Как и предполагал Данте, Бек не позволил ей делать абсолютно никакой работы. Он помог ей спуститься с лошади и осторожно поставил на ноги. Первой его задачей было найти удобное место, чтобы Мег могла сесть. Он достал из седельных сумок два одеяла, чтобы соорудить для нее гнездышко, и отправился собирать дрова для костра.
Меган сняла ботинки с брюками и укуталась в одеяла. Бек ни на секунду не исчезал из виду. Разведя огонь, он достал хлеб, немного сыра и что-то похожее на вяленую говядину. В животе у нее заурчало. Она решила не выполнять свое новогоднее обещание избегать мяса и молочных продуктов.
Бек ни к чему не притрагивался, пока она не заверила, что наелась, а потом съел все, что не съела она.
Он был для нее загадкой, в одну минуту милый, а в другую – полностью замкнутый в себе.
– Я хочу кое-что у тебя спросить, – тихо произнес он, садясь напротив нее.
Мег кивнула, не решаясь заговорить. При свете огня Бек был душераздирающе красив. Отблески пламени подчеркивали черты его лица. Его подбородок был словно высечен из гранита, но глаза были мягкими. Он был настоящим, реальным принцем Фейри и, по его словам, принадлежал ей. Даже после того, как он обошелся с ней сегодня днем, ей хотелось лишь одного: броситься в его объятия.
Она так ничему и не научилась.
– У тебя есть муж? – спросил Бек. – Или дети, которые будут спрашивать, где их мама?
Ей всего лишь нужно было сказать «да». Если она скажет «да», мило поплачет и расскажет о своих малышах, Бек вернет ее домой. Можно сказать, что у нее двое детей, мальчик и девочка. А можно еще поведать о муже, которого она любила больше жизни.
– Нет, – тихо призналась Мег. – Я одинока.
Бек, казалось, был озадачен этим заявлением и сел поближе. Он натянул на нее одеяло и осторожно положил руку Мегги на плечо.
– Твои родители умерли до того, как нашли тебе мужа?
Мег рассмеялась при этой мысли. Ее родители не могли находиться вместе в одной комнате больше двух минут, иначе начиналась война. Они не присутствовали на ее свадьбе, не говоря уже о том, чтобы советовать, за кого выходить замуж.
– Нет. Мои родители развелись, когда мне было двенадцать. Примерно через полгода мама снова вышла замуж за парня, с которым у нее был роман. А папа женился на своей секретарше… пардон, помощнице по административным вопросам спустя два месяца. Ни один из родителей не хотел иметь дело с девочкой-подростком, так что меня перекидывали туда-сюда. Я жила с мамой до тех пор, пока ей не надоедала, а потом меня спихивали папе. Кейси, его жена, которая старше меня на десять лет, не очень меня любила. У обоих родителей родились новые дети от их новых супругов. Стоит ли говорить, что все были счастливы, когда я уехала учиться в колледж. Так что отвечаю на твой вопрос: нет, они не потрудились найти мне мужа. В моей культуре родители так не поступают.
Глаза Бека потемнели в свете костра.
– А что такое развод?
Мег мгновение изучала Бека, пытаясь понять, не разыгрывал ли он ее.
– Ты не знаешь?
Он покачал головой.
– Мне не понять твоей истории, любовь моя. Твои родители живы? Они оставили друг друга и связали себя узами брака с другими? У них появились дети от людей, которые не были их парой?
– У вас не существует способа расторгнуть брак?
– Нет. Зачем нам это? – спросил Бек без намека на поддразнивание. – Брак священен.
– Допустим, а если муж плохо обращается с женой? Она все равно должна оставаться в браке? – Бек снова непонимающе посмотрел на нее. – Что, если муж бьет ее? Или изменяет ей с дамами легкого поведения? Что, если обзывает жену и вообще с ним неприятно находиться рядом?
Бек кивнул, наконец-то поняв ее мысль.
– Если бы это произошло в браке Фейри, то женщина избила бы мужчину до полного подчинения. Если она слишком слаба, чтобы избить его как следует, за нее эту задачу выполнит одна из более сильных женщин ее семьи.
– А мужчина будет стоять и терпеть побои? – недоверчиво спросила Мег.
– Если у него вообще есть хоть капля чести, – нахмурившись, ответил Бек. – Если его жестокое обращение с женой продолжится, проблемой займутся мужчины из ее семьи. Как я уже говорил, единственный выход из брака Фейри – смерть, но и ее можно организовать.
Мег не могла не улыбнуться.
– Жаль, что эти правила не действовали, когда я выходила замуж.
Бек развернул ее лицом к себе. Уголки его губ опустились, а взгляд пронзал Мег насквозь.
– Правила действовали, когда ты выходила замуж. Уверяю, наш брак был должным образом засвидетельствован. Я подписал документы у гномов перед нашим отъездом.
Что?
– Брак?
– Да, а что же это, по-твоему? Я говорил, что мне нужна пара для связи. Теперь ты моя жена, и развода не будет. – Бек произнес это слово так, словно оно было ему неприятно.
– Я думала, ты купил меня, – запинаясь, пролепетала Мег, пытаясь осознать тот факт, что она, оказывается, вышла замуж и никто не удосужился ей об этом сказать. Она посмотрела на Бека, немного запаниковав при этой мысли. Он был ее мужем? – Ну, знаешь, как рабыню.
