взятие от французов островов Кефалонии и Св. Мавры и за все ваши распоряжения к действованию против оных изъявляем вам наше благоволение». Турецкий адмирал Кадыр-бей награжден от государя табакеркой, осыпанной бриллиантами.
Итак, в течение шести недель (с 25 сентября по 2 ноября) бурного и ненастного времени, освобождены были четыре острова: Цериго, Занте, Кефалония и Св. Мавры; на них взято всего военнопленными 1300 французов, включая офицеров, число коих простиралось до 70; убитых у неприятеля было 44 и 100 человек раненых; взято медных и чугунных орудий разного калибра – 202. Русских всего убито двое и ранено шесть нижних чинов.
Все пленные отправлены были на русских и турецких кораблях и фрегатах в Морею и остров Патрас, для препровождения их оттуда в Константинополь, только гарнизон острова Цериго, выговоривший себе отправление во французские владения, отпущен на наемных судах в Анкону. Крепостные ключи, флаги и знамена препровождены были государю, и в тех случаях, где взято более одного флага или знамени, они препровождались также к султану; на всех крепостях, в знак тесного союза и общего покровительства обеих держав, подняты русский и турецкий флаги.
На островах немедленно учреждены временные свободные правления из старейших жителей, впредь до воспоследования высочайшей воли[75], и на всех их, для порядка и охранения крепостей, оставлены отряды из двенадцати русских солдат при офицере и двенадцати турок, с тем чтобы в случае надобности стража была увеличена охотниками из жителей, которые поклялись скорее умереть, чем сдаться французам, если бы они снова появились.
На Занте, как на большем и многолюднейшем из покоренных островов, назначен начальником отряда и крепости мичман Васильев, по знанию им греческого языка[76]. У всех островов, кроме Цериго, мелкие суда заняли брандвахтенные посты. Все медные орудия, найденные в крепостях, и большая часть пороха, годных зарядов, бомб, ружей, амуниции и провизии взяты были на флот; поэтому главнокомандующий, поспешая отплытием своим к Корфу, оставил у острова Св. Мавры, для принятия медных пушек и пр., корабли «Св. Петр» и фрегат «Навархия», предписав им исполнить это поручение со всевозможной поспешностью и присоединиться к флоту; такое же повеление о скорейшем присоединении получили два фрегата, отправленные с пленными на Патрас; сам же он 7 ноября снялся с якоря и пошел к Корфу.
Такое скорое завладение с малым десантным войском и почти без всякой потери с нашей стороны адмирал приписывает приверженности жителей к русскому государю и полагает, что сами турки ни с какими силами не могли бы освободить островов этих, потому что тогда жители предпочли бы соединиться с французами для отражения варваров. Несколько греков поступили даже на русские суда, охотно воспользовавшись высочайшим на то дозволением.
Но приверженность и почести, оказанные русским, возбуждали явное негодование на турецкой эскадре и заставляли главнокомандующего употреблять все средства к сохранению доброго согласия со своими союзниками. Поэтому он старался ничего не предпринимать без совещания с турецким адмиралом, весьма дружески и осторожно обращался с ним, и убеждал жителей оказывать ему равное внимание и выражение благодарности.
Будучи у острова Св. Мавры, Ушаков письмом уведомил лорда Нельсона об успехах соединенного флота; и так как в это время жители Парги просили его защиты против злобы и насилий Али-паши, то послал к нему офицера, объяснить свои намерения и склонить пашу к прекращению преследований несчастных жертв его мщения.
Глава XIV. Покорение острова Корфу
Покорение острова Корфу, самого главного и сильного пункта, отложено было до завладения прочими Ионическими островами, дабы ничто не могло отвлекать усилий союзного флота от этой цели.
Корфу, в древности Керкира, долгое время находился под управлением своих князей и был попеременно в зависимости от Эпира, Рима, Византии, Неаполя и Венеции. По влиянию своему на Адриатическое море, он служил ключом Италии и Греции, и потому народы Юго-Западной Европы всегда считали его важным приобретением. Поступивши во власть Венецианской республики в конце XII столетия, когда предприимчивый Дандоло покорил отечеству своему Морею, Кандию и весь Архипелаг, Корфу стал впоследствии сторожевым местом и единственным оплотом против завоеваний Сулеймана II и его последователей.
Двойные батареи, построенные венецианцами с удивительными усилиями и терпением, доставили острову этому неодолимое положение, и венецианские флоты всегда находили у него безопасное себе убежище при отражении турок, делавших неоднократные усилия к завладению им.
Самое решительное из них было в 1716 году; но войска венецианские, предводимые графом Шуленбургом, отразили варваров, и народное предание относит это счастливое избавление покровительству угодника св. Спиридона, мощи коего и поныне находятся на острове. Наконец, с падением Венецианской республики, уничтоженной Наполеоном в 1797 году, Корфу, вместе с прочими островами своего союза, присоединен был к Франции.
