всего, так он спасал ему жизнь. Я думала, что сохранить Сэмюэлю жизнь — раз уж он не набрасывался и не убивал всех подряд… пока что — было отличной идеей. Как и та, где я прошу у тебя передышки, дать немного времени, чтобы свыкнуться с новыми людьми в своём разуме и не навредить тебе, потому что боюсь.
— Что? — недоверчиво спросил Адам
Я склонила голову и произнесла:
— Потому что, это пугало… пугает меня до потери сознания.
Он покачал головой.
— Я не о том, а о той части, что ты не хотела мне навредить.
— Тебе не нравится быть вервольфом, — пояснила я. — Ох, ты с этим разберешься, но тебе это ненавистно. Из-за этого ты считаешь себя ненормальным. Я не хотела тебе говорить, что у меня небольшие сложности с заявлениями вервольфов. — Я сглотнула. — Ладно, больше, чем просто небольшие сложности из-за всего этого: «Я буду контролировать твою жизнь, потому что ты принадлежишь мне», присущего большинству вервольфов.
Адам просто смотрел на меня жёлтыми глазами. Его лицо было вытянутым, рот не закрывался, потому что верхняя и нижняя челюсти не подходили друг другу. Я могла видеть, как некоторые зубы стали острее и длиннее.
— Я ненормальный, Мерси, — заявил он, а я фыркнула.
— Ну да, — согласилась я. — Вот почему я долгие годы пускала на тебя слюни, хотя зареклась не связываться с вервольфами после инцидента с Сэмюэлем. Я знала, что если я скажу, что вся эта ситуация с членами стаи и связью беспокоит меня, тебе будет больно. А ты и без того переживаешь последствия… — Я не могла произнести слово «изнасилования», поэтому просто сказала: — Случая с Тимом. Я думала, что если дам себе немного времени, выясню, как противостоять желанию стаи, сделать из меня твою бывшую, тем самым я выиграла бы время для Сэмюэля…
Адам прислонился к стене, — которую раньше моя стойка блокировала — и скрестил руки на груди.
— Я пытаюсь сказать, — начала я, — что мне жаль. Тогда мне это казалось хорошей идеей. И нет, я этого не придумывала, чтобы держаться от тебя подальше.
— Ты пыталась уберечь меня от боли, — всё тем же странным голосом сказал он.
— Да
Он медленно покачал головой, а я заметила, что пока мы говорили, волк отступил, и выражение лица Адама стало нормальным. Свет отражался в карих глубинах глаз, а один уголок губ приподнят в улыбке.
— Ты хоть представляешь, как сильно я тебя люблю? — спросил он.
— Твоей любви хватит, чтобы принять мои извинения? — тихо спросила я.
— Чёрт, нет, — выдал он, оттолкнулся от стены и направился вперёд.
Когда он подошёл ко мне, поднял руки и прикоснулся кончиками пальцев к моей шее, словно я была невероятно хрупкой.
— Никаких извинений, — добавил он нежным голосом, от которого у меня подогнулись колени и расплавились некоторые другие части тела. — Во-первых, как я уже указывал, ты бы снова так поступила, да? Так что, извинения не нужны. Во-вторых, ты та, кто ты есть, и, вероятно, никогда не поступила бы иначе. Я люблю тебя такую, так что нет смысла биться головой о твои поступки, правильно?
— Иногда, люди видят всё не в том свете, — ответила я, прижимаясь к Адаму.
Он рассмеялся, и слабый звук его смеха прокатился по моему телу до самых пальчиков ног.
— О да, ну, и я не могу обещать всегда, быть логичным. — Он печально посмотрел на сломанную стойку и кассовый аппарат, валяющийся на полу. — Особенно по началу. — Его улыбка угасла. — Я думал, что ты пытаешься меня бросить.
— Я может и глупая, — заявила я, уткнувшись носом в его галстук, — но не настолько. Я уже поняла, ты не уйдёшь.
Он почти до боли стиснул меня в объятьях.
— Почему ты не сказал Брану про Сэмюэля? — спросила я. — Я была уверена, что ты скажешь. Разве ты не связан клятвой на крови?
— Если бы ты позвонила мне прошлой ночью, я бы позвонил Брану… или бы собственноручно пристрелил бы Сэмюэля. Но… основываясь на событиях утра, кажется, он отлично держится. Он заслужил отсрочки. — Он немного меня отпустил, но потом вновь притянул теснее к себе. — Если такое случится со мной, ты звонишь Брану и держишься от меня, как можно дальше. Мой волк не похож на волка Сэмюэля. — Он ещё раз посмотрел на стойку. — Если я свихнусь… ты будешь держаться в стороне, пока я не умру.
Глава 6
Как только все ушли,Адамбросил ружьё Иной на заднее сиденье джипа.
— Посмотрим, смогу ли я узнать что-нибудь из регистрационного номера, — сказал он. — Вероятно, она считает, что мы не сможем выследить ее, но было бы глупо не проверить.
— Будь осторожен, — сказала я.
— Милая, — он склонился и поцеловал меня, — я всегда осторожен.
— Что я получу, если буду за ним присматривать? — Не слова Бена, а то, как он это сказал, ошарашило меня. Я не знаю как, но ему удалось произнести это двусмысленно.
Адамзлобно посмотрел на него. Бен усмехнулся, обошёл джип и сел в него.
— Когда мне позвонили, я ехал на объект, — произнёсАдам. — И должен вернуться.
— Не волнуйся, — проговорила я. — Я закроюсь. Не думаю, что смогу чем-то сегодня заняться.
