Ложь.
Вот он, новый фактор в механизме суперотеля «Дельфин». Ещё в «Охоте на овец» его не было. Здесь же – Боку врет полиции, что ничего не знает про Мэй. Готанда врет Боку, что ничего не слышал о Кики. Чем дальше заходят отношения людей, которые врут, тем больше лжи наворачивается. Этакий «синдром Зорге»: когда игра усложняется, личные принципы размываются и бывшие враги начинают сотрудничать во имя третьей реальности, третьего пути и третьей цели… Или «принцип Чандлера», проще говоря. Со стокгольмским акцентом.
По ходу «раскаяния» Готанда признаётся, что в нём с малых лет живёт страсть к разрушению, рассказывает, как в детстве поджигал почтовые ящики, убивал кошек, сталкивал со скалы одноклассников, а в студенчестве выдал полиции своих товарищей по забастовке. То есть практически раскрывает всю бездну своего падения. Как же реагирует Боку – теперь, когда в нём умер Человек-Овца? А тот и не думает обвинять дорогого друга. И даже признаётся, что ради дружбы он мог бы забыть об убийстве Мэй.
Дальше – хуже:
– Что-то я тебе сегодня каюсь во всех грехах, – невесело усмехнулся Готанда. – Прямо генеральная репетиция какая-то. Но я рад, что мы поговорили. Мне теперь легче, ей-богу. Хотя тебе, наверное, было со мной неуютно…
– Глупости, – сказал я. «По-моему, мы никогда не были ближе, чем сейчас», – подумал я. Мне следовало это произнести. Но я решил сделать это как-нибудь позже. Хотя откладывать смысла не было – я просто подумал, что так, наверное, будет лучше. Что ещё наступит момент, когда эти слова прозвучат с большей силой.
– Глупости, – только и повторил я.
Тебя всё меньше заботит, врёшь ты сейчас или нет. Ты стал большой и понял, как играть в эту игру. И действительно, никогда ещё не был так близок к убийце.
– Ты был очень хороший, – сказала тебе Юки на прощанье. Почему-то в прошедшем времени. – Я никогда не встречала такого человека, как ты.
И кто знает – может, на этом и кончилось её детство.
Прости, что пишу. Прости, что вообще обращаюсь к тебе – даже вот так, без имени. Не знаю, где ты сейчас. Понятия не имею, в какую страну и в какую часть света покупать билет, даже когда на это есть деньги и время. Я искал тебя слишком долго. В лицах актрис и актеров кино, в характерах героев и героинь любимых книг, в разговорах тех, кого мне нравилось слушать, в чьих-то рукопожатиях и прикосновениях тех, кто меня ласкал. И каждый раз понимал, что это не моё, а чьё-то ещё, а значит, никто – не ты.
Но я вдруг понял: даже если ты где-то есть, ты – такой же или такая же. Женщины-мужчины, мужчины-мужчины, женщины-женщины… Господи, хватит уже.
Все одинаковы в этом беге по кругу. Ты сворачиваешь за угол. И я вперёди тебя – тоже сворачиваю-, за следующий угол. Но тебе не видно, что это я. Ты успеваешь разглядеть лишь краешек моей одежды, мелькнувший в последний момент. Этот лоскут мельтешит, почти ускользая из виду, но ты никак не можешь отделаться от него совсем. И однажды ты понимаешь, что это безумие не кончится никогда – точно так же, например, как люди никогда не перестанут воевать.
Даже в тех, кому я интересен, в огоньках сигарет, которыми они затягиваются, задумчиво глядя на меня, – я всю жизнь читаю это твоё странное «Ну и?» И хочу ощущать тебя прямо здесь и сейчас, хочу слишком сильно, чтобы сооружать для тебя какую-то реальность вместо этой.
Но как раз в этой реальности тебя нет. И, наверное, быть не может.
В самом деле, хватит. Иначе это действительно не кончится никогда.
Прости мне это письмо и не сердись. У меня нет твоих адресов – ни реальных, ни виртуальных, – и я понятия не имею, куда его отправлять. А потому просто засовываю в эту рукопись, которую и прилагаю. Надеюсь, она хоть немного тебя развлечёт.
С днём рожденья тебя.
И – счастливого Рождества!
17. Страхофобия и как с ней бороться
13.11.1998 – 17:20
Госслужащий с Хоккайдо, 33 года:
Здравствуйте.
