— Ну, не совсем на тренировке, — признаюсь всё-таки.
— А где? Потасовка какая-то? В университете? Что?.. Рассказывай, — волнуется сестра, наклоняясь и целуя синяк.
По телу бегут мурашки. Подтягиваю мелкую к себе, обнимаю и заставляю лечь рядом. Укутываю в свои объятия.
— Подожди… — снова раздается встревоженный голос. — Только не говори, что ты участвуешь в этих боях без правил… — приподнимается, чтобы заглянуть мне в глаза.
— Каких боях? — переспрашиваю якобы удивленно.
Не думал, что мелкая слышала о них. Мне казалось, что лишь небольшая горстка людей знает о подобных тотализаторах. И студентка-лингвистка в их число входить явно не должна.
— В прошлом году… — щурится Юля, пытаясь вспомнить что-то. — Один парень очень пострадал… Тогда этот случай вызвал широкий общественный резонанс. Наши родители несколько вечеров обсуждали. Если не ошибаюсь, то молодой парень остался инвалидом.
— Ясно, — говорю просто, чтобы не молчать.
— Так что? Руслан??? Пожалуйста, ответь правду. Ты таким образом зарабатываешь себе на жизнь? На эту квартиру?
Была не была…
— Это лишь один из способов заработка. Хотя стоит признать, самый перспективный! Я, конечно, занимаюсь и другими проектами, которые никак не связаны со спортом, но они пока не могут принести столько денег, как даже один вечер на ринге.
— Боже… — Юля ошеломленно рассматривает меня. — Это ведь опасно! — выкрикивает довольно эмоционально.
— Опасно — это жить без тебя, — говорю на полном серьезе. — Всё остальное — терпимо.
— Нет… — упрямо не хочет соглашаться. — Обещай, что больше не будешь участвовать в этом, — требует.
Улыбаюсь. Снова внутри всё плывет от того, с каким отчаянием мелкая пытается меня защитить.
— Обещай! — настаивает.
— Не могу, — признаюсь честно.
— Почему? Деньги?.. Черт… Мы будем жить у нас дома!!! Как раньше.
— Нет! Ты же знаешь, что это невозможно.
И этого решения я точно не изменю. То, что произошло, когда все узнали о беременности Ники, о нашей близости с Юлей, заставило в корне пересмотреть отношения с близкими. Я не хочу ни от кого зависеть! Я не смогу, чтобы мне указывали, что делать, как жить.
— Борзов!!! — кричит Юля. — Ты не понимаешь??? Ты не слышал, что я тебе сказала?.. Молодой парень стал инвалидом!!!
— Это же не значит, что с каждым так происходит, — парирую, пытаясь успокоить мелкую, которая разошлась уже не на шутку. Возможно, всё-таки не стоило признаваться в том, как я зарабатываю, чтобы обеспечить себе нормальную жизнь? Возможно… Но уже поздно. Да и всё равно… Рано или поздно Юля узнала бы. Нельзя быть вместе и не догадаться о подобном. А мы будем вместе! И приходить избитым я буду, наверняка, еще не раз.
— Не с каждым, но… — пытается донести до меня свое видение ситуации.
— Давай не будем! — прошу. — Давай поговорим о нас! — поднимаюсь с кровати, иду в прихожую, затем возвращаюсь обратно.
— Что это? — смотрит на мою ладонь Юля, когда я протягиваю её ей.
— Ключи. Теперь это не только мой дом. Это и твой дом! Я хочу, чтобы ты жила здесь со мной! Я хотел этого с того самого момента, когда вернулся в этот город! В тот вечер… Я мечтал забрать не только свои вещи, но и тебя!
В глазах сестры начинают блестеть слезы. Она робко забирает ключи с моей руки и как-то замирает вся. Трепещет, словно маленькая пташка.
— Ты ведь не скажешь, что после того, что только что произошло, наши отношения останутся на том же уровне, что прежде?
— Нет, конечно! — горячо восклицает она.
— Я поговорю с родителями! Сегодня же! — мой настрой боевой. Я больше ни дня не намерен провести без Юльки.
— Нет… Только давай не сегодня, — просит. — Я сейчас позвоню маме, скажу, что останусь ночевать у Даши. А завтра спокойно поговорю с ними вечером.
— Не поговоришь, а поговорим! — твердо поправляю я.
Вообще хотел бы один поговорить с родителями, чтоб не травмировать психику мелкой. Знаю ведь, что они будут против такого поворота. Но, с другой стороны, знаю и Юлю. Она не будет прятаться за моей спиной. Поэтому выход только один — быть вместе, когда будет происходить этот неприятный разговор.
— Ладно… Завтра поговорим! И завтра я соберу вещи.
— И завтра ты переедешь сюда, — не могу сдержать улыбки. — Черт… — вспоминаю неожиданно один нюанс.
— Что такое?
— Завтра не получится.
— Почему?
Молчу. Ответ Юле не понравится. И это еще слабо сказано.
— Почему??? Завтра снова бой? — догадывается моя сообразительная малышка.
Киваю.
— Руслан… — в её глазах снова слезы.
Не могу вынести этот взгляд. Он прицельно бьет в самое сердце.
— Хорошо… Если ты будешь рядом, я брошу это занятие. Но завтра… Я уже пообещал!
Мелкая недовольно сопит. Но понимает, что я не изменю своего решения. Если я дал слово, то обязательно сдержу его.
— Значит, с родителями послезавтра поговорим… — тихонько предлагает она.
