к неприятной догадке, и я встал во весь рост.
«Ты не кигг!» — мысленно сказал я, не спуская глаз с плазматора и плотнее сжимая рукоятку «молоха-миротворца» в опущенной руке.
Вместо ответа противник сорвал с головы шлем. Безволосая чешуйчатая морда ящероподобного существа сверлила меня маленькими злыми глазками. Я медленно двинулся вперед.
«Внешность обманчива», — продолжил я безмолвно, одновременно пытаясь понять, почему молчит сканер.
«Стой, где стоишь!» — ощетинился воин короткими костистыми отростками на висках.
«Я — командор Зведного флота Шумера фон Рейн. Сдай оружие. Эта территория объявлена зоной дознания Инквизиции. Ты обязан дать показания ее представителю», — продолжая осторожно шагать вперед, потребовал я.
Ящероподобное существо нажало на спусковой крючок. Опережая его на долю секунды, я отклонился в сторону и открыл огонь из «молоха». Одна из пуль прошла по касательной вдоль уродливого черепа, не причинив противнику особого вреда, но вторая ударила в плечо, бросив на землю. Опрокинутый враг сноровки не потерял и, перекатившись, активировал силовой щит, в котором завязли остальные пули. Разряжая батарею защитного плазменного купола, я продолжил вбивать в его колеблющееся марево заряд за зарядом. Когда магазин «молоха» опустел, а батарея щита сдохла, я быстро сменил пистолет-пулемет на мачете, и прежде чем воин в обличье кигга смог навести на меня ствол плазматора, что есть силы рубанул по его запястью, увешанному датчиками. И только в это мгновенье тесного боевого контакта сканер-идентификатор сумел распознать даргонского биокибернетического шпиона — уже знакомую мне по Атлантике и Гелле-2 модель, обычно используемую в секретных операциях Даргона.
Не обращая внимания на потерю кисти, мерзкая бестия с чужим лицом ударом ног ловко отбросила меня, а затем, схватив плазматор здоровой рукой, открыла беглый огонь, взметая в воздух песок и разбивая в крошку гребни скал вокруг.
«Значит, снова даргоны? — размышлял я, ужом скользя между камней. — Неужели вся эта история с „Черным Солнцем“ изначально была очередной тайной интригой Даргона, пытающегося выйти из-под контроля могущественного Шумера? Или они присоединились к чужому заговору позже, как и я, ниточку за ниточкой распутывая клубок зловещего плана Каммлера?»
Среди валунов на фланге появилась Магдалена и, не раздумывая, сразу же открыла стрельбу по агенту Даргона. Мой тихий и вездесущий ангел как всегда вовремя возникла рядом и стремилась вытащить меня из смертельно опасной передряги. Я заволновался, зная об особых способностях даргонских киберовагентов. В любой момент эта мерзкая машина могла совершить чрезвычайно быстрый телепортационный скачок и оказаться у нас в тылу, а затем накрыть разрушительным импульсом энергии, сгенерированной миниатюрным, но мощным реактором, вживленным в грудь. И если даргонская бестия до сих пор не воспользовалась всеми этими возможностями, то только потому, что все еще надеялась скрыть свое истинное происхождение.
Ползком обогнув позицию кибера, я шумно выскочил из укрытия. Чтобы срезать врага, внезапно кинувшегося в атаку с тыла, даргону пришлось развернуться и чуть сместиться в сторону, на миг открывшись перед засевшей в разбитых скалах Магдаленой. И она не упустила шанс воспользоваться моментом. В то время, когда плазменный заряд скользил мимо моей головы, длинная очередь ее «молоха», казалось, точно поразила даргона. Но противник все-таки воспользовался сверхвозможностями и успел совершить «скачок» за миг то того, как несущий смерть рой пуль достиг его черепа. Пули Магдалены прошили пустоту.
Прижавшись спиной к скале и вгоняя в рукоять пистолета-пулемета последний магазин, я завертел головой, пытаясь уловить место и мгновенье появления врага. Если бы это удалось, то в момент материализации я смог бы провернуть тот же прием, что и поразивший меня в сердце стрелок из команды Каммлера во время схватки на римской квартире Вилли Маттеса. Но обнаружить даргонского кибера не удавалось, и я метнул «Зигфрида» в сторону скалистого пика повыше, чтобы киберпаук занял на его верхушке пост наблюдателя-наводчика.
«Черт!» — мысленно выругалась Магдалена, падая в песок в сотне метров от меня. Невидимая энергетическая волна пронеслась над нею, расколов скалу и подняв в воздух тучу песка. Даргон начал новую атаку. Паля из «миротворца» сквозь песчаную завесу, я бросился вперед, перетягивая вражеский огонь на себя и приказывая девушке замереть. С досадой мне пришлось признать, что Даргон явно модернизировал оружие кибершпионов. Это была уже не ограниченная серия коротких импульсов, а более мощный и продолжительный ударный поток энергии, разбивающий в пыль все на своем пути.
Сметая верхушки скальных обломков, торчащих вокруг, энергетический луч метнулся в мою сторону. Пришло время и мне плюхнуться в песок. Поток энергии, пробежав надо мной, обдал шлем, бронежилет и конечности градом камней. Их стук по бронепластику перекрыл взрыв гранаты, брошенной Магдаленой в сторону даргона. Но дьявольская машина уже снова совершила «прыжок» и появилась опасно близко, всего лишь в десятке метров позади меня. Слишком поздно разобравшись, где опять материализовался кибер, я с ужасом подумал, что не успеваю ни нанести упреждающий удар, ни уйти с линии атаки. Не оборачиваясь, я прыгнул под прикрытие острых зубьев примеченных поблизости скал, вкладывая в прыжок к спасительной гряде все имеющиеся силы.
