– Я ощущала то же, что и он. – Мег вспомнила тот странный эротичный момент, когда она почувствовала эрекцию Бека, и то, как сжимала его пальцы во время оргазма.
– Поздравляю, – почти ласково сказал Данте. – Ты и есть пара для связи. Я слышал, что это самая интимная близость, которая только может быть у живого существа.
Мег находилась здесь не для того, чтобы влюбляться. Ее вообще не должно было быть здесь. Потом она будет страдать. Когда у нее появится шанс, она сбежит, и никакая связь ее не остановит.
– Ладно, это объясняет желание Фейри. А что насчет вампиров?
Данте наклонился, под широкой ухмылкой показались клыки.
– Дорогуша, вампиры здесь потому, что ты чертовски хороша на вкус.
Кара перегнулась через колени Мег и отвесила вампиру пощечину. Данте принял пощечину с достоинством, просто откинувшись назад, будто регулярно получал затрещины от женщин.
– Перестаньте дразнить девушку! Мисс, вампиры ищут так называемого консорта. Вы должны понимать, что есть два типа вампиров: крестьяне и те, кто принадлежит к королевской крови.
– Не называй их крестьянами, – произнес Данте сквозь зубы. – Это оскорбительно. Сегодня ты называешь их крестьянами, а завтра они объединяются.
Кара проигнорировала его.
– Королевские особы – это вампиры с древней кровью. Они чистокровные. Если им удается найти подходящего консорта, их жизнь значительно удлиняется за счет его или ее крови. Консорт также получает гораздо более долгую жизнь, принимая кровь вампира в свое тело. Кровь консорта делает вампира сильнее, чем обычно. Я слышала, что ваша сестра недавно вышла замуж за своего консорта, мистер Деллакорт.
Данте сморщил нос от отвращения.
– Да, теперь наш дом каждый день наполнен любовью и розами. Я подобного не потерплю. Какой смысл в лишней паре сотен лет, если нельзя веселиться? Сьюзи и Колин. Они ведут себя как влюбленные подростки. Отвратительно. Видишь ли, самое плохое в том, чтобы найти такую супергорячую штучку, как ты, – это неизбежное и долгое впадение в идиотизм.
– Он пытается сказать, что вампиры глубоко влюбляются в своих консортов, – чопорно сказала Кара.
– You say potato, I say potahto[7], – пропел Данте.
– Вы, мисс, можете быть как парой для связи, так и консортом, – вмешался Рив на фоне рева все более нетерпеливой толпы. – Психическая связь идет рука об руку с различиями в крови. Как правило, подходящих мужчин и женщин хватает. Это обычное дело для Фейри. Вот почему наш бедный король состоит в родстве с Данте. Отец мистера Деллакорта взял в жены тетю короля. Миры Фейри и вампиров тесно связаны.
– Ну, были связаны, пока этот паршивец Торин не захватил власть, – добавил Данте.
– Почему все говорят по-английски? – Мег все еще пыталась осмыслить, что происходит, до сих пор сомневаясь, был ли это сон. – Я не понимаю. Данте разговаривает как недоделанный ловелас, который бродит по барам субботним вечером.
Данте прижал ладонь к груди и выглядел ужасно оскорбленным.
– Ну и кто из нас грубый? К твоему сведению, я говорю по-английски, потому что мой народ давным-давно создал этот язык. Ты ведь не думаешь, что твои предки были настолько умны, чтобы придумать такой запутанный и нелепый язык? В какой-то момент мой народ нашел дверь в ваш мир и научил вас кое-чему. Вероятно, это произошло примерно в то время, когда ваши люди научились стоять прямо. А огонь, кстати? Тоже открытие вампиров. Вы должны поблагодарить нас за это. Что касается того, что моя речь напоминает о твоем родном мире, могу лишь сказать «фу». Я не хочу быть похожим на какого-то человека. Прискорбная истина в том, что наши миры тесно связаны. Если наши исследования на эту тему верны, то между ними есть много общего. Подумай вот о чем: наши миры начинались с одного и того же, но в вашем победили люди, а в моем – вампиры. Много, очень много сходств.
– Например, песенка, которую ты пропел, – размышляла Мег.
– В вашем мире ее тоже знают? Забавно, что такое иногда случается. Я слышал, что в наших мирах можно столкнуться с самим собой. Вампирский и человеческий миры параллельны. Интересно, существует ли в человеческом мире другой я. Готов поспорить, у меня там огромное количество любовниц.
– Тише, – цыкнул Рив. – Начинается.
Сердце Мег едва не остановилось, когда с дальнего края арены вышла шеренга мужчин. Громкий мужской голос объявлял каждого из участников. Мужчин-Фейри было легко отличить от вампиров. Фейри носили только брюки и сапоги. Их торсы были обнажены, а длинные волосы убраны назад и завязаны в узел. Вампиры были одеты в рубашки с длинными рукавами и капюшонами, закрывающими голову. Они носили солнцезащитные очки, как Данте, и перчатки на руках.
– Мы легко обгораем, – прокомментировал Данте, заметив пристальный взгляд Мег. – У нас нежная кожа. Солнце в нашем мире не такое сильное, как в других. У нас не так много ультрафиолета. «Деллакорп» как раз работает над созданием крема, который защитит кожу.
– Да, он называется солнцезащитный крем. Блокирует ультрафиолетовые лучи. – Наконец-то мир Мег хоть чем-то отличился. – Мы, ничтожные люди, придумали это давным-давно.
