Киан пожал плечами, явно не испытывая такого нелепого чувства, как стыд.
– Я был любопытным парнем.
– Ты был извращенцем, – парировал Бек, но насмешка Киана сделала свое дело. Бек стал более расслабленным.
Киан сел на кровати, скрестив ноги, как в тот день, когда они сформировали связь. Бек занял противоположную сторону кровати. Они были почти идентичными близнецами, и Мег решила сесть между ними и начала забираться на кровать.
– Что ты делаешь? – Бек в удивлении изогнул брови.
– То, что велел Киан, – ответила Мег. – Он сказал, что я должна сидеть посередине, обхватив тебя ногами за талию, поскольку именно с тобой я сближаюсь. Я буду находиться в круге, касаясь вас обоих, чтобы связь перетекала от тебя ко мне и к нему.
Киан объяснил, как будет работать формирование постоянного общего моста между ними тремя. Меган полностью соединится с Беком, а затем Киан откроет связь между ними. Как только оба брата будут связаны с ней, они смогут использовать сильные стороны друг друга. Она была перекрестком, соединявшим их дороги.
– Все это прекрасно, жена, но я хотел бы знать, что ты делаешь в одежде, когда мы одни в нашей спальне.
Мег определенно создала монстра. Он больше не избегал своей природы. Этим вечером он ясно дал это понять. Бек был верен своему слову. Он постоянно прижимал Мегги к себе, целуя ее, прикасаясь к ней всякий раз, когда ему этого хотелось.
Когда один из деревенских мужчин пригласил на танец свою королеву, Бек бросил на него такой мрачный взгляд, что Мег удивилась, как бедняга не сходил под себя. Ей пришлось довольствоваться танцами лишь с Беком и Кианом.
– Вы двое тоже одеты, – заметила Мег, зная, что это не принесет ей ничего хорошего.
– Это можно изменить, – услужливо предложил Киан.
Бек просто смотрел и направлял свою волю вовне.
С ним было невозможно бороться. Он хотел видеть ее обнаженной как можно чаще. Такова была его натура. Ему нравились ее уязвимость и мягкость. Он хотел, чтобы Мег была обнажена и лежала у него на коленях. Она была рада, что время, проведенное с Кианом, помогло ей чувствовать себя комфортно в своем теле. Теперь Мег могла легко снять одежду, не стесняясь себя. Она повесила наряд на маленький стул сбоку от кровати.
– Так-то лучше, – прокомментировал Бек, когда Мег забралась на кровать без белья.
Киан принялся ласкать нежно-розовую плоть между ее ног, когда Мег устроилась на коленях у Бека.
– Черт возьми, Киан, – предостерег Бек своего близнеца. – Это серьезная церемония.
– И я совершенно серьезно планирую снова заняться любовью с нашей женой, – ответил Киан.
Бек притянул Мег к себе на колени, а Киан наклонился ближе, обняв ее.
– Клянусь, брат, я понятия не имею, почему тебя считают интеллектуальной половиной. Твой мозг постоянно переполнен сексом.
– Я также подсчитываю приблизительное количество осадков, которое понадобится, чтобы собрать урожай шпината в течение месяца. Если ничего не получится, у меня уже созрели схемы более совершенной системы орошения, – объяснил Киан. – Другая часть моего мозга тщательно обдумывает спор, который мы затеяли с Фланной о монархической системе правления и ее влиянии на крестьянство. Я думаю о колебаниях на фондовом рынке вампиров, когда они поймут, что мы объединились. Сью и Данте планируют сорвать куш. Но в основном – да, в мыслях один лишь секс.
– Уверен, что хочешь испытать, каково быть им? – с улыбкой спросила Бека Мег. – В его голове тесновато.
– Рискну, жена, – ответил Бек, крепко поцеловал ее и прижался к ней лбом. – Is tù mo ghrà.
Она заключила его лицо в ладони и вернула ему его слова.
– Ты – моя любовь.
Она прильнула к нему лбом, благодарная за силу, которую придавал ей Киан. Он обнял ее за плечи, чтобы Мег почувствовала его преданность. Она открыла свой разум и через секунду превратилась в Беккета Финна.
Какая ярость! Эмоции захлестнули ее, как в тот первый раз, когда они сблизились. В этот раз все было иначе, потому что Бек не давил на нее. Сейчас не было безумия. Это была просто часть Бека. Услышав позади себя стон Киана, Мег поняла, что он установил связь и помогал ей принять то, что собирался дать Бек.
Потребность. Она захватила Мег, когда девушка погрузилась в сознание Бека. Ему так много было нужно! Он был одиноким ребенком. Ему не хватало брата. С момента зачатия и до пяти лет они проводили каждую секунду вместе. Именно тогда отец решил, что воину пора учиться быть королем. Он сбрасывал со счетов важность вклада Киана. По мнению отца, воин – это все, что имело значение. Киан был на втором плане.
Бек часто жалел, что не мог поменяться с братом местами.