И все же боевой луч задел полевой ранец на спине. Разрывая его в клочья, смертоносный поток превратил мой прыжок в жестокий неконтролируемый удар о камни. «Молох» вылетел из разбитых пальцев, в глазах потемнело, а спина под гелланским бронежилетом онемела. И все-таки я был жив. Повезло, что в рюкзаке не оказалось боеприпасов. Их детонация могла бы нанести мне еще больший и, очень даже вероятно, фатальный урон.
Не давая врагу скорректировать огонь, снова «заработал» «молох-миротворец» прикрывающей меня Магдалены. Я поискал глазами оружие, но безуспешно. Что ж, придется попробовать нечто иное. Я змеей скользнул за прикрывшие меня скалы и, обогнув их, всю свою ненависть к врагу и страх за любимого человека превратил в недавно освоенную внутреннюю силу. Усилием воли заставив подняться в воздух увесистый скол гигантского валуна, я метнул его в даргона. Кибер уловил движение на фланге и на подлете срубил мой «снаряд», рассыпав его в каменный дождь. Но моя атака не прошла даром. Под потоком камней голова даргона вдруг раскололась лучистой бледно-розовой звездой — шумерская разрывная пуля Магдалены наконец-таки достигла цели. Нелепо замахав руками, кибер упал наземь и, поднимая песочную взвесь, забился в судорожных попытках самовосстановления. Длинной очередью девушка добила его.
Но бой еще не закончился. «Зигфрид» сообщил о приближении еще одного даргонского шпиона, материализовавшегося рядом с пиком, на котором он засел. Сообщение «паука» захлебнулось, едва начавшись. Запеленговав его, биокибер импульсом энергии, сгенерированной в недрах тела, разнес наблюдательный пункт моего разведчика в мелкую крошку. Погибший «Зигфрид» выиграл пару драгоценных секунд, чтобы я успел укрыться в тлеющих обломках одного из истребителей, а Магдалена снова спряталась за валунами. Даргон остановился, сканируя местность вокруг себя. Мы замерли каждый в своем убежище. В отличие от девушки боеприпасов у меня уже не было. Я пошарил глазами вокруг и разглядел среди скрученного металла изувеченное тело пилота-кигга. Однако из оружия при нем я обнаружил лишь чехол с длинным ножом. Даргон тем временем засек местонахождение одного из врагов и медленно двинулся в мою сторону. Я мысленно попросил Магдалену пока затаится, а сам рванул клинок из ножен на бедре трупа и быстро оценил его. Вес — граммов четыреста пятьдесят, длина широкого, в форме листа, полотна лезвия чуть менее сорока сантиметров, никакой гарды и прямая рукоятка. Одним словом, отличное оружие для выполнения трюка, который я задумал.
«Давай, милая, приступай», — дал я команду Магдалене, когда даргонская «кукла» оказалась всего лишь в десятке метров от меня.
Девушка на секунду выглянула из укрытия. Этого оказалось достаточно, чтобы даргон обернулся и вскинул в ее сторону руку с тяжелым браслетом, по всей видимости, усиливающим и направляющим генерируемый энергопоток. Это был момент и моего вступления в бой. Сконцентрировавшись, я вложил в бросок ножа не только всю имеющуюся силу мышц, но и всю мощь внутренней энергии, всю боевую злобу и тягу к жизни, которые наполняли меня. Киггаманский клинок в мгновение ока преодолел разделявшее нас расстояние и со звонким хрустом насквозь прошил шлем, прикрывавший голову даргонского агента. Кибер тяжело пал на колени и застыл, смотря прямо перед собой.
— Бей его! Он может восстановиться! — закричал я, и Магдалена не заставила себя долго ждать.
«Нужен ли нам ответ, Эрик?» — кромсая «молохом» поверженного монстра, Магдалена продолжила серию вопросов, которые я задал себе еще в начале боя.
«Да, для всех будет лучше, если об участии даргонов никто не узнает. Выжжем здесь все напалмом, — согласился я, смахивая с себя песочную пыль и поглядывая в сторону кибера, подрагивающего от рвущих его тело зарядов. — Надеюсь, новоиспеченный агент Инквизиции внизу?»
— Внизу. Отлавливает сумевших освободиться пленных, — вслух произнесла Магдалена, вкладывая в кобуру оружие и снимая шлем. — А о бестиях можешь не беспокоиться. Они самоуничтожаются.
В подтверждение моих слов тела поверженных даргонских лазутчиков начали быстро разлагаться. Одежда, органические ткани и боевая начинка за несколько минут превратились в осевшую на песке темную дегтеобразную массу. Электромагнитный биогенератор быстро уничтожал и себя, и своего носителя.
Снял шлем и я. Проведя рукой по покрытой многочисленными рубцами поверхности, я отбросил его в сторону и с наслаждением подставил ветру мокрое от пота лицо. Магдалена была уже совсем рядом. Челка непослушных пепельных волос на лбу, большие зеленые глаза. Я шагнул ей навстречу и прижал к себе. Все звезды Вселенной были мне не нужны. Лишь одна звезда горела в моем сердце. Любовь моя — моя Магдалена.