Поэтому мы попытаемся в этой главе совершить попытку реконструкции возможных вариантов образования и воспитания, которые были присущи времени, когда жил святой Георгий Победоносец.
И начнём с простого.
Что могло быть дано будущему воину Георгию его родителями? Каким могло быть формирование его личности, которое повлияло на совершение им, фактически почти юношей, духовного подвига?
Родители будущего великомученика старели. Отец, став христианином, ушёл из жизни, приняв мучения. Где он был похоронен – нам неизвестно. Настанет момент, когда скончается и матушка Георгия – Полихрония. В молодом возрасте он вдруг потерял самых близких ему людей, оставшись один среди окружающего его сложного мира, исполненного античных традиций и анатолийского быта. Но, судя по всему, мы можем сказать, что отец и матушка будущего святого заранее позаботились о его будущем.
Духовная подвижническая жизнь, ежедневный подвиг отличали его. Святитель Димитрий Ростовский в своём Житии великомученика писал так: «Придя в возраст, святой Георгий отличался красотою лица, мужеством и крепостью тела».
Благодаря ещё родительской заботе юный Георгий, как это было принято в образованных семьях, участвовал во многих событиях, происходивших в христианском мире Каппадокии. Вместе с опытными наставниками он был сведущ во всём, ведь нужно было не только набираться опыта для будущего служения Церкви, но и готовиться к светской жизни, готовиться к выбранной профессии.
Можем ли мы предположить, как складывался быт юного Георгия? Порой мы находим лишь общие факты о детстве того или иного человека первых столетий от Рождества Христова. В весьма кратких жизнеописаниях мы почти не видим рассказов о соответствующем воспитании и образовании. Однако не приходится сомневаться, что будущие духовные подвижники были весьма смышлёными в детстве; их отличали не только усердие, но и развитость ума, стремление к постижению знаний и современных наук.
Духовное воспитание и образование предопределяли дальнейший жизненный путь юноши. В период постоянных волнений, разорения некоторых городов и сел, когда не придавалось большого значения ценности человеческой жизни, будущий воин обучался духовному деланию и знанию. Тогда ещё не было многочисленных христианских монастырей, куда некоторые уходили совсем; вернее, монастырская традиция только складывалась. Представим себе молодого человека античной эпохи начала первого тысячелетия, выбирающего себе жизненный путь. Вариантов такого выбора было не так уж и много. Каким бы родством семья ни гордилась, вариантов развития будущей жизни для мальчика было лишь несколько. Уделом юноши становилась не только возможность стать главой собственного дома, но в первую очередь – военное дело. Мужчины – пахари и ремесленники, торговцы или знатные правители – в определённый момент (и довольно часто) должны были складывать и убирать свои «мирные» орудия или инструменты и браться за мечи и копья, чтобы защитить своих близких и своё добро. Большинство жизненных проблем решалось с позиции силы.
Однако был и ещё один жизненный путь для юноши, который на первый взгляд мог бы показаться уходом от бытовой реальности. Этот путь – духовный, связанный с христианской жизнью. Нельзя утверждать, что в те времена такой выбор жизненного пути был очень «удачным». Христианство хоть и утверждалось на восток от Рима того времени, но ещё не приняло масштабы, когда последователей веры Христовой было большинство.
Язычество продолжало процветать во всей своей силе и в разных формах. Существовали народы, абсолютно далёкие от христианства и даже не слышавшие о нём. Просветительская и миссионерская деятельность Церкви продолжалась и развивалась. Выбор – уйти от реальной жизни, например в служение в церковь, – был связан с обречением себя и на непонимание окружающими, и на возможные лишения. Выбор – уйти – означал отказ от мирской суеты. И в первую очередь – от участия во всеобщем кровопролитии, в войнах и постоянных битвах, а порой даже и от семейной и уютной домашней жизни. Такой «уход» не был особенно популярен и даже не поощрялся в светской среде. Юноша, не желающий жить «обычной жизнью», «как все», воевать, пахать или строить семью, в те времена мог стать предметом многочисленных упрёков и насмешек.
Мы знаем, что юный Георгий рос в крепкой, традиционной, именитой в христианском мире семье. Это и предопределило выбор будущей жизни. Как и каким образом в то время происходило образование юношей из таких семей? Попробуем понять – что и как мог изучать отрок, а затем зрелый юноша, будущий воин. Чему же и где пришлось ему учиться?
Античная эпоха всё ещё процветала, традиции были устоявшимися. Греческая и римская культуры оказывали огромное влияние на формирование мировоззрения и педагогику того времени. Им на смену ещё не пришли христианство, новая культура, иные традиции. Лишь только формировалась как новая христианская школа, так и система убеждений. По-иному начинали складываться государственные устроения, традиции управления, отношения между людьми, включая отношения между верхами и низами. Вместо мифов античности и материального мировоззрения пришло учение о Вере и Спасении, вместо расслоения общества – надежда на равенство людей перед Творцом.
