И сошлись в горах слуги Дыевы и дружинники Волха Змеича. И клевал Орёл Китавра– са, а Квасура, могучий витязь, в битве той потерял коня. И шумела битва три ночи и три долгих и тяжких дня! И не бурные реки сбежали со льдов, потекла с горных кряжей кровь. Полегли в ущелиях рати — и везде груды тел, куда кинешь взор — и тут дивушки потеснили войско Велеса с Сарачинских гор.
И тогда рати Велеса Змеича повернули коней и помчались домой. И вот видят они: раз– разилася буря чёрная над землёй.
— Нет у нас предводителя! Велеса нет! Он закован цепями в горах много лет! Что же делать и где же искать нам спасенья, от беды лихой избавленья?
Тут навстречу им выехал витязь могучий. Был тот витязь грознее тучи! Из далёких земель он на битву скакал, и на три лишь дня опоздал. Это был Расень сын Купалича-Аса и Поманушки свет Асиловны.
И воскликнул Расень:
— Я победу добуду! И спасу я Велеса Змеича! В том клянусь горой Сарачинской и Смородиной речкой быстрой!
И помчался Расень к Сарачинской горе и ко Чёрному Алатырю. Мчался витязь во весь опор и явился среди Чёрных гор.
— Эй! — вскричал Расень так громко, как хватило сил. — Грозный бог, что званье божье ныне осрамил! Ты зачем среди ущелий прячешься трусливо? В страхе уходить от боя, разве это диво? Я спасти пришёл людей от тебя, губитель! И тому, кого сковал ты, буду я спаситель! Если трус ты и боишься с витязем сразиться, может быть тогда Орёл твой биться согласится?
И тотчас над горным кряжем чёрный мрак сгустился, а Орёл с вершины снежной к витязю спустился. Только распустил он крылья, тьма весь белый свет накрыла.
И в пещере горной тутже пробудился Змей, засвистел он и пополз средь камней. А Орёл крылами бурю с вьюгой нагонял. Конь от бури той великой ноги подгибал.
— Что ж ты, волчья сыть, бредёшь-споты– каешься? И чего к земле сырой пригибаешься? Разве ты ещё не слышал клекота орлиного, и ещё не чуял ты посвисту змеиного? Или ты врага доселе не встречал сильней? Или трус ты и боишься теней?
Трижды бил Расень коня плетью ременной и в крылатого врага целился стрелой. И кричал, когда хлестал плёткою коня:
— Ты не трус, а верный друг мой! Выручай меня!
Черногривый конь рванулся прямо в небеса, и во тучах поединок тутже начался. А потом на горных льдинах продолжался бой, и герой крыло Орла пронизал стрелой. И тотчас же свет с небес заструился, сквозь орлиное крыло луч пробился. И упал на горы враг с клекотом орлиным, озарилися кругом горы и
долины. И затем Расень Орла поразил копьём, главу той птице грозной он отсёк мечом.
Богатырь немало в этот день потрудился, после он со Змеем горным сразился. Полз дракон и на пути всё крушил и немало зла тогда совершил. Богатырь на всём скаку поднял меч и главу снял Змею горному с плеч.
И узрев тот подвиг великий, Громовержец задрожжал в страхе диком. И он в ужасе ветрб созывал, в колесницу грома их запрягал. И взошёл он в громовую повозку, и на тучу грозовую воссел, и немедленно прочь полетел.
I И тогда на Сарачинскую гору к Камню Чёрному Расень подымался, и весь мир подлунный им восхищался. И достиг он вершины, и оковы разбил, и от плена он Велеса освободил.
И тогда в честь Огнебога люди пировали! Пламя жертвенное в храмах всюду возжигали! А чтоб веселее стало, принимались за ристала. И скакали вкруг курганов на борзых конях, и рубилися во славу Бога на горах! И затем пускали стрелы в дальние пределы!
И на празднике был счастлив всякий человек, и с тех пор чудесней пира не было вовек! И за подвиг беспримерный все Расеня величали, и с прекрасною Полелей вскоре обвенчали.
И на свадьбу Расеня с Полелей то не лебеди солетались, небожители собирались. И Расеню они подарили кольчугу, а венок золотой подносили супруге.
И все славили Бога Вышнего! И хвалили Вол ха и Лелю, и Расеня вместе с Полелей!
Велеса все прославляли, что страдал за нас, людей! А Расеня величали лучшим из мужей!
—
— Расскажи, Гамаюн, птица вещая, нам о свадьбе светлого Хорса, как женился Хоре на Заре-Заренице, полюбив младую Зарю.
— Ничего не скрою, что ведаю…
На далёкий остров Буян, на высокий крутой бережок солеталися птицы дивные. Собирались они, солетались — о Сырую Землю ударились, обернулись красными дёвицами. Красоты они несказанной — ни пером описать, ни вздумать.
То не птицы на остров слетелись, то Заря– Зареница с Вечерней Зарей с Ночкой тёмною, черноокою.
Собирались они купаться и снимали с себя сорочки — крылья лёгкие, оперение. С тела белого сняли пёрышки и пошли они к морю синему. Они в волнах играют, и песни поют, и смеются они, в море плещутся.
Только скинули оперение — вышло на небо Солнце Красное, появился великий Хоре.
Поднялся светлый Хоре на небесный свод на своей златой колеснице — многоцветной, богато украшенной драгоценными камнями, жемчугом.
И сдивился он тем красавицам, и влюбился он в красну девицу — молодую Зарю-Зареницу.
