«Мир индейца» в прошлом и настоящем, миф и традиция, жизнь и борьба в знакомом и меняющемся мире — вот темы книг индейских авторов, составивших серию. Так получилось, что читатель серии, знакомясь с этими книгами в порядке их выхода, как бы движется по времени вспять, в глубь истории.
Автор первой книги — «В присутствии Солнца: Собрание щитов» — Н. Скотт Момадэй, известный современный писатель, художник, исследователь культуры своего народа и продолжатель ее художественных традиций. Презентация книги в Москве сопровождалась выставкой графических работ-«щитов» автора, воспроизведенных в книге, и мы имели счастье принимать Момадэя в нашей редакции. Удивительно было держать в руках авторскую книгу, основанную на исторических корнях традиции, обогащенных академическим изучением культуры, и одновременно слышать древние предания индейцев, рассказываемые не просто исследователем, но живым носителем этой культуры, унаследовавшим сказания от длинного ряда поколений индейских предков. Сама книга «Собрание щитов» родилась как слово современного писателя и наследника своего народа. Каждая из новелл-щитов — это синтетическое произведение, объединяющее графическое изображение на щите и сюжет, щит объясняющий и ему посвященный, так как щит в индейской культуре не просто предмет обихода для воина, но и своеобразный символ личности этого воина, а потому тот, кто делает щиты — не просто мастер, но творец духовного мира. С двумя щитами вас знакомит выпуск нашего журнала, лежащий перед вами.
Многое из рассказанного Момадэем я нашла потом в следующей книге серии, посвященной одному из последних «великих вождей» и «пророков» индейцев — Черному Лосю. «Священная трубка» и «Говорит Черный Лось» были записаны американскими исследователями со слов самого Черного Лося в 30-40-х годах нашего столетия. В его словах, бережно перенесенных на бумагу, предстает как удивительная по полноте картина верований, обрядов, самого мировосприятия и мироощущения индейцев, так и история борьбы коренных племен за выживание, последние акты трагедии американских аборигенов, свидетелем и участником которых был Черный Лось. В рассказах Черного Лося воплощен уникальный жизненный и мистический опыт самого рассказчика, а также вековая устная и обрядовая традиция. А потому это бесценный источник для исследователя и увлекательное чтение для любого интересующегося читателя.
Между видениями и заветами Черного Лося и щитами Скотта Момадэя — «Легенды Ванкувера» Эмили Полин Джонсон, написанные на рубеже веков и отразившие как уходящие в прошлое корни индейской культуры, так и само мироощущение индейца в мире, который ему больше не принадлежит. Полин Джонсон, талантливая писательница смешанных кровей, которой равно были присущи европейская образованность и ощущение кровной связи с предками-индейцами, остро чувствовала культурную трагедию своего народа, болезненно переживала и собственное пограничное положение на стыке двух культур, а потому и в записанных ею легендах, и в более «авторских» рассказах звучит неподдельная искренность, боль и надежда. Особенно проникновенно написана новелла «Как все начиналось» — о судьбе индейской девушки: маленькой девочкой ее оторвали от родителей и воспитали в христианской миссии, но друг детства — белый юноша отвергает любовь индианки из-за того, что его возлюбленную сочли «все-таки дикаркой».
Три книги, три автора, живших в разное время и принадлежащих к разным поколениям индейских мыслителей. Все три объединены как трагическим колоритом, обусловленным многолетней борьбой за физическое и культурное выживание коренных американцев, так и верностью своим корням, своим предкам. Если для Черного Лося мифы и обряды были еще повседневной практикой, то для Полин Джонсон они уже стали приметами уходящего времени, срочно нуждающимися в фиксировании и сохранении, а для Скотта Момадэя прошлое его народа — источник творческого вдохновения, выводящего древнюю коллективную традицию на новый уровень развития путем авторского переосмысления и творчества. Так замыкается круг. А Великий Круг, гармонично объединяющий человека и окружающий его мир, — один из основных «символов веры» для индейца.
Так что теперь у русского читателя есть новые книги про индейцев. Знакомство с «миром индейца» продолжится — в планах серии еще несколько названий. Уже вышедшие книги богато иллюстрированы фотографиями и графическими работами индейских художников, текст снабжен комментариями, словарями индейских слов и сопровождается интересными статьями Александра Ващенко, чьими трудами как составителя, переводчика и комментатора и вдохновлена новая серия. Жаль только, что в силу трудностей нашего времени эти интересные книги выходят очень небольшим тиражом — 200 экземпляров.
СРЕДИЗЕМЬЕ —ЗЕМНОМОРЬЕ — ЛУКОМОРЬЕ
Говорят, что обещанного три года ждут. К счастью, мы уложились в более короткий срок, и вот они, долгожданное результаты нашего первого литературного конкурса — фэнтэзи на славянском материале.