– Странные у тебя слова, жена. Не знаю, что такое рабыня, но мы женаты, и этого не изменить. – Он глубоко вздохнул. – Если ты сердишься на меня за то, что я сделал сегодня, то разрешаю тебе ударить меня. Возможно, тебе станет легче. Я могу только пообещать, что больше так не поступлю. Я находился под впечатлением от сражения.
Мег посетила тревожная мысль. Она задалась вопросом, не являлась ли вся эта история с побоями обоюдной.
– То есть, если я переступлю черту, ты меня ударишь?
Бек покачал головой.
– Я никогда не подниму на тебя руку, Мегги. У мужчин все иначе. Мы сильнее. И можем причинить боль. После того, что я сделал с тобой, ты, должно быть, считаешь меня человеком без чести, но я бы никогда не стал бить свою женщину. Я могу перекинуть тебя через колено, если ты меня предашь, и ударить рукой.
– То есть отшлепать? – Предполагалось, что это прозвучит как возмущение. Предполагалось, что это покажет, что Мег никогда не смирится с подобным. Вместо этого в вопросе прозвучало затаенное любопытство. Мысль о том, что полностью обнаженная Мег лежит на коленях Бека, а тот своей большой ладонью шлепает ее по ягодицам, возбуждала. Она вспомнила, как однажды попросила Майкла отшлепать ее. Ей было любопытно. Он закатил глаза и назвал ее извращенкой. Бек, возможно, подумает то же самое.
– Если другого выбора не будет, то отшлепаю, – мрачно согласился Бек.
Мег кивнула, стараясь не фантазировать о том, как Бек будет рассматривать линию ее позвоночника, пока она будет лежать у него на коленях, открытая и уязвимая. Мег отвернулась к огню, чтобы он не видел, как раскраснелись ее щеки, когда она, возбудившись, представила, как будет ждать, предвкушая его удар.
– Ты говорила, что правила Фейри не действовали, когда ты выходила замуж. Что ты имела в виду, если не наш брак? – В его голосе звучала настороженность, будто Бек уже знал ответ.
Это оказалось эффективным способом подавить ее возбуждение. Мысли о Майкле Старке сразу же заставили вспомнить об унижении. Несмотря на его утверждение, что она извращенка, унижения были не в ее вкусе.
– Я была замужем однажды. Мы развелись.
– И он позволил тебе уйти?
Мег горько рассмеялась.
– Он собрал мои вещи и вытолкал меня на улицу. Буквально. Ему нужно было, чтобы я убралась из квартиры до того, как появится его новая девушка. Она была медсестрой. И зарабатывала больше меня, поэтому могла и заботиться о нем лучше.
– Что? – Бек поднялся на ноги и стал расхаживать взад-вперед, потирая рукой лоб. – Ты его содержала? Что это за мужчина такой?
По правде говоря, Мег устала страдать из-за развода. Из-за событий последних суток ее злость по поводу неудачного брака казалась пустяком. У Бека была разрушена вся жизнь. По крайней мере, у Майкла хватило здравого смысла развестись с ней, прежде чем у них появились дети. Их брак был ошибкой, и пора было двигаться дальше.
– Мы были очень молоды, когда поженились. Мне было всего двадцать два. И исполнилось двадцать пять, когда мы развелись два года назад. Мы были глупыми детьми, которые пытались стать взрослыми. Я хотела семью. Он хотел играть в приставку и пить пиво. Типичная американская история.
Волосы Бека были длинными и струились по плечам и спине. Он распустил их, после того как развел огонь. Это был странный эротичный момент. Его взгляд был прикован к Мег, а она наблюдала, как Бек сушил волосы. Теперь они походили на шелковое покрывало.
И могли воспламениться от искры костра. Мег протянула руку.
– Это было давным-давно, Бек, в далекой-далекой галактике. Пожалуйста, сядь на место. А то придется тушить твои волосы, если они загорятся.
Он оглянулся и, казалось, удивился, что сам этого не заметил. Он сел. Когда Мег раскрыла для него одеяло, он придвинулся ближе и укутал их обоих.
– Прости, любимая, – прошептал он. – Не представляю, чтобы кто-то тебя вот так отпустил.
– У тебя очень слабое воображение, – торжественно произнесла она.
– Да, этим я не отличаюсь. – Бек нахмурился и уставился на огонь.
– Я дразню тебя, – рассмеялась Мег. – Ты воспринимаешь все слишком буквально. Больше не вспоминай о моем бывшем. Я, например, не планирую. Он был задницей.
Темные брови Бека сошлись на переносице.
– Ты так похожа на Данте. Уверена, что ты не из мира вампиров? Они тоже помешаны на задницах. Мне этого не понять.
Мег хихикнула и опустила голову ему на плечо. Она бы тут же подняла голову обратно, но Бек погладил ее по волосам, прижимая к себе и обнимая. Он был таким теплым, словно печь. Она сдалась и прижалась ближе.
– Я очень хочу заняться с тобой любовью, Мегги, – произнес Бек низким и нарочито нежным голосом. Рука в ее волосах тоже была нежной, в отличие от того, как Бек сжимал ее волосы в кулаке на арене. Сейчас он прикасался к ней так, будто она была сделана из стекла.