Идея спасения души увлекла жителей востока Европы. Если нет справедливости в реальном мире, нет счастья и род людской разрознен – то есть перспектива получения всего этого там, в Царствии Небесном, после кончины. Для этого нужно жить по христианским традициям, знать Евангелие, читать Библию, принимать участие в богослужениях, причащаться, то есть быть достаточно образованным человеком и знать – что, когда и как делать. Очень важным становилось представление о том, что не всё можно свершить и не всего добиться по человеческому разумению или по своим силам. Божественное начало, благодать стали осознаваться как реальная основа бытия. Такие постулаты передались от родителей юному Георгию.
Кто мог преподавать в то время? Кто имел право толковать, объяснять, привносить в жизнь детей новое учение? Конечно же – епископы Церкви, священники. Таковые, как известно, в скрытых от посторонних глаз регионах Каппадокии имелись.
Для становления ребёнка в семье важным стало учение о вере, да и сама вера в Иисуса Христа. Отсутствие веры предполагало принадлежность к обыкновенному язычеству. А языческих школ, сильных в эпоху античности, в то время было предостаточно. Христианские священнослужители старались в воспитании уйти от античности, а в образовании – от языческих греко-римских источников. Они начинали создавать свою литературу, житийную традицию, таким образом пытаясь остановить влияние на сознание человека мифов и богов античной эпохи.
Георгию-юноше пришлось столкнуться с важными элементами воспитания, которыми стали такие понятия, как аскетизм, внимательность и усердие при изучении христианских источников, Священного Писания и Предания, складывающегося учения Отцов Церкви. Наставники воспитывали у него такие качества, как самоконтроль, умение сдерживать свои помыслы и желания, контролировать поступки и мысли. Всё это тогда уже называлось добродетелью. Именно такая добродетель должна была выработать беспристрастие к земным благам.
Такое учение порой шло вразрез с языческими представлениями о силе и процветании будущего гражданина империи. Следуя языческим традициям, нужно было стремиться стать смелым и беспощадным к врагам, уметь не только быстро ориентироваться в реальном времени и пространстве, но и активно уничтожать всех противников своей семьи и рода, причём любой ценой и даже с помощью кровной мести: око за око, зуб за зуб.
В Римской империи существовали школы, где преподавали античную историю и культуру. Ещё не ушли в далёкую историю Гомер и Сократ. Ещё не пришли им на смену христианские авторы, такие как Блаженный Августин, Григорий Богослов или Иоанн Златоуст. Как гражданин страны – великой империи – юный Георгий мог приобщиться к современным ему традициям культуры. Хотя и не всем предоставлялась такая возможность.
Было ли христианское образование массовым? Конечно нет. Невежество в понимании учения Христа всё ещё продолжалось. Неграмотной в данной сфере часто была даже правящая элита, необразованными духовно оказывались большинство чиновников. И только реформы императора Константина I Великого, дальнейшее расширение деятельности христианских школ, приобщение людей к письменной христианской традиции стали как-то исправлять положение.
Но этого времени воин Георгий уже не застал.
Христианские церковные приходы тогда постепенно заменяли античные культурные центры. Хотя иногда для более серьёзного доказательства правильности новой веры учителя, проповедовавшие Священное Писание, также использовали произведения античной литературы. Но только с целью критики. Весь учебный курс строился на прочных основах христианства. Ничто не могло поколебать основного учения о Христе Спасителе.
Посещал ли юный Георгий постоянно некую приходскую школу (да и была ли таковая?) или с ним занимались только родители или даже нанятые учителя – мы не можем сегодня сказать точно. Но он мог быть хорошо обученным грамоте, изучать Псалтырь, церковную службу. Можно предположить, что отроку пришлось посещать один из специальных центров христианского знания. Тогда такой школой могла стать как раз приходская – при христианском храме.
Можно вообразить и представить себе некую скрытую, незаметную для посторонних глаз приходскую школу той эпохи. Таковая была большой редкостью. Располагались подобные школы в храме или рядом с храмом, в доме священника или причта, даже просто в частных домах. Здесь обучали детей основам Закона Божия, церковному пению и письму. Священник мог в особых случаях прийти и домой к ученику.
Какие предметы изучал или мог изучать юный Георгий? В первую очередь мальчику, вероятнее всего, объясняли сущность античного учения о свободных искусствах. Свободные или вольные искусства – как объясняли юным школярам – пришли из античности, из Древней Греции. Они включали в себя грамматику, диалектику (логику) и риторику, а также астрономию, арифметику, геометрию и музыку.