Скользнув языком глубоко внутрь, он массажировал ягодицы кончиками пальцев. Накрыл ртом клитор, я не отрываясь смотрела ему в глаза, двигая бедрами, прижимаясь ко рту. Он что-то прорычал, вибрация послала удовольствие сквозь меня, и я начала вращать бедрами, сидя на лице Луки. Я закрыла глаза, откинула голову, пока Лука трахал меня своим языком снова и снова, все время посылая вибрации через мое тело. А затем я забилась в оргазме, ерзая на его губах и выкрикивая его имя. Где-то глубоко внутри я хотела застесняться, но возбуждение взяло верх.
Когда оргазм утих, я попыталась отстраниться от губ Луки, но он удержал, опаляя меня взглядом, медленно облизывая. Это было невыносимо, но и он был неутомим. Нежными ласками и толчками языка он постепенно снова закручивал вихрь удовольствия. Я судорожно всхлипывала, больше не пытаясь вырваться, позволяя Луке вертеть и облизывать меня. От второго оргазма меня отделяли секунды. Лука отстранился, одним неуловимым движением перевернул меня на спину и встал на колени между моих ног, вжавшись членом к моему входу.
Я напряглась, но Лука не вошел. Склонился, чтобы втянуть сосок в рот, и потерся о клитор возбужденным членом. Я беспомощно всхлипнула, только что была на самой грани оргазма и чувствовала, что снова близка. Лука вошел в меня совсем чуть-чуть, и я тут же задохнулась от резкой боли, но он быстро отстранился и снова заскользил головкой по клитору. Он делал это снова и снова, пока я не начала тяжело дышать и не стала настолько влажной, что слышала хлюпанье. Он выпустил сосок, приблизил свое лицо вплотную к моему и скользнув в меня, на этот раз не отстранился.
Он входил медленно, не отводя от меня взгляда. Я прикусила губу, чтобы заглушить стон. Такой боли как в прошлый раз не было, но все же пока было некомфортно. Я чувствовала себя слишком растянутой, слишком наполненной. Лука обхватил ладонью мой затылок и начал двигаться. Дыхание перехватило, несмотря на медленный темп, но Лука не останавливался. Он скользил внутрь и наружу в мучительно медленном и нежном ритме, спустя несколько толчков он ускорился, но я вцепилась ему в плечи, и он замедлился снова. Он приблизился рот к моему уху, его голос был низким и хриплым, когда он сказал:
– Мне понравился твой вкус, принцесса. Мне понравилось, как ты объезжала мой гребаный рот. Мне нравится, когда мой язык в тебе. Мне нравится твоя киска и твои сиськи, и мне нравится то, что ты вся моя. – Лука продолжал настойчивые толчки, и нашептывал мне на ушко, и я перестала обращать внимание на тупую боль и застонала. Разве может быть что-то более сексуальное, чем Лука, говорящий мне непристойности своим глубоким баритоном.
Низкий голос Луки проникал в меня, через дискомфорт я чувствовала накатывающий оргазм. Протянув руку между нашими телами, он неистово потирал клитор, толкаясь в меня, чуть ускорился, и я заскулила от боли, смешанной с удовольствием. Лука не замедлялся. Он тяжело дышал, кожа стала скользкой от пота, ему все сложнее было себя контролировать. Я по лицу видела, как ослабевает его контроль, но он сумел справиться с собой. Он скользнул глубже, чем прежде, выбив из меня еще один стон. Тело начала захлестывать волна наслаждения.
– Кончи для меня, Ария, – прохрипел он, сильнее сжав клитор. Меня пронзило удовольствия, смешанное с болью, со стонами и всхлипами я забилась в оргазме. Лука зарычал и толкнулся сильнее. Я цеплялась за него, впиваясь пальцами ему в плечи, когда он приближался к своему собственному пику. С гортанным стоном Лука напрягся надо мной, и я почувствовала, что он кончает, наполняя и растягивая меня. Лука еще раз дернулся и обмяк. Он вышел, но остался сверху, поддерживая свой вес на предплечьях.
– Я был слишком груб? – спросил он хрипло.
– Нет, все в порядке. – Я не осмелилась спросить, насколько грубее он может быть.
Лука поцеловал меня в уголок рта, провел по нижней губе и погрузил язык мне в рот для восхитительного поцелуя. Мы долго целовались, наши скользкие тела прижимались друг к другу. Я не знала, сколько времени мы так лежали, целуясь, но почувствовала, что Лука снова стал твердым.
Я удивленно округлила глаза.
– Так скоро? Я думала, что мужчинам требуется время, чтобы восстановиться.
Лука разразился глубоким сексуальным смехом.
– Только не когда ты лежишь подо мной голая. – Он помассировал мою задницу. – Насколько сильно у тебя болит?
Слишком болит, но, так как он слегка потирался членом о мои складки, я не могла сказать этого.
– Почти не больно…
Лука одарил меня таким взглядом, который ясно дал понять, что он распознал ложь, но перекатился на спину и потянул меня за собой. Я оседлала его пресс. Он, должно быть, видел, как я занервничала, потому что нежно погладил меня по бокам:
– Не торопись. Ты контролируешь ситуацию.
Он раскачивал бедрами, потираясь членом о мои ягодицы.
– Я хочу, чтобы ты контролировал, – призналась я.
