С радостным облегчением я поспешила к нему. Он приоткрыл для меня стеклянную дверь, и я проскользнула под теплые струи тропического душа. Через мгновение Данте шагнул ко мне. Я не торопилась, любуясь его телом, потому что впервые могла действительно хорошо рассмотреть его без одежды, и это было стоящее зрелище. Его грудь и живот были в меру накачены, и тонкая полоска светло-русых волос тянулась к низу живота. Данте подставил под воду голову, затем повернулся ко мне спиной, чтобы взять гель для душа. На его плече была татуировка. Я удивилась, вообще обнаружив на нем чернила. Почему-то Данте не был похож на такой тип людей.
— Нет добра на земле; и грех — всего лишь слово. Приди, Дьявол. Ибо перед тобою весь этот мир, — я прочитала вслух цитату, начертанную курсивом на его коже. Данте повернулся ко мне, на его лице появилось нечитаемое выражение.
— Что за мрачная перспектива на жизнь? — спросила я.
В ответ он протянул мне гель для душа. Теперь, когда мы уже не лежали в постели, между нами снова вырос барьер, и я не знала, как его сломать. И еще я видела, что Данте бы этого не допустил.
— Я человек греха, Валентина. Мой опыт научил меня, что добро редко одерживает победу. Если дьявол существует, то он, безусловно, покровитель Синдиката.
Я прислонилась к стене, нахмурившись.
— Ничто не мешает тебе стать лучше.
Опять эта холодная улыбка.
— Нет, только моя природа.
Глава 12
Следующим утром мне позвонила мать, чтобы пригласить на поздний завтрак. Я знала, что она очень хочет расспросить меня о нашем браке с Данте. В действительности я даже была удивлена, что она тянула так долго, прежде чем связаться со мной. Возможно, хотела дать нам с Данте время, чтобы узнать друг друга поближе. Я сказала ей, что позавтракать не получится, но можно встретиться вечером за чашкой чая. Я точно не знала, сколько времени проведу в казино. Моим выбором в одежде на сегодня стал элегантный бежевый костюм и строгие туфли, потому что мне не хотелось производить слишком сексуальное первое впечатление. Интуиция подсказывала, что у меня возникнут проблемы с получением уважения даже без сверкания коленками.
Когда я спускалась по лестнице, Данте уже ждал в вестибюле. Одет он был, как всегда безукоризненно: в темно-коричневый костюм-тройку и подходящие «оксфорды». Данте скользнул по мне взглядом, и я понадеялась, что он одобрит мой наряд.
— Так будет нормально? — Я указала на свое тело.
— Выглядишь как бизнесвумен. На сегодня это подходящий выбор, — кивнул Данте.
Я подошла к нему, не пытаясь взять его за руку или поцеловать, хотя мне ужасно хотелось.
— Только на сегодня?
— Когда будешь встречать крупных игроков, можешь одеваться проще. Большинство из них — традиционалисты, поэтому платье или юбка будут разумным выбором.
Я удивленно подняла брови.
— Я думала, что эту работу ты выбирал для меня не из-за моей внешности.
Глаза Данте прошлись по всему моему телу.
— Валентина, только слепой тебя не заметит. Никогда не повредит очаровать важных персон так, как ты развлекала гостей, приглашенных на вечеринку в нашем доме. Они знают, кто ты. Знают, что ты моя, и ты займешь их время тем, что поприветствуешь и расскажешь им о наших специальных новейших предложениях, которые позволят им чувствовать себя исключительными. Никто не примет твое гостеприимство за неуместный флирт.
Я посмотрела на него с сомнением, но спорить не стала. За то, что он вообще позволил мне работать, я была очень благодарна. Мне даже не пришлось бы слушать сплетни, чтобы точно знать, что будут говорить обо мне, как только люди узнают, что жена Босса не удовлетворена ролью трофейной жены.
***
Для нашей поездки в промышленные районы Чикаго мы взяли «Мерседес» Данте, потому что снежная буря сделала улицы непроходимыми для «Порше». Спустя полчаса, в течение которых Данте объяснял, какие виды азартных игр самые популярные в наших казино, и кто является самым важным из крупных игроков, мы остановились перед воротами, ведущими вниз, в подземный гараж. Позади него вырисовывалось массивное складское помещение с заляпанными окнами и разрисованными граффити стенами. Охранник из маленькой кабинки поздоровался с Данте и открыл нам ворота. Мы покатились вниз по ничем не примечательному паркингу. Ничего вокруг не намекало на присутствие казино, но это, безусловно, имело смысл, потому что Синдикат был вынужден скрывать свой нелегальный игорный бизнес. Несколько автомобилей уже были припаркованы, и Данте направил «Мерседес» к месту между глянцевым черным “БМВ” и китчевым красным «Мустангом» с цепями для езды по снегу вокруг массивных колес. У меня было такое чувство, что я знаю, кому принадлежит последний.
Мы с Данте вышли из машины, он, к моему удивлению, положил руку мне на поясницу, провожая к ржавому лифту на другом конце гаража.
— Это безопасно? — спросила я с подозрением. Эта штука выглядела так, как будто отчаянно нуждалась в ремонте.
