– А я думал, к тебе вернулись все воспоминания, малышка, – поддразнивает он.
Я задумываюсь и вспоминаю, что незадолго до того безумного ритуала, который он предотвратил, мы немного выпивали вместе у костра.
– Ну так что? – спрашивает он, подмигивая.
Я киваю, и он с негромким хлопком открывает бутылку, достает два хрустальных бокала и ставит их на стол. Я сажусь, жду, пока он наполнит мой стакан, а затем одним глотком его опустошаю. И почти жалею об этом, потому что от этой штуки меня чуть не вырвало. Тем не менее, когда он снова вопросительно подносит бутылку к моему бокалу, киваю, хоть и слегка сморщившись.
Марви усаживается рядом, и некоторое время мы молчим. Однако затем он смотрит на меня этим своим настойчивым открытым взглядом.
– Я обещал тебе быть честным. Ты для меня загадка. Серра уговорила меня включить тебя в боевые учения, но не думаю, что кто-то из нас действительно знает, на что ты способна и насколько ты сильна. Я признаю, что мне бы очень хотелось быть тем, кто расскажет тебе, кто ты есть, на что способна и как это использовать. Но, к сожалению, я не могу этого сделать, Навиен.
Я некоторое время наблюдаю, как он делает глоток рома, затем прикрываю глаза. Я не являюсь кем-то особенным. Просто герой. Демон. Что именно он хочет узнать?
– Я хотел бы обучить тебя. Дать тебе возможность лучше использовать свои способности. Нет, не просто лучше, а идеально. Чтобы их можно было использовать на войне.
– Кто-то когда-то уже хотел меня обучать. – Я сглатываю комок в горле. – Я этого не хочу.
– Вот как?
– Да. Конечно, я хочу иметь возможность управлять этими силами. Уметь сражаться. Но я хочу делать это по-своему.
Я не решаюсь сказать ему, что эти силы, тени и свет, все еще мне неподвластны.
– Я умею сражаться. Я обучена. Мне не нужна магия.
– Тебе она не нужна или ты не хочешь ее использовать?
Это очень точный вопрос. Я решаю ответить ему честно:
– Не хочу.
– Хорошо. Это нормально. Тем не менее я хотел бы знать почему. Или нет. Я хочу, чтобы ты сама это поняла.
– Нет никаких особых причин, – говорю я, но это ложь. И я не знаю, почему я вру.
– Правда?
Похоже, он читает мои мысли. Он закрывает рот, затем берет стакан и делает еще один глоток.
– Когда я это произнесла, то почувствовала, что это неправда, – признаю я.
Почему я так чертовски честна с ним? Что это такое? Будто я разговариваю сама с собой. Это потому, что я его противоположность и мы как-то связаны?
– Ты сможешь понять это, если отправишься со мной.
– Куда?
– В княжество Истины.
– Я думала, мы и так туда собираемся.
– Но мне нужно получить твое согласие. В конце концов, я ангел. Ты же меня уже знаешь.
– О да, уже знаю, – смеясь, отвечаю я. И в этом смехе есть благодарность за то, что он не делает ничего против моей воли.
– Тогда мы можем отправляться прямо сейчас. Я не знаю, осознаешь ли ты, насколько близко Устерс находится к твоему дворцу.
– Прямо сейчас?
Я думаю о празднике, который все еще продолжается и который подарил мне столько радости, свободы и безмятежности. Думаю о Филиппе, Лу и Мирал, с которыми мне нужно поговорить. Но в глубине души понимаю, что Марви прав, – там, где я жила раньше, осталось много невыясненного.
– Мы отлучимся ненадолго. На час, а потом будем танцевать хоть до восхода солнца.
– Ты в своем возрасте способен так долго обходиться без сна?
Он изображает обиду:
– Уж поверь, когда ты была в княжествах Гнева и Высокомерия, я бодрствовал каждую ночь. Ждал, когда ты меня вызовешь.
– Вызову тебя? Как ты себе это представляешь? Я не могла призвать тебя, не зная твоего имени.
– Вьюнок была с тобой связана. Я бы услышал. С задержкой, конечно, но… я бы пришел. Я и приходил. Только, к сожалению, ты ни разу так и не позвала меня. Это задевает мою гордость.
Я хихикаю. Как маленькая девочка.
– Честно говоря, ты всегда оказывался рядом в нужные моменты. Когда я хотела бы тебя видеть.
Он фыркает.
– В последний раз… – лицо у него мрачнеет, черты словно каменеют, – я бы хотел оказаться там раньше. Но у меня была встреча, которую я не мог отложить.
Он шипит что-то, чего я не понимаю. Я почти уверена, что это ангельский язык. Тот, на котором написаны апокрифы.
– Что это была за встреча? – с любопытством спрашиваю я. Наверное, она была очень важной.
– Как ты уже знаешь, Золотое перо любит делать своих последователей одержимыми.
Я вспоминаю Ка и Ларакая, братьев Лирана, которые тоже были одержимы и принадлежали к этому союзу. Лиран просто поставил на них крест, будто их нет, и теперь мне это кажется бессердечным.
– С тех пор как я вернулся на землю, я пытаюсь собрать о них информацию. Вожак у них Аарон, князь Зависти, – продолжает Марви.
– Аарон сотрудничает с Золотым пером и хочет свергнуть князей?