— Отлично! — обнимаю мелкую и крепко целую её. — Юлька… Моя Юлька… Люблю тебя!
-И я тебя люблю, — признается, пряча свой веснушчатый носик на моей груди.
— Что? — смеюсь от счастья. — Я не слышу ничего, — оттягиваю сестру от себя. — Повтори, что ты сказала.
— Всё ты слышал, Борзов! — тоже смеется. — Я люблю тебя!!! — кричит на всю квартиру.
Глава 50.
На пары снова опаздываю. Но сегодня меня это волнует еще меньше, чем вчера. Состояние блаженства, в котором я пребываю в данный момент, заставляет любить весь мир. И даже вредных подруг, которые в очередной раз пытаются пристыдить меня и докричаться до моей совести. Однако быстро успокаиваются, видя, что со мной что-то не то. Причем, в хорошем смысле не что-то не то.
— А ты что такая счастливая? — улыбается Ли.
— Трахалась что ли всю ночь? — Даша, как всегда, смотрит на вещи реально и называет всё своими именами.
— Трахалась… — улыбаюсь мечтательно, как дурочка.
— Неужели с Борзовым всё-таки встретилась? — догадываются девчонки, придвигаясь ко мне ближе и требуя грязных подробностей.
— Я переезжаю к нему, — не могу утерпеть и делюсь новостью, от которой поджимаются пальчики на ногах.
Не верится даже… Впереди новая жизнь! Рядом с любимым человеком. Да, уверена, трудностей будет немало, но вместе мы справимся!
— Ого… — восклицает Киселева на всю аудиторию. — Хорошо так потрахались… Аж мозг набекрень.
— Не ори, — оглядываюсь вокруг. Другим не обязательно знать о подробностях моей личной жизни. Никогда не приветствовала подобной огласки личной жизни, когда такими вещами как будто хвастались. Пусть лучше счастье будет тихим.
— Не ору, — несколько успокаивается Даша. — Рассказывай уже.
Вкратце обрисовываю нашу встречу, не вдаваясь в детали. Девчонки внимают каждому моему слову. И если Ли искренне рада за меня, то Киселева готова внести ложку дегтя в мой рассказ и в общем в мое настроение.
— За какие шиши жить будете, если родители не станут помогать?
— Руслан работает. Я тоже поищу что-нибудь.
— И ты окончательно смирилась с тем, что у него будет ребенок? — продолжает пытать меня Киселева, проверяя мои нервы на прочность.
— Ну, а что сделать… Ребенок ведь ни в чем не виноват.
— И к мамашке этого самого ребенка не будешь Руса ревновать?
Вот этого не могу обещать. Зная себя, возможно, буду волосы рвать, когда Руслан будет уезжать в родной город. Но… Это еще так всё призрачно…
— Поживем, увидим. Руслан еще не уверен на сто процентов, что ребенок его.
— Это верно! — соглашается Киселева. — В здравом уме ему не откажешь. Может, нагуляла где-нибудь, пока он тут тебя окучивал.
— Даша… — возмущается даже Ли.
— Этого уже не изменить. Каждый из нас совершает в своей жизни много ошибок. Главное, что Руслан признал их, — пытаюсь философствовать.
В аудитории появляется преподаватель, поэтому сворачиваем наш разговор. Возвращаюсь в свои розовые мечтания, изредка замечая прицельные взгляды подруг.
После пар еду домой. По пути очень вовремя вспоминаю, что мы с Русланом вчера так увлеклись, что занимались сексом без презерватива, поэтому возле первой попавшейся аптеки останавливаюсь и покупаю «волшебную» таблетку.
Чем ближе приближаюсь к дому, тем сильнее утверждаюсь в мысли, что разговор с родителями нужно начать сегодня. Без Руслана. Пусть свыкнутся до завтра с тем фактом, что мы будем вместе. Так хотя бы наговорят брату меньше обидных слов! Меня ведь пожалеют… А его? Кто его пожалеет? Только я могу попытаться хоть как-то его защитить от лишней боли.
Родители пока на работе. Решаю приготовить что-то на ужин. Наверное, где-то на подсознательном уровне делаю это, чтобы задобрить маму и папу, но на уровне разума понятно, что ужин не скрасит ситуацию и не изменит отношение родителей к нашим отношениям с Русланом.
Засунув противень с картошкой и мясом в духовку, звоню Руслану. Он с самой первой секунды начинает, словно змей-искуситель, нашептывать мне о том, как соскучился и что бы сделал, если бы я была рядом. Мое тело загорается словно спичка.
— Не иди сегодня на встречу, и я приеду.
— Не могу, маленькая, — его голос мгновенно меняется. — Потерпи этот вечер… И потом всё будет хорошо.
— Позвони мне сразу же, когда бой закончится, — прошу.
— Конечно, позвоню. Хочешь, даже приеду и украду тебя из твоего замка, — предлагает игриво.
Вспоминаю о предстоящем разговоре, о котором пока не знает брат. За подобную инициативу он явно не погладит меня по голове. Скорее, отшлепает.
— Нет. Лучше потом сразу домой езжай, отдыхай. А завтра всё спокойно решим! — вижу, как во двор въезжает машина родителей. — Всё, мне пора. Мама с папой приехали.
— Люблю тебя, малыш, — шепчет на прощание Рус.
Отвечаю ему теми же словами, шлю воздушные поцелуйки и с сожалением завершаю вызов. Хочу к нему… А не вот это вот всё.