— Как же я мечтал вырвать твои глаза, волчонок! — низким голосом рыкнул фоморский царевич.
Дей не стал отвечать, даже смеяться не было ни сил, ни времени. Оставалось только отбивать удары и ощущать, как силы уходят с каплями крови. Отступать он не собирался. Но, видимо, пошатнулся заметно.
— Но теперь… уходи, брат, — донесся глухой, изменившийся голос Ниса. — Не хочу убивать тебя.
И Дей не хотел, хоть и понимал, что его колебания сейчас губительны для него же. Чтобы Нис ни говорил, он не пощадит, а Дей и не попросит пощады. Дею как никогда хотелось свободы для его Дома, для его обретенных друзей, для Бранна — и воли для Алиенны. Она выбрала Дея, и он должен…
— И ты оставишь мне Алиенну?
— Я оставлю тебе жизнь.
— Волки не умеют отступать. У нас даже слова такого нет.
Очередное скрещение клинков. Мир без Алиенны? Алиенна без мира?
На синей стали мелькнули зазубрины, обозначил себя скрытый валун, и Дей не раздумывая сделал то, что учил его отец. Менять тактику, импровизировать. Конечно, прыгать на опущенный меч Ниса сразу показалось очень глупо, но хруст!..
Его противник в ошеломлении замер, разглядывая осколок, торчащий из гарды. Можно было бы ударить сейчас, но у Дея не поднялась рука. Нис отбросил то, во что превратился его меч, выхватил кинжал и бросился вперед. Дей отпустил рукоять отцовского клинка, очень надеясь, что умное оружие не затеряется, не сломается и найдет себя само, как это было не раз.
Со стороны их поединок наверняка выглядел не таким уж и зрелищным — сплошное мельтешение кинжалов, блоки, подсечки, резкие движения… Дей использовал все, что мог. Грудь разрывалась от боли при каждом вдохе, болело все тело, каждая мышца. Сколько они уже дрались, непонятно. Миг, полчаса, день, вечность? Так и умрут вместе, как сказывают легенды.
— Помоги мне, пресветлый Луг, — прошептали губы.
— А мне — темный Ллир! — ответил Нис и отпрянул так, что Дей едва не упал. Нис подобрал землю, швырнул в лицо Дею. Дей хмыкнул — сработало бы, если бы у него были глаза — и оперся о колено, радуясь внезапной передышке. — О, братишка, Алиенна рвется к нам, — продолжил Нис. — Может, не к тебе, а ко мне? Я ведь ей нравился!
Возможность так долго говорить после схватки вызывала восхищение, но мысли о том, что тут и сейчас окажется его жена — ужас. Что может сделать Алиенна? Бранн был уверен, что все. Может и открыть себе Окно.
— У меня ее кровь, — Нис выхватил из-за пазухи серебряный лоскут, когда-то бывший шарфом Дея. — И бумага. Что ты можешь этому противопоставить?
«Себя», — подумал Дей, не собираясь отвечать, и бросился вперед. Дей и Нис вновь покатились по земле. Рукав оказался рядом, и Дей вцепился зубами в плечо. Волчьими зубами. Кажется, Нис продолжал наносить биться, но Дей уже не ощущал этого. Пропустил удар, другой. Перекатываясь, они наткнулись на все тот же камень — и наткнулись со стороны Ниса. Фомор вновь ослабил хватку, вздохнул, а Дей ощутил под рукой теплую кровь. Нис напоролся на свое же оружие! Дей попытался подняться, но упал на землю. Перед глазами потемнело, а потом высветлилась светлая тень, ящер, похожий на маленького дракончика.
— Луг, я умер? — прошептал Дей.
— Нет еще. Вечно ты без меня в истории вляпываешься.
Встать было невозможно, до обидного даже невозможно было не смотреть на кудахчущего ящера, так как закрыть глаза не получалось.
— Алиенна, что с ней? — прошептал Дей.
Рядом стало очень тихо, словно Нис перестал дышать. Слабо пошевелился и замер окончательно.
— Летела к тебе, Нис дернул, и вот я тут, а она где-то недалеко. Скоро увидишь свою ненаглядную.
— Нис жив? — прошептал Дей.
Ящер изогнул спинку, смотреть не стал.
— Жив. Но серьезно ранен, как и ты. Эй, Дей, мой Дей, ты чего? Глаза не закатывай! Держись!..
Неожиданно холод ушел, осталось только небо. Оно наверняка было синим, но почему-то переливалось серо-стальным, серым, радостным волчьим цветом…
Эй, Дей, я не дам тебе умереть, меня Лили убьет! Так, надо вскочить на плечо. Оборачиваюсь — как странно они все же похожи с Нисом, особенно сейчас, израненные и перемазанные. И шлемы у них одинаковые.
Как же холодно, как же стало невозможно холодно! Пожалуй, стоит погреть моего Дея, но ах! Меня же подсекает на землю водяная петля! Откуда она взялась?! Меня отбрасывает с плеча моего волка! Нет-нет-нет, Дей!
Оба — король и царевич разных королевств не спешат вставать, их давит к земле морская сила!
Ох, я не думал, что мне удастся увидеть короля фоморов вживую и на суше! Громадные рога вздымаются на два локтя вверх и назад, синяя кожа, черные волосы, белые глаза сияют злыми звездами, аккуратная бородка и усы, подчеркивающие крупные и безжалостные черты лица. Айджиан выпускает синие бичи, обволакивает обоих лежащих на земле ши.
Обоих!
Мой волк!
— Нис-с-с! — раздается полный боли голос. — С-с-сын… — еле слышно, но еще более мучительно.