И пошёл он к Макоши-матушке, и спросил её о своей судьбе. И сказала ему Макошь-ма– тушка:
— Ты ступай, светлый Хоре, к бережочку, укради у Зари её крылышки. И твоей Зарени– ца станет.
—
и спустился Хоре к бережочку, и украл у Зари её крылышки. Из воды выходили сёстры — надевали крылья и пёрышки, поднимались они в небо синее. Улетела Ночь чернооокая, вместе с нею — Зорька Вечерняя. Лишь Заря– Зареница найти не смогла золочёные, лёгкие пёрышки и свои невесомые крылышки.
И промолвила Зареница:
— Отзовись, кто взял мои крылышки! Коль ты девица — будешь сестрицей мне, если женщина — будешь мне тётушкой, а мужчина — тогда будешь дядюшкой. Ну а если ты — добрый молодец, будешь мужем моим любезным!
Вышел Хоре, и сказал Заренице он:
— Здравствуй, Зорюшка моя ясная!
И пошла Заря — красна девица по небесному своду синему, на убранство своё нанизывая с блеском ярким цветные камни. И поднялся за ней яснолицый Хоре.
Как над морюшком — морем синим, близ высоких Ирийских гор пролетал летучий корабль.
—Что же вы не идёте на свадьбу? — говорили так с корабля. — Три недели пирует свадьба во небесном саде Ирийском! Красно Солнце играет свадьбу с молодой Зарёй-Заре– ницей!
Услыхали это сестрицы — Жива, Мара с прекрасной Лелей, говорили между собою:
— Хоре играет свадьбу с Зарёю! Что же мы не спешим на свадьбу?
И взошли они на корабль, и внесли дары Хорсу светлому и младой Заре-Заренице.
И утихло морюшко синее, и взлетел корабль над волнами. То не просто корабль летучий расправлял могучие крылья — это Звёздная Книга Вед разворачивала страницы!
Прилетели они к Алатырской горе, где Заря-Зареница с Хорсом три недели играли свадьбу. Им дары свои подносили сёстры — Жива, Мара и Леля:
— Ты, Заря, возьми золотой платок — развернёшь его ранним утром, озаришь им всё поднебесье.
— Ты, возьми, Хоре, чашу с живой водой. Пил из этой чаши Всевышний. Кто пьёт воду из этой чаши — тот вовеки не умирает.
И служили они Хорсу Суричу и младой Заре– Заренице. Пили воду из чаши Вышня. Пил и Хоре с Зарёй-Зареницей, пили Жива, Мара и Леля, и пила её — Книга Вед.
И плясали они и пели. Пели звёздочки, Хоре с Зарёю, пели Жива, Мара и Леля. Пела с ними Златая Книга.
И все славили Хорса светлого, вместе с ним Зарю-Зареницу.
— Расскажи, Гамаюн, птица вещая, как Зарю украл Китаврул, как отвез её к Ясну Месяцу, и как Хорсу братья Сварожичи молодую Зарю вернули!
— Ничего не скрою, что ведаю…
Высоко на своде небесном светлый Месяц и звёзды частые.
Как склонялся к вечеру белый день, так выхаживал Месяц на небо, говорил он так частым звёздочкам:
— Все-то в царстве моём поженены, белы лебеди замуж выданы. Я один — светлый Месяц хожу холостой. Как бы мне найти красну девицу — с телом белым, как лебедино крыло, чтоб была она станом своим статна, а коса её полна волосом. Чтоб сквозь платье у ней тело виделось, а сквозь тело виднелись косточки, чтобы мозг струился по косточкам и катался бы скатным жемчугом.
И ответили часты звёздочки:
— Есть такая девица красная, нет на Белом Свете другой такой. То жена златоокого Хор– са, молодая Заря-Зареница…
— Как у мужа живого — жену отнять? Как у Хорса отнять молодую Зарю?
— Во горах высоких Ирийских среди звёзд живёт Китаврул. Только он — многомудрый — знает, как украсть Зарю-Зареницу…
И поехал по небу Месяц. С облаков съезжал на вершины гор, с гор съезжал в долины широкие. И наехал он на высок шатёр, что стоял у стройного Ясеня.
Вдруг услышал гром Ясный Месяц. Зашатались горы высокие, затряслася Земля Сырая — то скакал Китаврул по вершинам гор. Он копытами скалы раскалывал, головой упирался в небо.
Испугался тут Ясный Месяц, высоко на Ясень забрался — в кроне Ясеня укрывался.
Китаврул-полуконь у шатра вставал, вынимал из уха златой ларец. Отмыкал его золотым ключом, молодую жену из ларца пускал.
Китаврула жена — русалочка, да такая она красавица, ни пером опасать, ни вздумать. Очи у неё — ясна сокола, ну а бровушки — чёрна соболя, а под платьицем — тело белое…
Китаврул с женою пошёл в шатёр, стал с женою он прохлаждаться, стал с русалочкой забавляться. А потом заснул Китаврул. А жена его из шатра пошла, разгулялася по до– линушке. И увидела Ясна Месяца, что упрятался в кроне Ясеня.
— Ай же ты, распрекрасный Месяц! Ты сойди с высокого Ясен я и меня, русалку, люби. Если ты меня не послушаешь — разбужу тотчас мужа грозного. Китаврул тебя не помилует!
Что ж тут делать? Слез Ясный Месяц, и спросил младую русалку:
— Как же сладить мне с Китаврулом?
Отвечала ему русалка: