уткнувшись носом в книгу, и на первый взгляд все в жизни ее устраивало.
Как же все изменилось теперь. Девочка сильно исхудала, побледнела и держалась откровенно враждебно. Определенно та симпатия, которую когда-то испытывала к ней Нова, не была взаимной.
– Я его не убивала, – сказала Нова. – Это сделала Детонатор.
– Ага, ради тебя, – Нарцисса вытерла нос рукавом. – Вы, Анархисты, всегда были эгоистами. Никогда не заботились ни о ком, кроме себя любимых, – морщась от боли, она с трудом встала на колени и упрямо вздернула подбородок. – Это из-за тебя погиб мой дедушка. И библиотеки больше нет. Ты все отняла, все, что у меня было!
– Это сделала Детонатор! – повторила Нова, на этот раз громче. – Я пыталась ее остановить.
– Если бы не ты, ей бы не пришлось в него целиться, вот что главное. Притворяться Отступницей… использовать дедушку с его лабораторией как пешку в своей игре… это должна была быть ты! Не он – ты!
Скрипнув зубами, Нова бросила Нарциссе ее пистолет. Ошеломленная девушка попятилась от оружия, как от ядовитой змеи. Овладев собой, она трясущимися руками взялась за его рукоятку. В Нову она больше не целилась, но выражение ее лица не стало менее злобным.
– Твой дедушка, – сказала Нова, – был одним из самых известных в городе нелегальных торговцев оружием. Отступники вышли на его след, а Ингрид воспользовалась возможностью и устроила из операции по его поимке ловушку. В этом нет моей вины.
Не выпуская пистолета, Нарцисса с трудом поднялась на ноги.
– Отступники вышли на его след? Ага, потому что он продал тебе пушку, и тебе хватило глупости стрелять из нее в Капитана Хрома.
– Вообще-то, – сказал Лерой, – пушку он продал мне.
Нарцисса резко повернулась к нему.
– Тогда вы все заслуживаете смерти! Но нет же – вы живехоньки, развлекаетесь, пока большинство Одаренных страдает! Одним словом, я поклялась, что верну шлем Отверженным, и с его помощью мы вернем этому миру равновесие. Равновесие, разрушенное отчаянными охотниками за властью: Анархистами и Отступниками. Так что без него я отсюда и шагу не сделаю.
Она пошире расставила ноги, и, несмотря на бледность, усилившуюся то ли от укуса осы, то ли от напряжения, открыто и уверенно встретила взгляд Новы.
Нова обескураженно вскинула руки перед собой.
– А кто такие Отверженные?
Нарцисса раздула ноздри.
– Одаренные, отвергнутые обществом за свои суперспособности. Отвергнутые Отступниками за то, что не вписываются в их идеальные героические стандарты. Но вместе – мы больше, чем просто изгои. Мы могущественны и больше не намерены терпеть насилие!
Нова помолчала. Было ясно, что Нарцисса повторяла эту пламенную речь не раз и не два.
Но вот что странно. Звучала она до оторопи похоже на то, что любил говорить Ас.
Нова уже почти решила, что ненависть Нарциссы обращена не по адресу, но тут путешественница по зеркалам продолжила:
– У тебя есть выбор, – она перекинула косу через плечо. – Можешь убить меня прямо сейчас, и тогда мои соратники уже к утру раскроют все ваши тайны вашим врагам. Или отдай мне шлем, и сможешь встретить новый день как Кошмар или Бессонница, или кем ты там себя воображаешь.
Молчание было недолгим.
– Ну что ж, – Хани почесала острым ногтем ползавшего по ее розовому пальчику пушистого шмеля по спинке. – Позволите мне?
Лерой зевнул.
– Пойду, заведу машину. Как думаете, куда лучше сбросить тело – в залив или в реку?
– Река ближе, – ответила Хани. – И не думаю, что девчонки кто-нибудь хватится, – она улыбнулась нехорошей улыбкой. – А вся эта болтовня про Отверженных – я бы назвала ее блефом.
При виде роящихся насекомых решимости у Нарциссы явно поубавилось.
Чтобы убить человека, не имеющего к ним аллергии, потребовалось бы уж очень много яда даже самых опасных ос – и все же такое было возможно.
Какая ужасная, мучительная смерть.
– Смерть, – проскрежетал чей-то голос. – И пчелы, всюду пчелы и осы.
В тенях сгустилась фигура Фобии, загородив дверь в кухню. В тусклых лучах лунного света, сочившихся в окна, сверкнуло острие косы.
– А также пауки, змеи, тараканы, крысы, – продолжал Фобия, перебирая страхи, таившиеся в глубинах мозга Нарциссы. – Скорпионы, публичное унижение. Смерть от утопления, – он хихикнул, – Ас Анархия.
– Вот чудеса-то! – пробормотал Лерой. – По крайней мере, она ловко притворялась смелой.
– Но в глубине души, – продолжал Фобия, и его скрипучий голос зазвучал издевательски, – она едва не сходит с ума от страха, что никогда не испытает истинной любви.
– Ой, так она из этих, – картинно всплеснула руками Хани. – К сожалению, этому страху суждено сбыться.
– Подождите, – сказала Нова, вскинув руку. – Нарцисса, шлем мы тебе ни за что не отдадим, но мне кажется, мы можем друг другу помочь. Твои… Отверженные… судя по всему, они противники Отступников, а не наши. Какой тогда смысл тебе умирать?
Нарцисса холодно взглянула на нее.
– Заботься о себе, Кошмар. Ты готова к тому, что Отступники узнают, кто ты на самом деле? Ведь ты так старательно это скрываешь.