Он открыл дверь, и замер.
— Извини за прилавок, — сказал он, не оборачиваясь.
Я сделала пару шагов вперёд, обняла его за талию и ткнулась носом в его спину.
— Я за столько должна попросить у тебя прощения. Но я рада, что ты со мной.
Он положил ладонь на мои руки.
— И я.
— Снимите себе номер, — проговорил Бен из джипа.
— Шёл бы ты. — Адамразвернулся, поцеловал меня и забрался в машину.
Мы с Сэмом смотрели, как он уезжает.
Я заехала в закусочную и купила десять двойных сэндвичей с сыром. Затем поехала к парку и припарковалась на стоянке у реки на стороне Кенневика. Снег ещё не выпал, но день выдался холодным и пасмурным, так что, кроме пары бегунов и серьёзного велосипедиста, мы никого не встретили. Я съела половину сэндвича и опустошила бутылку воды, остальное умял Сэм.
— Ну, Сэм, — сказала я, когда мы доели, — чем сегодня займёмся?
Он с интересом посмотрел на меня.
— Мы могли бы побегать, — добавила я, выкидывая мусор в ближайший бак.
Он выразительно мотнул головой
— Не хочешь охотиться? — спросила я. — А я думаю, что так ты расслабишься.
Он оскалился и пять раз клацнул зубами, каждый следующий раз быстрее и ожесточённее предыдущего. Когда остановился, он был абсолютно спокоен, за исключением тяжелого дыхания и сильного голода в глубине глаз, хотя он только что съел девять с половиной сэндвичей.
— Ладно, — протянула я, спустя пару мгновений, когда убедилась, что голос не дрожал, — охота — неподходящая затея. Понятно. Нужно что-то более спокойное.
Я открыла пассажирскую дверь, и Сэм залез внутрь, когда я увидела полотенце на заднем сидении.
— Хочешь, поедем со мной вернём книгу? — спросила я.
По субботам в Верхнем городе полно народу, так что мне пришлось припарковаться далеко от магазина. Я открыла дверь Сэму, который выпрыгнул и замер. Спустя мгновение, он придал нос к асфальту… но, чтобы не искал, он не смог обнаружить, потому как остановился и втянул носом воздух.
У меня нюх лучше, чем у простого человека, хотя в обличье койота гораздо лучше. Я тоже втянула воздух, но там где много людей и машин тяжело выделить то, что уловил Сэм.
Сэм отряхнулся, странно на меня посмотрел и запрыгнул обратно в машину. Растянувшись, он опустил лапы между сидений и положил голову на водительское место.
— Я так понимаю, ты ту остаёшься? — спросила я. Это могло означать, что опасности нет, иначе он не отпустил бы меня одну. Сэм всегда больше защищал меня, чем сам Сэмюэль.
Возможно, рядом был другой оборотень, а Сэму лучше сейчас их избегать. Я сделала ещё один вдох, и всё так же не учуяла никого знакомого, но у Сэма нюх лучше моего койотского.
Я убрала его хвост, чтобы не прищемить и закрыла дверь. Затем открыла заднюю и положила туда книгу. Пусть сосед Фина и слабый иной, но это не означало, что всё нормально. В машине с Сэмом книга будет в безопасности. Если Фин в магазине, я вернусь за книгой и отдам её ему. Если поблизости ошивается сосед Фина или кто-то ещё, я что-нибудь придумаю.
— Я оставлю книгу на заднем сидении, — сказала я Сэму. — Скоро вернусь.
За короткий промежуток времени температура упала на несколько градусов, и задул ветер. Моя легкая курточка не спасала от холода и ветра. Я посмотрела на серое небо… Если температура понизиться ещё и начнётся морось, то мы получим ледяной дождь. В Монтане крутые, извилистые дороги, которые становятся опаснее, скрывшись под снегом и льдом. Но они ничто по сравнению с тем, когда магистрали Тройного города покрывает ледяная корка.
Пока перебегала парковку, меня чуть не сбили на «Субару», водитель которого не глядя сдавал назад. Теперь я внимательнее смотрела на дорогу, пока не вышла на тротуар. Посмотрев в окно книжного, я увидела седовласую женщину за прилавком и выдохнула. По крайней мере, не жуткий сосед.
Я подошла к двери и увидела, что там всё ещё висит табличка «Закрыто» и приписка: «До особого распоряжения» чёрным маркером.
Пока я топталась у входа, женщина лучезарно мне улыбнулась и подошла к двери, отодвигая тяжелую задвижку. Для её возраста, — о котором можно было судить по морщинам и телосложению — она очень бодро двигалась.
— Здравствуй, дорогуша, — произнесла она. — Боюсь, сегодня мы закрыты. Тебе что-то нужно?
Иная. Я почувствовала её запах — лес, земля и магия, с примесью чего-то жжённого, свежего воздуха и солёной воды — который никогда прежде мне не доводилось слышать. А я встречалась с двумя Серыми Повелителями, которые правят иными.
Большинство иных обладают запахом какого-то одного элемента, которые — по словам старых алхимиков — составляли Вселенную: земли, воздуха, огня и воды. Но никак не больше одного. В отличие от этой женщины.
Она улыбнулась мне тусклыми, карими глазами.
— Фин здесь? — спросила я. — Кто вы? Я вас раньше не видела. — Я не постоянный посетитель, может она всегда работала с Фином. Но я могла поспорить, что нет. Если бы она часто бывала здесь, я бы при первом посещении магазина почувствовала её запах. А я помню запах каждого