– Серьезно? Ты случайно не прихватила его с собой? Я мог бы сорвать куш. – Деловое мышление Данте быстро улетучилось, когда на арену вышел вампир. Кузен Бека встал и подошел к перилам, на его лице сразу же появились очки. – Не Кинси Пэлгрейв ли это, тупой осел? Ты отстой, Пэлгрейв! И твоя прибыль упала на десять процентов в прошлом квартале! Да, все это видели, ты, жалкий болван! Твои акции рухнут!
Вампир показал Данте средний палец и обнажил клыки.
– Почему не спустишься сюда, Деллакорт? Или тебе нужно разрешение твоей сестрички?
– Моя сестра никогда бы не позволила мне драться на этом турнире, – парировал Данте.
Здоровенный вампир, который выглядел так, словно принимал стероиды, рассмеялся. То же самое сделали все его друзья. Они смеялись над Данте.
– Старшая сестра не хочет, чтобы младший братик получил бо-бо?
– Старшая сестра знает, что глупо сражаться с воинственной половиной симбиотических близнецов, – ухмыльнулся Данте. – Кроме того, я бы никогда не стал драться со своим кузеном.
Вся арена внезапно погрузилась в тишину. Вампир по имени Пэлгрейв стал еще бледнее, чем прежде, когда уставился на своего соперника.
– Беккет Финн здесь?
Данте указал на дальний край арены, где появился Бек. В его легкой походке чувствовалась уверенность. Остальные участники утопали в песке, но Бек, казалось, почти парил над ним. Он был грациозен. Он был акулой, и внезапно все остальные стали похожи на гуппи.
– Они его боятся, – выдохнула Мег, чувствуя, как в толпе нарастает предвкушение. Как только Бек вышел, толпа затихла и начались перешептывания. Все взгляды на арене устремились на крупного темноволосого мужчину с серыми глазами.
– Он величайший воин своего поколения. – Данте снова сел. Он расстегнул куртку и вытащил нечто похожее на планшет. Он несколько раз нажал на экран, а затем прикоснулся к уху. Мег раньше не замечала, но в ухе у Данте было небольшое устройство. – Да, позови мою сестру. Слушай, Сьюзи, ты должна сбросить все наши акции в фондах Пэлгрейва. Нет, я не пьян. Послушай меня. Кинси Пэлгрейв будет драться с Беком. Да, именно это я и сказал. Даже если Бек оставит его в живых, он выйдет из строя на несколько недель. Его еще более тупой брат будет исполняющим обязанности генерального директора. Скидывай сейчас, пока цена не упала. Всегда пожалуйста. – Он самодовольно улыбнулся Мег. – Это отучит их называть меня неудачником.
– Со сколькими Беку придется сражаться? – Это происходило по-настоящему. Эти мужчины будут драться. Тот, кто останется в живых, заберет ее к себе домой.
– Перестань паниковать. – Данте небрежно откинулся назад. – Все будет хорошо. Ты полюбишь Бека и будешь без ума от Киана. Ни одна женщина не способна устоять перед Кианом, когда он ее соблазняет. Они будут относиться к тебе как к принцессе. Для Бека турнир пройдет проще простого. Всего-то двадцать пять соперников, нет… уже пятнадцать. Вау, они, судя по всему, в отчаянии. Я был уверен, что останется хотя бы десять.
Группа мужчин с недовольством или страхом покачала головами и покинула арену.
– Они не хотят сражаться с великим Беккетом Финном, – объяснил Рив. – Он легенда во всех мирах. Вампиры останутся из-за гордости. Если станет известно, что они заплатили за участие, а затем потратили деньги впустую и ушли, они навлекут позор на свои семьи.
Данте кивнул, соглашаясь с гномом.
– Вампиры чертовски серьезно относятся к корпоративным средствам. Фейри уйдут, потому что нет ничего постыдного в том, чтобы сдаться королю.
– Королю? – Мег слышала, что так называли Бека, но теперь это казалось серьезным.
Высокомерие Данте исчезло, и на его месте появилась страстность, которая делала его почти ангельски привлекательным.
– Да, Беккет Финн – законный король Благих Фейри. На его троне сидит самозванец, и сидит с тех пор, как Беку исполнилось семнадцать лет. Бек потерял мать, отца, сестру, дом и королевство в один день. С тех пор он в бегах. Вынужден жить как крестьянин, едва сводя концы с концами. Он продает свой меч, чтобы прокормиться. Все, что у него осталось в мире, – это его брат. – Данте подался вперед. Он положил свою слегка прохладную руку на руку Мег. – Ты можешь изменить это. Можешь сделать его жизнь достойной. Я люблю своего кузена. Он мой брат. Если Киан восстановится, вполне возможно, что я смогу уговорить сестру поддержать их финансово. Как только появятся деньги, преданный Беку народ вернется.
Мег вздохнула. Она знала, что за этим стояло нечто большее, чем простое вожделение с первого взгляда. У Бека были амбиции, и она их понимала.
– Он хочет вернуть трон?
– Да, – ответил Данте, будто это было совершенно очевидно. – Бек мечтает свергнуть своего дядю-убийцу. Я знаю, что ты планируешь сбежать при первой возможности. Не пытайся это отрицать. На твоем месте я бы поступил так же, но прошу тебя дать ему шанс. Есть ли в твоем мире нечто столь же важное, как освобождение целого народа от тирании?