Меня это потрясло, хотя на самом деле нечто подобное должно соответствовать его смертному греху. Кто, как не человек, постоянно испытывающий непреодолимую зависть, захочет лишить трона всех остальных князей, чтобы править в одиночку?
Я пытаюсь вспомнить Аарона, которого я видела в саду у Сантоса, но этот князь всегда был очень сдержанным. Мне даже кажется, что он почти ничего не говорил.
– Халем – его союзник. Но мы оба понимаем, кто из них главный.
Уголок рта у него приподнимается, и я, смеясь, соглашаюсь. Князь Лени ленив и медлителен. Больше всего ему нравится ничего не делать. Однако если он увидит возможность остаться единственным князем рядом с Аароном, то наверняка будет не против.
– Чего хочет это Золотое перо? Они действительно не могут стать для нас проблемой?
Я задаю вопрос, зная, что получу полный ответ. Когда такое было в последний раз? Мне не нужно резко, зло или гневно допытываться. Я просто задаю вопрос. Как союзнику. От этих мыслей у меня теплеет на сердце. Меня вообще довольно быстро можно растрогать. Но сейчас все действительно так. Со мной такое впервые. Нат и остальные всегда держались от меня подальше. Они тоже были героями, но… ну, в общем, я – это я. Авиелл никогда не давала мне поговорить с собой по-настоящему. Князь и его супруга – тем более.
Лиран… Лиран так и не ответил на мои вопросы. Никто. Только Марви. И не только сейчас, нет. Еще и раньше. Почему мне это стало ясно только сейчас? Он просил меня пойти с ним. Сказал, что Лиран нехороший человек. И все же позволял мне решать самой. Всегда.
Так почему сейчас я не должна ему доверять? Почему не должна исполнить его просьбу отправиться с ним в княжество Истины? Может быть, именно там я найду ответы на свои вопросы.
– Золотое перо – это союз дворян, которые хотят свергнуть князей. Я не совсем понимаю роль Аарона и не знаю, присоединился ли он к ним просто для того, чтобы его самого не свергли, или у него есть свои причины.
Он делает вдох и выдох, словно приводя в порядок мысли.
– Они говорят, что нашли в секретной библиотеке княжества Истины один апокриф. Это для меня основная причина посетить княжество. Ты тоже знаешь, где эта библиотека.
Я киваю. Я была там в ту ночь, когда на мое княжество напали. Когда я защищала Авиелл. Тогда я и увидела там все эти апокрифы.
– В этом конкретном апокрифе говорится, что одно из княжеств однажды станет настолько могущественным, что подчинит себе все остальные. И они хотят это предотвратить. Так что все это довольно просто. Властолюбивые мужчины, которые хотят еще больше власти, в союзе с властолюбивыми мужчинами, которые любой ценой не хотят свою власть потерять. Той ночью они хотели твоей смерти. Потому что узнали, что именно ты будешь править и способна выиграть войну. Поэтому они и послали людей. В том числе Ка и Ларакая.
Я поднимаю брови, удивившись, что он знает их имена. Хотя чего не знает Марви? Возможно, он знает вообще все.
– Одержимые способны убивать – грамотно, точно и расчетливо. Я думаю, они были уверены, что убьют тебя. Но приняли за тебя Авиелл, и ей повезло, что из-за твоей травмы порвалась связь и твой свет был выпущен на свободу. Тогда мир света пробудился. Ангелы снова появились на земле и… да, большинство из них проснулись в нашем дворце. Однако я оказался совсем рядом с тобой и услышал, как она закричала. Я…
Он запинается, будто ему больно вспоминать, тогда я беру его за руку, лежащую на столе, и смотрю на него. Ему требуется несколько мгновений, чтобы ответить мне взглядом, и вдруг я замечаю у него в глазах обуревающие его противоречивые чувства.
– Я был голоден, хотел пить. Я был… погружен во тьму. Меня все еще мучили последствия пребывания в преисподней. Но было нечто другое, и оно было сильнее. Твоя боль. Твое желание встать и защитить ее. Она была всем. Для тебя и, следовательно, для меня. Я убил Ларакая, а Авиелл осталась жива.
Я глубоко вдыхаю. Я знала, что многое в тот вечер было частью плана Лирана и Авиелл. Но еще я знала, что они не рассчитывали на появление Ка и Ларакая. Они могли все разрушить. По крайней мере, загубить роль Авиелл во всей этой драме. Так что вмешательство Марви было удачей для нее. Иначе она погибла бы из-за их с Лираном плана. От этой мысли у меня начинается жжение в груди. Тьма снова тянет меня за собой. Как будто все негативные мысли об Авиелл и Лиране только усиливают тьму.
– Спасибо. – Это все, что я могу и хочу сказать по этому поводу. Независимо от того, что произошло потом и какой стала Авиелл без связи наших душ. Тогда я так хотела, чтобы кто-нибудь спас ее вместо меня, и теперь я благодарна и рада, что Марви это сделал.
– И о чем же вы говорили на этой встрече?
Марви прочищает горло.
– Аарон хотел, чтобы я или, скорее, царство света стало его союзником. Против князей.
– Но разве это не то, чего ты сам хочешь?
– Я? – переспрашивает он с грустной улыбкой. – Я не хочу взваливать на себя это бремя. Еще должен сообщить тебе, что здесь ты принимаешь решения, Несущая свет. Тебе принадлежит власть.