Остров Корфу имеет в окружности около 120 итальянских миль, и в исходе восемнадцатого столетия жителей на нем было до 58 тысяч. Главное его неудобство состояло в том, что продовольствие и вода большей частью получались с албанского берега; но нередко цистерны, наполняемые дождевою и привозною водою для запаса, не могли снабжать ею жителей в достаточном количестве. Огромная крепость, кругом обнесенная толстыми гранитными стенами, считалась одной из замечательнейших в Европе; венецианское искусство доставило ей возможные средства сделаться неприступной для открытой силы; она могла вместить в себе от 10 до 15 тысяч гарнизона, и с такими оборонительными способами не иначе могла быть взята, как только голодом и жаждою.
Укрепления корфинские заключались в двух крепостях – Старой и Новой, но состояли собственно из пяти крепостей, расположенных таким образом, что неприятель, завладев передовой, подвергался огню остальных. Старая, или Первоначальная, крепость, построенная генуэзцами на мысе Дезидеро, преимущественно обстреливала морской берег; она отделялась от города площадью и весьма глубоким и широким водяным рвом, который делал ее островом; вход в нее был через подъемный мост.
Каменный и утесистый мыс этот, подымающийся над поверхностью моря на 30 сажен, имеет две возвышенности; на одной из них находился телеграф, а на другой – цитадель Сант-Анджело (Св. Ангела), составлявшая последнее убежище ретирующемуся гарнизону. Западная сторона крепости направляла также выстрелы свои на город. Осаждающие должны были встречать преграду на каждом шагу; глубокие рвы и валы отделяли одно укрепление от другого; пороховые погреба и магазины иссечены в горе; казармы и другие крепостные здания сообщались между собой тесными путями, также высеченными внутри горы.
На северной стороне мыса Дезидеро, под пушками Старой крепости, было адмиралтейство, называемое Мандраки, и небольшая гавань для мелких судов, защищенная молом. Сход в гавань был по большому коридору, удивительной работы, просеченному от казарм насквозь к подошве горы.
С береговой стороны город обнесен был двумя валами и сухим рвом и примыкал к новой крепости, составлявшей главную его защиту. В нем находился великолепный дом коменданта и мраморный монумент графа Шуленбурга, освободителя Корфу от турок в 1716 году. Новая крепость, называемая Главной, и также Жидовскою, построена венецианцами в исходе XIII столетия по другую сторону города, на весьма крутой горе, уставлена была пушками большого калибра и состояла из трех отдельных укреплений: Св. Авраама, Св. Сальвадора и Св. Рока; она обнесена была толстыми и чрезвычайно высокими каменными стенами, и из города входили в нее через подземелье; такие же подземные ходы были из нее в поле и в загородные укрепления.
Тут, еще в большем размере, повсюду встречались глубокие рвы и подземелья, огромные своды, переходы, таинственные лестницы, высеченные внутри горы, казематы и бастионы, устроенные один над другим.
Когда союзный русско-турецкий флот прибыл к Корфу, до 650 орудий защищали ее твердыни, и около трех тысяч французских солдат (в числе коих было 120 человек конницы), имевших хорошего продовольствия на полгода, стерегли ее валы. Тут находились тогда главные силы французов, и местопребывание генерального комиссара Республики Дюбуа и губернатора Ионических островов дивизионного генерала Шабо, командовавшего всеми французскими войсками в Леванте.
Для усиления защиты, остров Видо, имеющий в окружности до двух итальянских миль и лежащий в расстоянии около 400 сажен от крепости Корфу к северо-востоку, был также укреплен пятью большими батареями на выгодных местах; он прикрывал северную сторону крепостей и постоянно имел не менее 500 солдат. На нем повсюду прорыты были каналы, сделаны окопы и засеки из масленичных деревьев; во всех местах, где возможно было пристать гребным судам, протянуты боны на некотором расстоянии от берега, составленные из корабельных мачт и стеньг, скрепленных железными цепями, а на самых пристанях наложены большие кучи масленичных деревьев, так что шлюпкам не было почти никакой возможности подойти или высадить десант.
На третьем острове, называемом Лазаретто, или Карантинный (на острове этом при венецианцах, а потом при французах, учрежден был карантин, который теперь находится тут же), лежащем не в дальнем расстоянии от Видо к западу, также строились тогда батарея и траншеи.
Рейд корфинский находится между городом и островом Видо, имеет умеренную глубину при грунте иле и представляет судам безопасное убежище. Преимущества этого порта состоят в том, что флот при всяком ветре может выйти в море северным или южным проливом. Северный пролив, шириною около трех верст, кроме одного камня, равного с поверхностью воды, других опасностей не имеет; южный же совершенно чист и заслонен островом Паксо.