Сегодня – пятница, тринадцатое. Как Вы знаете, на Западе очень много людей, которые сегодня всего боятся. Такая боязнь называется «трискайдекафобия» (боязнь числа 13). Когда, например, люди не садятся на тринадцатые места и так далее. Сегодня у меня выдалось немного свободного времени, и я выписал из электронного словаря кое-какие слова, заканчивающиеся на «-фобия». Вот что у меня получилось:
1. Арахнофобия – боязнь пауков
2. Акарофобия – боязнь паразитов
3. Акустикофобия – боязнь звуков
4. Элюрофобия – боязнь котов
5. Аурорафобия – боязнь рассветов
6. Барофобия – боязнь тяжёлых предметов
7. Батарахофобия – боязнь лягушек
8. Библиофобия – боязнь читать и писать
9. Бриджефобия – боязнь мостов
10. Хронофобия – боязнь Времени
11. Коитофобия – боязнь совокупления
12. Кометофобия – боязнь комет
13. Дентофобия – боязнь зубных врачей
14. Дерматофобия – боязнь поцарапаться
15. Декстрофобия – боязнь камней и всего каменного
16. Дромофобия – боязнь переходить дорогу
17. Эротофобия – боязнь женских половых органов
18. Гамофобия – боязнь супружества
19. Хиппофобия – боязнь медведей
20. Хоумофобия – боязнь возвращения домой
21. Пениафобия – боязнь бедности
22. Птерофобия – боязнь птиц
23. Синистрофобия – боязнь левой стороны
24. Солецифобия – боязнь червей
25. Стасифобия – боязнь вертикальных линий
26. Сингенескофобия – боязнь родственников
27. Талассофобия – боязнь моря
28. Трихопатофобия – боязнь волос
29. Трискайдекафобия – боязнь числа 13
30. Вакцинофобия – боязнь вакцины.
Это лишь малая часть. Всего их там было 230. Но, может, даже из этого списка что-нибудь совпадает с Вашими фобиями, Мураками-сан?
Харуки Мураками:
Добрый день. Да… Похоже, времени у вас там и правда хоть отбавляй. Или вы это от всей души? Если так – спасибо, прочёл с интересом.
И действительно, каких только страхов у людей не встретишь! Особенно мне понравились «15, Декстрофобия» и «23, Синистрофобия» – это сильно. Интересно, бывают на свете люди, больные обеими сразу? Впрочем, это я так, из пустого любопытства спросил. Можете не искать. Сам я боюсь высоты. Туда, где высоко, забираться не могу. Хотя в самолёте – никаких проблем. А ещё у меня караокефобия, такэситадорифобия[115], форма служащих метрофобия, литобъединениефобия, струк ту ра лиз мо фобия, катапультофобия, спортклубофобия, ричард клайдерманофобия, пельменефобия[116], встречивыпускникофобия, ктокогоперепелофобия и застарелая вечерняя мангафобия[117].
В общем, скучать не приходится[118].
18. Третьего не дано? «К югу от границы, на запад от солнца»
Через четыре года после «Дэнса» (1988–1992, самый долгий перерыв между его романами) в свет вышел «К югу от границы».
Было известно, что вот уже второй год Мураками напряжённо работает в Америке над какой-то масштабной прозой. И когда в Японии вдруг вышла не очень большая повесть, журналисты и критики озадачились и не восприняли новую книгу всерьёз, полагая, что это, скорее всего, побочные отрывки из грядущего гиперромана «Хроники Заводной Птицы», о котором он уже в прессе распространялся. И – просчитались, ибо повесть внимания стоила. Да ещё и купились на собственную утку, так как ничего общего эта история с «Хрониками» не имела. Сам автор позже рассказывал:
Когда я писал Первый том «Хроник», мне вдруг понадобилась какая-нибудь новая история для резкой смены действия. И вот я начал писать такую историю, и написал аж четыре главы[119]. И подумал: ого, отложу-ка я это в сторону. Для романа нашёл что-то ещё, а эту линию позже разработал в целую повесть[120].
Хорошо, капитан, мы съедим эту рыбу. Но сначала отрежем ей уши и хвост.
Итак, посмотрим, что это мы такое поймали.
Странно. Вроде уже в руках её держишь – а толком не разберёшь. Уж больно скользкая, из рук вырывается, всеми цветами блестит…
Цветами?
Так точно. Рыба эта не простая, а красно-голубая. Хочешь сварить повкусней да не отравиться – сначала разложи её внутренности по цветам. Вопросы?
Вопросов нет. «К югу от границы» – это повесть о Крови и Воде.
Сказ о Красной Идзуми и Голубой Симамото.
Жил на свете мальчик, девочку любил. Одноклассницу. Хроменькая была немного, но симпатичная. Да и, как дети говорят, «своя в доску». И дружили они не разлей вода, и больше им никого было не нужно.
Потом все немного подросли, и девочка стала ещё симпатичнее. А мальчик вырос застенчивым и не очень в себе уверенным. И вот он, мальчик, начал бояться, что она отвергнет его как девочка. И постепенно перестал с нею встречаться. Чем сильно эту девочку обидел, хотя особенно о том не задумывался. И уже в старших классах начал встречаться с другой. Вторая девочка была попроще, но с ней было легко, тепло, и она тоже всегда внимательно слушала.
А потом все ещё немного подросли. И хотя с этой Второй девочкой ему вечно «чего-то не хватало», однажды мальчик захотел её как девочку. Но он волновался и слишком спешил, она тоже волновалась и просила не торопиться, а потом ещё и тетя нагрянула как снег на голову, – в общем, ничего у них не вышло. Зато вышло с её двоюродной сестрой, с которой он почему-то не волновался. Чем сильно её, эту Вторую девочку, обидел. И в итоге тоже потерял.