Глаза Луки потемнели:
– Не говори что-то вроде этого такому человеку, как я. – Но схватил меня за бедра и приподнял над собой. С этого ракурса член казался еще внушительнее. Лука выводил головкой маленькие круги по клитору, сжимая другой рукой грудь, затем остановился у моего входа, обхватил за бедра и медленно опустил меня вниз почти до конца. Мне пришлось остановить его, чтобы отдышаться. Я положила ладони ему на грудь, пытаясь привыкнуть к новой позиции. Член казался огромным, и мои мышцы плотно обхватили его. Лука стиснул зубы, провел руками по моему телу и снова обхватил грудь, вращая соски между пальцами. Я застонала и стала понемногу раскачивать бедрами. Лука погладил большим пальцем по клитору, я издала стон, и он толкнулся в меня до самого основания.
Я вскрикнула, больше от удивления, чем от боли, и замерла, медленно выдохнув, чтобы преодолеть чувство абсолютной наполненности.
– Ария, – прохрипел Лука. Я встретила его внимательный взгляд. В нем мелькнула неуверенность в его глазах.
Я заставила себя улыбнуться:
– Дай мне минуту…
Он кивнул, осторожно положив руки мне на талию, и наблюдая за моей реакцией. Я выдохнула еще раз, затем попробовала качнуть бедрами. Было больно, но одновременно и приятно.
– Поможешь мне? – прошептала я, глядя на него из-под под опущенных ресниц.
Одной рукой сжав талию, другой прошелся по попе и направил меня в медленный ритм раскачиваний и вращений. Это было волнующе – чувствовать под ладонями силу его тела, ощущать, как сокращаются на его груди мышцы под кончиками пальцев, но еще лучше был взгляд в его глазах, когда он наблюдал за мной снизу вверх. Голод и восхищение смешались с другой эмоцией, которую я не смогла определить. Грудь Луки вздымалась под моими ладонями, его дыхание ускорилось, когда он начал толкаться вверх, вколачиваясь в меня сильнее и быстрее. Большой палец заскользил вверх и вниз по клитору, я ахнула, и Лука вцепившись в мои бедра, ускорился. Я откинула голову назад, захваченная оргазмом, когда почувствовала, что Лука напрягся и кончил в меня с низким стоном.
Я обессиленно задрожала на нем, спускаясь с вершины своего пика, рухнула на грудь Луки и прижалась губами к его губам. Его сердце колотилось в унисон с моим. Он обнял меня и крепко прижал к себе:
– Я не потеряю тебя, – прорычал он, удивив меня.
– Нет.
– Братва подобралась слишком близко. Как мне тебя защитить?
Почему Братва интересуется мной?
– Ты найдешь способ.
Глава 15
Прошло несколько недель, и секс становился лучше с каждым разом, как мы им занимались. У меня создалось впечатление, что Лука все еще немного сдерживается, но я не возражала. Иногда задавалась вопросом, может, он так же сильно, как я, нуждается в нежных занятиях любовью из-за стресса после стычки с Братвой.
Занятия любовью? Неважно, как сильно пыталась игнорировать свои чувства, я знала, что люблю Луку. Наверное, нет ничего естественнее, чем влюбиться в мужчину, за которым ты замужем, в мужчину, с которым ты разделила постель. Я не знала, почему влюбилась в Луку, почему несмотря на собственные твердые намерения перед браком, я пустила его в свое сердце. Знала только, что это случилось, но понимала, что такие мужчины, как Лука, думают о любви. Я не говорила ему о своих чувствах, хотя несколько раз слова вертелись на кончике языка, когда мы лежали в объятиях друг друга, потные и пресыщенные после секса. Знала, что Лука не ответит, и не хотела делать себя такой уязвимой.
Я любовалась нью-йоркским закатом из шезлонга на террасе. Ромеро листал спортивный журнал, сидя внутри пентхауса. Несколько раз я подумывала о том, чтобы попросить Луку отменить постоянное присутствие Ромеро, но так и не решилась. В пентхаусе со мной не могло произойти ровным счетом ничего, но без Ромеро мне и вовсе было бы одиноко, даже если мы не так много разговаривали. Марианна приходила только в обеденное время, чтобы сделать уборку и приготовить обед и ужин, а Лука большую часть дня отсутствовал. Я так и не сходила выпить кофе ни с одной из женщин Семьи. В любом случае, после предательства Косимы я не собиралась встречаться со всей семьей Луки.
На столике завибрировал телефон. Я подняла его, заметив высветившееся на экране имя Джианны, отчего в груди потеплело от счастья. Этим утром мы уже разговаривали, но для сестры звонить по нескольку раз в день было обычным делом, и я ничего не имела против.
Но услышав ее голос, я села прямо, сердце заколотилось в груди как сумасшедшее.
– Ария, – прошептала она, хриплым от слез голосом.
– Джианна, что случилось? Что происходит? Ты ранена?
– Отец отдает меня Маттео.
Я не понимала, не могла.
– Что ты имеешь в виду под «он отдает тебя Маттео»? – Я задрожала, и на глаза навернулись слезы. Джианна зарыдала.
– Сальваторе Витиелло говорил с отцом и сказал ему, что Маттео хочет жениться на мне. И отец согласился!
Я не могла дышать. Меня беспокоило что Маттео не простит Джианне ее дерзость. Он не привык, чтобы ему отказывали, но как отец мог согласиться?