— Оставьте меня, пожалуйста, — Алиенна поняла, что чуть было не сделала две вещи: не сожгла этого юношу и не начала умолять. И то и другое было непозволительно. — Выйдите вон, — железным тоном старого волчьего короля выговорила она. — И позовите Джалрада! Не-ме-длен-но!
Джад поклонился, видимо, с голосом она угадала, а вот собственные силы предательски оставили Алиенну в трудную минуту. Ото всех непониманий, эмоций, песен и прыжков вдруг захотелось спать. Непреодолимо. Невыносимо. А рядом с сонным проклятьем — нельзя, невозможно.
— Я тут, моя солнечная девочка, наше сокровище, — будто сквозь вату донесся до Алиенны голос дяди. — Не волнуйся, все будет хорошо!
— Дядя! — с отчетливыми слезами в голосе выкрикнула Алиенна. — Слава Лугу!
«Не спешила бы ты радоваться», — донеслось от ворчливого создания, примостившегося на ее руке. Алиенна привычно повела плечом, призывая талисман солнечного Дома выполнить свою работу, то есть висеть и молчать, будь ты хоть трижды самостоятельный и разумный с некоторых пор ящер. Луг оскорбился про «с некоторых пор», но послушно замер и примолк.
Алиенна приободрилась. Дядя всегда помогал ей, заботился, поможет и теперь!
Он смотрел сверху вниз и улыбался. Видимо, у небесного повелителя оказалось много дел, раз улыбка вышла непривычно холодной. Он даже не спросил, как дела с распутыванием заклинаний!
Наверное, сомневается в племяннице и не хочет унижать ее при чужих ши явным отсутствием подвижек к лучшему.
— Все получается, не так быстро, как я бы хотела, но получается, — заторопилась Алиенна, кивнув на сестру, обмотанную черной лозой с отвратительного вида шипами.
— Ничего, — с прохладой в голосе ответил Джалрад. — Принцесса Анора спит давно, неделя-другая ничего не изменит. — Он положил руку на плечо стоящего рядом Джада, продолжающего восторженно таращиться на Алиенну, и пока та набирала воздуха для ответа, продолжил. — Ты уже познакомилась со своим будущим мужем?
«Дею это не понравится, — пробормотал ящер как-то сонно. — Прости, Лили, на этой высоте жутко тянет спа-а-ать… Ничего удивительного, что твоя сестра впала в сон-жизнь, особенно если ей постоянно вливали в уши этакое самохвальное занудство».
Дядя и Джад ждали ответа, поэтому Алиенна оценила свои шансы и шагнула вбок по стеночке. Поближе к выходу, подальше от одуревших из-за высоты небесных…
— Дорогая моя Алиенна! — распахнул руки небесный повелитель в приветственном объятии. — Я столько сделал, чтобы ты оказалась тут, стольким пожертвовал! Я даже пропустил пятидесятилетний Сход! Моя милая девочка, ты же не хочешь огорчить своего единственного родственника?
Алиенне уже с первых слов стало понятно, что помощи ждать не придется, но размер ловушки вырисовывался все более грандиозный. Дяде не было дела до судьбы Аноры, его больше волновал выгодный брак! Стоило избежать корней лесных, чтобы попасть в силки небесные!
Объятиями Алиенна пренебрегла, слабо и царственно, как она надеялась, улыбаясь.
— Дядя, — она вновь очень осторожно отступила по кругу и попыталась воззвать к его разуму. — Ты же знаешь, что я ношу ребенка от Дея.
Дальше была только весьма громоздкий для ажурных конструкций небесных шкаф. Алиенна повернулась вполоборота к полкам, провела пальцами по безделушкам, похоже, магическим, пальцы кольнуло холодом, теплом и чем-то мягким, но сейчас было не до этого.
— Да, я наслышан, — кивнул Джалрад и опустил руки, продолжая смотреть так, словно Алиенна уже расстроила его.
«А уж как расстроится Дей, — закудахтал Луг. — И Джаред, и Мэй, и Майлгуир, и Алан, и Дженнифер…»
«Помолчи! — рявкнула Алиенна, снова раздражаясь на поголовное непонимание простых истин. Мысленно, но громко. — Не можешь помочь, так хоть не мешай».
— У меня будет двойня! — погромче сообщила она небесному повелителю.
— Это чудесная новость, такое богатое пополнение нашего Дома! — Джалрад не издевался, но ей очень хотелось… Лучше бы издевался.
Алиенна топнула ножкой, уперла руки в бока и нахмурилась так, как Бранна очень убеждало: при таком выражении лица неблагой сразу соглашался отложить обучение магической науке. Потом, правда, непредсказуемо отрывал в любое другое время, но это другая история.
— Как невежливо, — всего-то поморщился Джалрад. — Это волчье воспитание виновато. Мы это поправим.
«И у него будет свой Майлгуирчик, хе-хе, — лениво протянул Луг, ощутимо поворачиваясь на другой бок. — Что? Ты не знала, что твой дядя бе-е-ез ума от папы Дея?»
«Я сейчас сама ума лишусь», — сердито выговорила Алиенна. Вышло, что вслух, так как и Джад, и Джалрад — оба уставились на нее.
— Дядя, — вкрадчиво продолжила Алиенна. — Боюсь, если ты решишь удержать меня, это очень не понравится Дею. Королю не только Дома Волка, но и всего Благого мира.
— О, не переживай из-за пустяков, — потрепал ее по плечу Джалрад. — Всегда знал, что политика — это не женское дело.
— Дядя, поясни, пожалуйста, для меня, непонятливой, — смиренно произнесла Алиенна, припомнив, что ее вообще-то считали самой милой, тихой и приветливой девочкой во всем Черном замке.
