Я слежу за экраном как завороженная, широко раскрыв рот. Мой малыш. Восемь недель. И сердце уже бьется? Охренеть можно! Понимаю, что я не смогу от него избавиться. Если еще с утра у меня были сомнения, но сейчас они отпали. Сердце бьется, подумать только!
– Все хорошо, можете одеваться!
Я послушно сползаю с кресла и натягиваю нижнее белье и колготки. Все оказалось не так страшно, на самом деле.
– Олег Васильевич! Я сбегаю до лаборатории? Мне срочно! Вы же справитесь без меня? – доносится голос Марии из-за ширмы.
– Конечно!
Я слышу шаги, а затем дверь в кабинет тихонечко хлопает.
– Я напишу направление на анализы, и можно вставать на учет. Вы уже решили, где будете вести беременность?
Приведя себя в порядок, возвращаюсь на свой стул и вскидываю на врача глаза.
– Не знаю. Не думала еще. Все так неожиданно произошло.
– Не планировали с молодым человеком? – склонив голову, внимательно наблюдает за мной Олег Васильевич.
– Нет. Так получилось. Первый раз и вот, беременность сразу.
– Направление я напишу в любом случае, обсудите с отцом ребенка и примите решение. Через четыре недели рекомендуется провести первый скрининг.
– Хорошо!
Глава 41. Софья
Из клиники я выхожу выжатая как лимон. Эмоционально пуста, но снимок с маленьким темным семечком невероятно греет меня даже через карман пуховика.
Что-то нужно будет решить с учебой. Возможно, взять академический отпуск. Первый курс я закончу в любом случае, а дальше будет видно.
В конце концов, что я расклеилась? У меня есть мама, папа с Катей, бабушка и дедушка, братья и сестра. Уверена, что они меня поддержат. Да, будет сложно, но не выгонят ведь меня из дома? Примут.
После приема врача я в полной мере ощущаю, что я беременна. И это волшебно. Да, у меня не все как у людей, но я рожу ребенка от любимого человека. Пусть мы не вместе, но это неважно сейчас. И я должна ему сообщить. Пусть знает, он же отец. Для всех других мы оставим его отцовство в тайне. Да, так будет лучше всего.
Внезапно я ощущаю дикое желание съесть круассан с лососем, аж рот слюной наполняется. Я в буквальном смысле умру, если не почувствую его вкус. Благо, через дорогу виднеется кофейня, и я спешу туда со всех ног. Заказываю себе еще облепиховый чай и с наслаждением вонзаюсь зубами в хрустящее тесто. Боже, какой кайф!
Разблокирую Славин контакт и набираю ему. Я ощущаю непоколебимую решимость. Сейчас или никогда!
– Да! – раздается до боли знакомый голос.
– Привет, Слав! Это Софа! – блею я, сжимая в ладони бумажную салфетку. Вся моя решимость мгновенно улетучивается.
– Я знаю, у меня есть твой номер! – смеется он. – Что-то случилось?
– Да. Я беременна.
– О! – закашливается мой собеседник. – Поздравляю!
– Это твой ребенок, Слав.
– Ну да! Конечно! Это шутка какая-то?
– Нет. Это правда! Я напутала там чего-то, у меня месячные были после того раза, а потом вот две полоски! – возбужденно произношу я.
– Сонь, – выдыхает Кобзарь. – Мы же все решили с тобой, ты сказала, все ок. Я женился не так давно. Ты что, снова за старое принимаешься? Придумала беременность, чтобы что? В чем твой план, я не могу понять?
– Нет плана! Это правда. Я тебе фото отправлю!
– Даже если теоретически я поверю, что ты не врешь, где гарантия, что это не ребенок Павлика? – жестко интересуется сводный брат.
Я прикусываю язык. Я же сама его уверяла, что трахалась с Голубевым, Слава мне не поверит, что я его обманула. Зачем я вообще все это затеяла? Дура! Какая же я дура!
– Шутка не удалась, пока! – буркаю я, ощущая себя полнейшей идиоткой и отключаюсь. Снова вношу его в черный список и борюсь со слезами.
Пошел он к черту. Почему мне так не везет вообще? Со Славой непонятно что, Павел оказался конченным наркоманом, еще и беременна на первом курсе. Гордость семьи! Залпом допиваю чай и оправляюсь домой.
Тянуть с новостью я не собираюсь, поэтому, позвоню папе. Не представляю, как он отреагирует, наверное, будет очень разочарован в своей девочке. Но что поделать?
В квартире из домашних никого не оказывается, чему я очень рада. Раздеваюсь, мою руки, трушу страшно. Как перед прыжком со скалы. Но понимаю, чем раньше я сообщу, тем лучше.
Решительно беру в руки телефон, плотно закрываю дверь и звоню папе.
– Привет, Соник! – весело отвечает он после второго гудка. По звуку слышу, что он явно куда-то едет.
– Привет, папуль! – наигранно веселым голосом отвечаю. – Ты где?
– Поехал за мелкими в детский сад!
– Катя с тобой?
Я понимаю, что он ей расскажет обязательно, но я не готова сейчас делиться самым сокровенным с кем-то, помимо родного отца.
– Нет, она на фитнесе. Как у тебя дела?
– Так себе! – вздыхаю. Держу перед собой снимок узи и всхлипываю.
– Что такое? – тут же веселый папин тон меняется на обеспокоенный. – Ты плачешь, моя девочка?
– Твоя девочка тебя разочарует, пап. Очень сильно!
Я уже не сдерживаюсь и рыдаю белугой.
– Так, стоп. Что случилось, тебя отчислили?