Вот не надо меня так отбрасывать!
Подбежать к нему теперь невозможно, от самой накидки Айджиана расползается темная и глухая сила. Да, он ведает глубинами, куда не поступает свет, не мне, порождению солнца, тягаться с ним!
Мой Дей! Дей!
Ох! Мой волк и его Нис слишком похожи, Айджиан морщится, поводит рукой, чтобы захватить широкой лентой воды обоих! Это что же! Это как же! Он украдет нашего волка?! Он украдет моего волка?!
Что это за серебристое копье летит от стен Черного замка? Что?! Еще один дракон? То не было ни одного, то сразу три!
Фуф! Синяя лента с шипением разбивается об огненный щит! Ворона! Ну вот только тебя тут не хватало! Щит держится, хотя Бранну это непросто — неблагого чуть шатает при новом шаге, похоже, темная сила глубин чужда ему.
Тем более, Бранн, куда ты лезешь?!
Нет. Ну вы посмотрите. Идет. Навстречу фоморскому ужасу, Айджиану, прозываемому Балором!
Фуфф! И даже на Бранна не запрыгнуть! Он подошел уже слишком близко к Айджиану. Фоморский царь не сердится, он всего лишь недоволен, но вокруг его фигуры и высоких рогов сияют отдельные зелено-синие разряды, будто рябь идет по воде.
Огненный щит все еще стоит!
— Здравствуйте, царь. Заберите свое, но оставьте, пожалуйста, нам нашего короля, — был бы Бранн не настолько сосредоточен на щите, я уверен, ему достало бы наглости обратиться к Айджиану еще более длинно.
— Смешной. Маг, — голос Айджиана расходится по воздуху мощной вибрацией, низкий и потусторонний, видимо потому, что в воде звуки расходятся иначе. А именно в воде Айджиан и живет. — Ваш. Король. Мой. Плен-ник.
— Нет, Дей не пленник. Послушайте, это не обязательно. Наш король нужен нам. И Дому. Я не могу вам позволить.
— Наглый. Маг. Смешной, — царь четырех океанов и морей без числа то ли не хочет говорить длинно, то ли ему слишком сухо для долгих фраз, видимо, жизнь на глубине накладывает свой отпечаток. — Неблагой. Игрушка?
Огненный щит пересекает тонкая водяная петля.
— Нет, вы неправильно поняли, — Бранн бледнеет. — Не игра, нет, оставьте нашего Дея, он серьезно ранен, а я уберу щит.
Айджиан не отвечает, но из длинных, расшитых самоцветами рукавов вылезают длинные синие змеи. Они повсюду!
Я пытаюсь подскочить к тебе, неблагой, но не могу, не могу! Земля подается под лапками, но не воздух, в котором слишком много ряби и темноты! Она сгущается!
Бранн!
Ох. Стоит ряби немного разойтись, на земле больше нет щита, зато есть три бессознательных тела — и нашего неблагого заворачивает такой же лентой воды, что и двух Деев… Тьфу ты! Дея и Ниса!
Ну уж нет, меня отправила к тебе Лили, и я не оставлю тебя, Дей!
Одна из синих змей сворачивается в кольцо, и я запрыгиваю на нее. Айджиан сворачивает все, и небо и землю, и свивает плотную воронку из синего пламени. Надо бы послать весточку Лили, надо сказать советнику, но я не успеваю ничего, даже выдохнуть, а вдыхаю уже плотный и тяжелый морской воздух. Мы, что?!
Айджиан раскручивает свои бичи, шепчет кому-то: «Помогите этим двоим, — а потом отвечает на непонятный вопрос: — А потом — в тюрьму. Да. Обоих!»
Что? Мы в тюрьме? Все четверо? Да уж… тут мы еще не были. Дей дышит, вокруг него лекари, и это главное.
Добро пожаловать на дно морское.
Глава 11. Третья держава
Джослинн приходила в себя долго. У нее было время оплакать Хранителя и подумать, почему Бранн к ней так и не пришел. Видимо, эта та странная часть магии, что почему-то отняла ту яркость чувств, что она испытывала к неблагому, рикошетом зацепила и самого Бранна. Джослинн очень хотелось бы разобраться в себе, понять, что изменилось и изменилось ли вообще, а может быть, ей только кажется? Воспоминания раскручивались, в прошлом она видела себя, и видела огонь любви, горевший в собственном сердце, но почему-то все казалось каким-то ненастоящим, словно все происходило за стеклом. Все происходило с ней, конечно, с ней, но она будто смотрела на себя со стороны. А это все-таки не одно и тоже.
Время тянулось отчаянно медленно. Джослинн вздыхала, переживая как смерть своего учителя, так и непонятное состояние души. Вновь перебирала воспоминания, и с ужасом осознавала — они словно подернулись пеплом. Словно она видела все, что было, но никак не могла полностью ощутить собственные эмоции. Да и собственной магии не ощущалось совершенно. Лекари приходили и уходили, но не говорили ни слова.
И когда наконец ее навестил советник, она не выдержала.
— Джослинн, она здорова?
— Восстанавливается, как и вы. Тут нужны только силы и время.
— А Бранн? Он покинул нас, да? Вернулся к себе?
Звездочет пристально вглядывалась в Джареда, пытаясь отыскать ответы на его худом, измученном лице. Советник прятал от нее взгляд! Внезапно ей стало холодно, мороз прокрался изнутри и никак не отпускал.
— Джаред, не щади меня, пожалуйста. Что с Бранном, он… — Джослинн сглотнула, сжала простыню, потом осторож