Внезапно Мег увидела, что смотрит в окно дворца. На заднем плане стояли мужчины и что-то обсуждали. Обычно они жаловались на налоги или урожайность. Семилетнему Беку было все равно. Он смотрел в окно и наблюдал, как Киан бежит за их кузеном Данте. Он поймал молодого вампира и обзывал его бесполым существом. Бек хотел тоже играть, но его отец объяснил, что он другой. Он лучше. Он был лучше своего брата в беге и драках. Он мог превзойти в этом любого. Он тренировался с величайшими воинами. С его физическими способностями нельзя было играть.
Но Бек так хотел!
Ему было всего двенадцать, когда он впервые убил человека. Это был первый раз, когда на него совершили покушение. Бек до сих пор помнил, как ярко светило солнце, когда он следовал за отцом. В город приехал посол Неблагих, и это едва не вызвало бунт на площади. Его отец пытался нормализовать отношения с Неблагими, но существовала фракция сидхе, которая никогда бы этого не приняла. Они ненавидели племя Неблагих. Многие потеряли родственников в войнах.
Бек следовал за своим отцом по городу. Его отец был высокомерен и уверен в любви народа к нему. Он взял с собой только одного охранника. Его звали Карлин, и именно он научил Бека играть в карты. Карлин относился к Беку с симпатией, иногда подсовывая ему засахаренный инжир. В конце концов, у него было двое собственных сыновей.
Стрела попала стражнику прямо в грудь, отбросив его назад и сбив с ног. Он был мертв еще до того, как упал на землю. Мег почувствовала гнев, переполнявший юного Бека. Отец попытался оттащить сына в безопасное место, но Бек обнажил меч и впервые открыл свои чувства. Это было инстинктивно. Его взгляд проследил логический путь стрелы. Бек откатился в сторону от следующей стрелы. Мег почувствовала прилив адреналина, когда он, вскочив на ноги, погнался за убийцей, не обращая внимания на тревожные крики отца.
Мег почувствовала кровь на руках Бека, когда он поймал убийцу. Он проигнорировал мольбы того о пощаде. Зверь Бека был на свободе, и он не знал пощады. Мужчина забрал то, что ценил Бек, и больше никогда не сделает этого снова.
Впервые Бек понял, что отец испугался его.
Мег застонала и вздохнула, когда сцена в его голове изменилась. Секс. Это была отдушина для Бека.
Женщина по имени Сорча, одна из фрейлин его матери, взяла на себя обязанность обучить его занятию сексом. Она разрешила Беку делать то, что он хотел, и он поверил ей на слово. Он доминировал над ней. Он владел и обладал ею. Он имел ее, когда и где хотел, а она подчинялась. Его ярость утихала, когда он понимал, что кто-то ему доверяет. Только Киан доверял ему. Даже Бронвин иногда смотрела на него с опаской. Сорча умоляла его заняться с ней сексом, а затем обнимала его. Это время тоже было приятным. Ему нравилось заботиться о ней после.
Мег почувствовала боль от того, что его отец избил его плоской стороной меча. Он сделал это на глазах у пятидесяти своих самых сильных воинов. Он унизил сына за его порочность.
Бек поклялся никогда больше не поддаваться этим желаниям. Стыд стал его мантией, которую он носил так же, как доспехи.
Потом все воспоминания оказались в крови и резне.
Мег почувствовала едкий дым и ощутила, как сердце Бека забилось от ярости, когда он понял, что его отец мертв. Какая-то часть его души радовалась смерти старика. Теперь Бек был королем. И занимал свое законное место. Никто больше не будет указывать ему, что делать или как себя вести. А если и укажет, то он сам с ним разберется. Он был королем не по праву восхождения, а потому, что мог убить любого, кто усомнится в его месте. Торин наделил его этим даром.
Мег уловила отвращение Бека от этой мысли. Его разрывала собственная природа. Отец оскорблял и унижал его, но Бек все равно его любил.
Меч, который держал Бек, уничтожая стражу Торина, был мечом законного короля Благих Фейри. С его помощью он убил сотню человек из передового отряда Торина. Он легко и эффективно с ними расправился. Его тело гудело от предвкушения большего. Бек наслаждался этим. Ему нравились кровь и ощущение меча, проникающего в плоть. Ему нравился танец битвы.
Сквозь дым Бек увидел Торина. Его дядя окружил себя охраной. Ее тоже было легко убить. Приближались новые стражники. Бек слышал их. Они пробирались сквозь хаос к своему вождю. Это было неважно. Бек кружил вокруг дяди. Торин будет мертв, к тому времени как стражники войдут в большой зал, и тогда они все присоединятся к своим собратьям.
Торин не желал так просто сдаваться. Он держал меч, но его взгляд больше не был надменным.
– Сейчас мои солдаты охотятся за твоим братом. Они прикончат его на месте.
Бек был в ярости.
– Меня это не убьет.
Торин выглядел встревоженным этим заявлением.
– Рано или поздно убьет. Он твой брат.
Бек улыбнулся. Он знал, что это было ужасно. Он кивнул на трон, где лежало неподвижное и остывающее тело его отца.
– А вон там лежит твой брат. Возможно, мы больше похожи, чем ты думаешь, дядя.
Некрасивое лицо Торина, который всегда был бледной копией отца Бека, исказилось маской ревности.
– Корона должна была быть моей! Мой отец всегда отдавал предпочтение Шеймусу! Она должна была быть моей!
Бек указал на корону. Та лежала на полу дворца, залитая кровью отца.