– Нет, пап. Нет. Я это. Я беременна, в общем!
Закатываю глаза в потолок, изображение от слез размывается, но на душе становится легче. Следует продолжительная пауза, которую я не прерываю. Тоже молчу.
– Беременна? – наконец, отзывается папа и шумно выдыхает. – Что же, Соф, поздравляю. Кто отец?
– А нет отца, пап! – прикусываю сразу обе губы. – Нет и не будет.
– Это Павел? Ты поэтому говоришь, что его нет?
– Нет-нет! – кричу я. – Это не Павел. Не он.
– Кто, Соф?
– Да просто парень, мы даже не встречались. Одноразовый! Прости, мне так неловко.
Сейчас папа еще решит, что я шлюха. Прекрасно! Его милая, хорошая девочка!
– Софа! Все хорошо, моя милая. Я, конечно, в шоке, но все хорошо. Как ты себя чувствуешь? Какой срок?
– Все нормально, пап. Восемь недель, самое начало. Я сегодня на узи была. Представляешь, у него уже сердечко бьется. Я думала смогу аборт сделать, но нет. Я не могу. Пап. Он такой крошка. Он же ни в чем не виноват. Папуль! Мне так плохо!
Из носа течет, щеки мокрые от слез, а голова разрывается от напряжения.
– Мы справимся, Сонечка! Никакого аборта, даже не думай. Насчет денег тоже, и учебы. Все решим, моя маленькая. Мамой станет Сонька моя, подумать только! Не реви, прошу тебя.
– Не буду, пап. Я так боялась сказать тебе. Никто не знает еще! Мне самой не верится.
– Мне тоже не верится, но в жизни бывает всякое.
– Я не хотела так. Я мечтала, чтобы как у вас с Катей было. Дом, семья, любимый муж. А тут – мать-одиночка без образования. Мне так стыдно, что я подвела тебя.
– Перестань, зайка. Все у тебя будет! Даже не сомневайся. Молодая мамочка, все успеешь. Не нервничай только! Маме не говорила еще?
– Нет. Сегодня скажу.
– На приеме где была?
– В клинике частной. Мне там предложили беременность вести. Я пока не ответила. Это дорого, наверное.
– На этот счет вообще не переживай! – резко осекает меня папа. – Мы все оплатим и поможем тебе.
– Спасибо, папочка. Ты – лучший!
– С Катей надо обсудить ситуацию, ты ведь не против?
– Нет. Но мне очень неловко!
У папы и Кати общий бюджет, и я его прекрасно понимаю. Она все равно узнает рано или поздно. Мы тепло прощаемся, я обещаю папе позвонить вечером и иду на кухню.
Я снова голодная. В холодильнике шаром покати, жарю яичницу с сосисками, отрезаю кусок черного хлеба и сметаю все в считанные секунды.
В тот момент, когда мою тарелку, домой возвращается мама. По звуку закрывающейся двери пытаюсь понять, в каком она настроении. Судя по резкому хлопку, она снова не в духе. Похоже, разговор придется отложить. Я не вывезу двойную истерику в ее исполнении. Сама еле-еле держусь, чтоб не сорваться.
Мама идет в ванную комнату, я домываю посуду и выключаю воду.
– Это что такое? – слышу шипящий звук за спиной.
Глава 42. Софья
Разворачиваюсь и округляю глаза. Контейнер в ее руках прямо перед моим носом. Я вчера забыла выбросить. Тесты забрала, а его оставила, чтобы позднее выкинуть.
– Контейнер для сбора мочи! – ровным голосом отвечаю я, вытянувшись в струнку. Даже вдохнуть не могу.
– Ты дуру из меня делаешь? – рявкает мама. – Я прекрасно знаю, что это! И не рассказывай мне, что ты анализы сдавала. Тошнит тебя, бледная как смерть, плаксивая ужасно. Ты беременна?
Я хлопаю глазами и молчу. От мамы такая ненависть исходит, что мне даже не по себе становится.
– Ну?
– Да! И я буду рожать! – шепчу я и закрываю лицо ладонями, потому что в ту же секунду мне прилетает пощечина.
– Кто он? – визжит она как сирена.
А я ни слова вымолвить не могу, опускаюсь на колени и рыдаю от обиды. Такой реакции я не ожидала.
– Кто, я тебя спрашиваю? Отвечай немедленно!
– Ты его не знаешь, мам. Мы один раз виделись, у меня даже его номера нет!
Господи! А потом разряжается настоящий скандал. Мама орет как ненормальная, хватает меня за волосы, оскорбляет последними словами, а я пытаюсь вырваться.
– Срок какой?
– Отстань от меня!
Толкаю ее со всей силы, она задевает стул, который с грохотом валится на кафельный пол, а я ретируюсь в свою комнату. Закрываю за собой дверь на щеколду, и, привалившись спиной, медленно сползаю. Дышу тяжело, надсадно, сердце колотится где-то в горле. Меня никогда в жизни не били. Я вообще не знаю, что такое физическое насилие, и мне дико от того, что вытворяет моя мать.
Не успеваю перевести дух, как она колотится в запертую дверь.
– Открывай! Немедленно!
– Уходи! – кричу ей. – Отстань от меня!
– Ты избавишься от этого ребенка! Я не позволю ему родиться и испортить тебе жизнь. Кому ты будешь нужна с прицепом? Сама еще дите, рожать она собралась. На что ты жить будешь? Шлюха малолетняя. Дала не понятно кому. Ясно теперь, почему тебя Павлик бросил. За него руками и ногами держаться надо было, а она хвостом вертит. Шалава!