Мы рады, что на наш призыв откликнулись авторы из разных концов России — из Владимирской и Мурманской областей, из Ростова и Екатеринбурга, Нижнего Новгорода и Йошкар-Олы, Новосибирска и Коломны. Значит, мы не ошиблись, когда предположили, что традиционная культура нашей Родины, ее славянские корни могут стать материалом и источником вдохновения для создания произведений фэнтэзи.
Всего мы получили двадцать девять рукописей. Среди них — переделки известных сказок — «Царевна-лягушка» Оксаны Батановой из Москвы и «Планета сказок» Владимира Марышева из Йошкар-Олы, «Богатыри и змей» Романа Игнатова из поселка Умба Мурманской области. Кстати, Роман — самый юный из участников нашего конкурса, однако его сказка отличается самостоятельным рисунком поведения героев, удачной местами стилизацией, явными следами работы с источниками славянского фольклора. Мы желаем Роману творческих успехов и отмечаем его вклад поощрительной премией — бесплатной подпиской на наш журнал на 1996 год.
Другая категория присланных произведений посвящена непростой русской истории, в существовании которой модно теперь стало сомневаться. Это «Лесной человек» Владимира Ней-вина из Екатеринбурга, посвященный попыткам хазар удержать Русь под своим игом, когда на помощь русичам приходят силы и духи самой русской земли, и «Четвертая мысль» Алексея Винникова из города Петушки, где делается попытка объяснить загадочную судьбу царевича Димитрия. И более близкие к нам беспокойные страницы продолжают будоражить совесть, вызывая переживания самого ужасного свойства, которые при перенесении на бумагу выходят за рамки «фэнтэзи». Такова «Дорога мертвых» Дмитрия Дубинина из Новосибирска, повествующая о зомби, населяющих заброшенный лагерь ГУЛАГовских времен в приполярной тундре. Примыкает к теме событий новейшей российской истории и рассказ Евгения Прошкина из Москвы «Маршрут» — своего рода предсмертная исповедь человека, вспоминающего «грехи свои тяжкие» и тех, кого он вольно или невольно толкнул на смерть. Последние два произведения, собственно говоря, не по теме нашего конкурса, но мы решили о них с благодарностью упомянуть, так как они написаны на весьма достойном уровне.
Есть произведения, где авторы пытаются свести воедино множество персонажей, чей след несет скорее язык, чем память людская, кто не всегда понятен сегодня без специальных пояснений фольклористов. Злыднем зовут зачастую просто зловредного человека, а прежде это была нечисть очень прилипчивая, воплощение и спутник Недоли. Алатырь-камень недосягаемым свойством своим возвращать молодость и решать все проблемы манил на остров Буян не одного героя, а разрыв-трава выручала узников и рушила всевозможные недобрые узы. Перечислять можно долго, и Татьяна Суворова из Екатеринбурга попыталась задействовать множество образов в полном крови и боли рассказе «Место килы», но как и герою рассказа Бажену, так и читателю остается только мучиться смутными догадками — отчего родную деревню нечистая сила просто ест поедом.
Лиризмом, особенной тихой радостью привлекает зарисовка Е. Гаркушева из города Гуково Ростовской области «Временое пристанище». А «Кооператив чудес «Иванушка» Сергея Криворотова из Астрахани, наоборот, достаточно точно отражает дух скептицизма, свойственный многим в нашей «коммерческой» российской современности.
И, как водится, три победителя, кого мы поздравляем и чьи произведения предлагаем вашему вниманию.
Дмитрий Камышев — молодой московский журналист, активный читатель и любитель фантастики. Повесть «Там чудеса…» — его первая художественная публикация. Герой повести — тоже современный журналист, ни в Бога, ни в черта толком не верящий, но вовсе не циник, человек открытый как доброй памяти людской, так и голосу природы. Может, это и имел в виду леший из повести, измерявший его «добросилу» — способность одолеть мертвящее Кощеево зло в финальном поединке? Повесть Камышева особенно привлекла искренностью тона и сугубо личным, но глубоким восприятием тех категорий, что нашли свое отражение в славянском фольклоре.
Наталья Резанова — тоже молодой, но уже профессиональный литератор, сотрудник известной нижегородской книгоиздательской фирмы «Флокс», автор и переводчик многих публиковавшихся фантастических произведений. В двух ее диалогических новеллах на темы русской истории — о варяжских набегах и восстании Степана Разина — воплощен дух той русской женщины, что «коня на скаку остановит, в горящую избу войдет». И хоть избы-то все горят и горят, она хочет и дом для своих детей заново отстроить, и с Богом поговорить на равных.
Краевед Валерий Ярхо из Коломны не мудрствуя лукаво записал и обработал местное предание из времен татаро-монгольского нашествия, когда подобно Китеж-граду храм деревни Олений Вражек (теперь это имя носит улица в современной Коломне) ушел в землю вместе с жителями, но звон колокола остановил врага и по сю пору, как Божий знак, оберегает эти места от опасности.
Иллюстрации к новеллам Резановой и рассказу Ярхо выполнил московский художник Ильяс Айдаров.