Сейчас ей хотелось завыть об бешенства, царапнуть стену когтями — она уже научилась их выпускать! — или просто вцепиться в руку того, кто посмеет потянуться еще раз!
«Угу, с волками поведешься, они тебя плохому ка-ак науча-уа-уа-…» — буркнул Луг и смолк на полуслове.
— Майлгуир все еще в тенетах сон-жизни, ваш брак, по счастью, так и не появился в новостях благого мира. А это значит, что я, как ближайший твой родственник, несу ответственность за твою судьбу.
— Само провидение привело тебя сюда! — восторженно вскрикнул Джад остолбеневшей Алиенне.
«Джаред, — тихо позвала Алиенна, припомнив все магические знания. — Джа-ре-е-ед!»
Вышло опять вслух, небесные поморщились.
«Далеко, — доложил Луг. — Он не услышит и не поможет».
— Боюсь, дитя мое, ты не оставляешь мне выбора, — печально вздохнул Джалрад и потянулся к ней.
— Боюсь, вы мне тоже, — шепотом ответила Алиенна и вытянула руки, загоревшиеся серебряным огнем.
Обоих небесных волной вынесло прочь из покоев. Дверь с шумом захлопнулась, затрещала, спаиваясь, как и окна, со стеной в одно целое.
Алиенна опустилась на пол, потушила пламя о серебристый камень.
— Знаешь что, Луг? Джаред знал, не мог не знать. Как же плохо сейчас в моем доме, что он счел нужным выслать меня сюда? Он знал, что я не пойду ни за какого мужа, но я могла бы. Я прежняя, послушная солнечная девочка. Могла бы… — она вздохнула, глядя на остывающую, потрескивающую от жара стену. — Луг, проверь, что тут с едой и питьем. Я выйду отсюда только под руку с Анорой, а ее еще будить и будить.
Джад заголосил за стеной подозрительно различимо:
— Как она не понимает, это же очевидно, очевидно!
Алиенна замерла и присмотрелась — в сплавленном массиве стены было полно пустот. Материал стен замка небесных был настолько легким и тонким, что не потерпел насильственного изменения формы. Алиенна тихонечко простонала, а с той стороны стены уже подступился красноречивый родственник.
— Что в них хорошего, в твоих волках? — не утихал дядя, глядя бирюзовым глазом сквозь выжженную скважину. — Даже девиз хуже не придумаешь, «Сила и честь»! Потому что у них все решает именно сила!
— Сила бывает разной, дядя. У волков она великодушна и добра, — Алиенна обратилась к лучшим воспоминаниях, и кроме прочего нашла, что ввернуть для чувствительного дяди. — Именно поэтому Майлгуир может быть столь щедр на добрые дела. Именно поэтому и его, и Дея так любят, несмотря ни на что.
Здесь дядя странно завздыхал, пробормотал что-то, смутно напоминающее согласие, а королева волков решила, что на этом с нее родственных задушевных разговоров достаточно.
Лили посмотрела на занавесь, и она опустилась, закрывая обзор Джалраду и всем прочим желающим понаблюдать за Алиенной, а заодно и послушать.
«Ты позвала Джареда так, как другие кричат «мама!», ну, или «папа», на худой конец, — Луг шебуршал чем-то по углам, успевая беседовать с Алиенной. — Не красней, я не выдам. Может, только Дею. Или Мэю. Или…»
— Луг, прекрати! — не сдержалась Алиенна. — Я в неоплатном долгу у советника. Он спасал меня не один раз, не давал в обиду, заботился… А вот ты! Ты стал таким… таким…
«Прекрасным? Быстрым? Умным? Похожим на древнего бога?»
— Болтливым. Хотя болтливым ты был все всегда, просто раньше квохтал, как наседка, а теперь язвишь и вредничаешь.
Лили замолчала, смотря на ползущую к ней кожаную сумку.
— Присмотрел себе новый дом?
«Это такая штука, из нее пьют. Люди называют ее тыквой».
— Тыкву вроде бы варят, — недоверчиво произнесла Алиенна и привычно поправила складки платья.
Луг соизволил появиться, выгнул золотистую спинку.
«Уф, устал. Там много еды, подальше. Послушай меня, бывалого путешественника! Выдерни пробку и пей!»
Алиенна повертела в руках сумку голубой кожи, расшитую облаками и рунами, покрутила затычку, выдернула и отпила.
— Вку-у-усно!
Смочила палец, протянула Лугу. Тот лизнул и произнес:
«Это небесный напиток. Говорят, с ним можно даже не есть несколько дней».
— Как раз то, что мне надо! — Алиенна вскочила на ноги. — Но почему мой дядя так равнодушен к судьбе Аноры? Он хотел выдернуть меня на свадьбу, а как же она?
«Лежала спящая принцесса две недели, и еще пролежит. А ты ее вылечишь и сбежишь. Надо понимать!» — Луг задрал хвост так, как другие поднимают палец.
— Да, я ее я вылечу, и уеду к Дею! — Алиенна потерла руки и закрыла глаза, оставляя позади мир живых и уходя в хитросплетения магических заговоров, держащих ее сестру в тяжком плену.
Глава 4. Старый король[1]
Мэй уже не один раз сунулся справиться, как там поживает «его король», так как первую половину дня Дей молчал. Это было непривычно и тревожно, видимо, для всех. Бранн куда-то запропал — Дей не ощущал его в замке, что тоже было странно. До этого неблагой посещал окрестности только с ним. Ревность — печальное качество для волка, плохое — для короля