— Это все понарошку, — засмеялся Данте. На мгновение его глаза встретились с моими, и неожиданное тепло заполнило меня.
Данте нажал маленькую черную кнопку, и двери лифта распахнулись. Внутри было не намного лучше, чем снаружи: грузовой лифт с голыми железными стенами и обшарпанным полом. Данте вытащил из кармана ключ-карту и засунул ее в прорезь, которую я даже не заметила раньше, потому что та была не рядом с кнопками лифта, как обычно. Данте заметил мой любопытный взгляд.
— Федералы к нам еще никогда не наведывались, но, если они станут проверять склад, это усложнит им задачу.
В тот момент, когда Данте вставил карту, лифт начал движение вниз. Поездка была недолгой, и, когда двери, наконец, открылись, я ахнула.
Мы шагнули в огромное подземное помещение с шикарными красными с золотом коврами, люстрами и десятками внушительных столов для покера, блэкджека, рулетки и всего того, во что здесь еще играли. Телевизоры с плоскими экранами на одной из стен казино показывали все: начиная от чемпионата Африки по футболу до первенства по дартсу в Шотландии, от гонки на верблюдах в Дубае и заканчивая лыжными турнирами в Альпах. Для клиентов, которые хотели наблюдать за спортсменами или командами, на которых они делали ставку, вдоль стен были расположены диваны. В дальнем конце помещения находился бар с сотнями бутылок ликеров, вин и шампанских, протянувшийся почти на всю ширину казино.
Прямо сейчас казино было безлюдным, за исключением двух уборщиц, которые пылесосили ковры. Несколько дверей, как я предположила, вели в апартаменты для ВИП-гостей.
— В задней части находятся офисы, а также зона для встречи важных гостей, — объяснил Данте, провожая меня через зал к темной деревянной двери рядом с баром.
— Я буду работать каждый день?
Данте как-то странно посмотрел на меня.
— Ты можешь выходить на работу, когда захочешь. Заставлять тебя никто не будет. Но всегда, когда ожидается важный гость, тебя будут информировать, чтобы ты решила, будешь ли их встречать.
— Хорошо. Ты говорил, что проводятся специальные мероприятия. Планируется ли что-нибудь в ближайшие несколько недель? Например, на День святого Валентина? — До него оставалось еще четыре недели, но для организации мероприятия нужно время.
Данте слегка погладил меня по спине, вызвав мое удивление. Я даже не сказала бы, что он осознавал, что делал, так как выражение его лица было отстраненным, если не считать кривой усмешки, обращенной ко мне.
— День святого Валентина — это точно не то, что интересует мужчин, приезжающих сюда. Даже если они женаты, их жены наверняка не знают, что мужья бывают здесь. Я уже говорил, мы всегда держим по меньшей мере дюжину проституток в баре, а спальни в конце зала никогда не пустуют.
— Так значит, я буду не только управлять казино, но и стану королевой борделя.
Данте рассмеялся. Настоящим смехом. Я покосилась на него, чтобы убедиться, что мои уши не сыграли со мной плохую шутку, но улыбка с его лица уже испарилась.
— Ты им не сутенерша. Ты можешь представить наших высоких гостей их девушкам-хостес, но, что касается остального, проституция в казино находится в руках Раффаэле.
Раффаэле был двоюродным братом Арии, однако он не состоял со мной в родстве. С удовлетворением я подумала, что мое предположение про автомобиль было верным. Я слышала сплетни о его щегольской персоне.
— Это не тот, кому отрубили палец за то, что он пялился на Арию?
Все знали часть этой пикантной истории, но мне было любопытно, как относится Данте к этому инциденту. Я до сих пор помню, какой переполох тогда был.
Данте сжал губы в тонкую полоску.
— Это он. Рокко Скудери позволил Луке наказать Раффаэле.
Мы остановились перед дверью.
— Но у тебя бы такого не случилось?
— Я бы не позволил кому бы то ни было из Нью-Йорка наказывать на моей территории, — сказал он жестко.
Не знаю почему, но мое тело немедленно отреагировало на стальную ярость Данте, желая оказаться с ним наедине, чтобы позволить ему, как прошлой ночью, сделать со мной все, что он захочет.
Игнорируя потребности своего тела, я спросила:
— Значит, ты не считаешь, что Раффаэле это заслужил.
Лично я думала, что это перебор — отрезать чей-то палец только за то, что пялился, но Лука был известен своим хладнокровием, даже в Синдикате.
— Я этого не говорил, но настоял бы на том, чтобы наказать его самому, поскольку он моя ответственность. Но что сделано, то сделано.
— А Раффаэле — помощник управляющего?
— Нет, он отвечает за проституток. Следит за тем, чтобы у нас их всегда хватало. Он работает вместе с Томмазо.
Я поморщилась, это было моей обычной реакцией на его имя. Данте приподнял блондинистую бровь.
— Это из-за проституции или из-за Томмазо? Я думал, ты дружишь с его женой Бибианой.
— Бибиана — моя лучшая подруга, поэтому я терпеть не могу этого человека. Полагаю, нет ни единого шанса, что Томмазо может оказаться предателем, чтобы ты смог от него избавиться?