Людей, встречающих или рассчитывающих этим же бортом вылететь в столицу, набралось не то чтобы много, однако в небольшом, да еще и имеющем не так много кресел помещении казалось, что они повсюду. Кресла, надо сказать, тоже могли называться так с очень большой натяжкой. Скорее, это были жесткие скамейки на четыре посадочных места, сидя на которых, о комфорте можно было забыть. Но, тем не менее, лучше хорошо сидеть, чем плохо стоять, и свободных мест не наблюдалось. Кое-кто из пассажиров уже оккупировал буфет, большинство же по-простому коротали время с кофе из автоматов. Как-то раз имевший сомнительное удовольствие наблюдать процесс заправки такого автомата, когда одной тряпкой вытирался и пол, и окошко выдачи, и какие-то металлические кривульки в его недрах, Виталий зарекся хоть что-то в таких покупать. Тем не менее стадный инстинкт неистребим, и пришлось сделать над собой легкое усилие – ноги сами, без участия разума, попытались развернуться и двинуться за кофе.
– Виталий Семенович?
– Виктория Тихоновна… – Виталий скорее обозначил кивок, чем действительно его произвел. Так, вежливость, не более того. Умный человек поймет, что не интересен, и пойдет своей дорогой. Саблина не поняла. А может, просто сработал условный рефлекс, все же знакомое лицо и все такое.
С точки зрения Виталия, в их городе просто невозможно было прийти в сколь-либо большое заведение, даже в супермаркет, и не увидеть ни одной знакомой рожи. Может, ты человека как такового и не знаешь, но где-то видел наверняка. Однако девушка, очевидно, в силу молодости, этого не понимала, а к тонким намекам была нечувствительна.
– Вы какими судьбами здесь?
– Знакомую встречаю, – мысленно вздохнув и поняв, что отвертеться от разговора без грубостей не удастся, ответил Виталий.
– Знакомую?
– Ну да. Женского пола. Будь это мужчина, я сказал бы «знакомого».
– А я – маму, – пояснила Саблина, хотя ее об этом никто не спрашивал.
– Из Москвы? – Вопрос был риторическим, откуда же еще, если ближайший самолет прибудет лишь часов через пять.
– Ну да.
– Очень рад за вас… – Дежурно-нейтральная фраза на все случаи жизни. – А теперь извините, мне пора.
Остаток времени он провел в машине, слушая музыку. Под вопли рокеров, заунывный долбеж по струнам бардов и нестареющую классику советского периода (вот такой у него был вкус, и Виталий, не мудрствуя лукаво, попросту забил флешку всем подряд, главное, чтобы вперемешку) время текло чуть быстрее, а пропустить рейс он не боялся. Здесь все было по-простому. Самолет останавливался едва в паре десятков метров от окружающего территорию забора, и никто ради этого не собирался подгонять автобус. Спустились по трапу – и шлепайте своим ходом к калитке. У кого багаж – те могут пройти в здание аэропорта и получить его, у кого нет – тут вам и маршрутки, и такси, и автостоянка, на которой куча встречающих. Словом, минимум формальностей, а зона прилета со стоянки просматривалась отлично. И когда самолет, скрипнув то ли тормозами, то ли резиной, замер и начал глушить двигатели, Виталий уже находился возле той самой приснопамятной калитки.
Татьяну он увидел практически сразу. Невысокая, худощавая, на плечах – ярко-красный пуховик, в котором самому Виталию в такую погоду было бы жарковато, зато шапки на голове не наблюдается. Именно поэтому он и встретил ее фразой:
– Привет блондинкам!
– То есть? – выпучила на него глаза Татьяна.
Учитывая, что она была жгучей брюнеткой, это неудивительно.
– То есть я понимаю, конечно, ты – как беляш с вокзала. Горячая, сочная и опасная. Вот только уши отморозить не боишься?
Девушка рассмеялась. Получалось это у нее красиво, звонко, будто колокольчики звенели. Да уж, чтобы ее смутить, необычного приветствия маловато. С такими женщинами бывает стыдно, но не бывает скучно.
– Не боюсь. У тебя ведь машина?
– Ага. Багаж?
– Да, еще получить надо…
– Стало быть, пошли.
За то время, что они получали багаж, Виталий узнал, что прибыла его знакомая в командировку (но тс-с, это пока секрет, потом расскажу), долетела легко и даже с комфортом – решение принято было в последний момент, и начальство, за неимением обычных билетов, раскошелилось на бизнес-класс. В общем, все просто. Оказавшись же в машине, девушка оглядела салон с тем же восхищением, с каким минуту назад рассматривала пикап снаружи, и спросила:
– Дашь порулить?
– Не сейчас. Захочешь – скатаемся потом, устроим небольшой триал.
– Конечно, хочу! Совсем новая?
– Только вчера купил. А что, так заметно?
– Да ты как ребенок с новой игрушкой. Пока не наиграешься, никому не дашь… – Татьяна вновь рассмеялась. – Нет, ты бы себя в зеркало сейчас видел. Надулся, обиделся…
– Правда, что ли? – Виталий посмотрел на себя в зеркало, но признаков надутости не увидел.
– Нет, ты чудо! – она ловко перегнулась к нему и звучно чмокнула в щеку. – Ладно, давай, поехали уже, а то я с дороги и дико хочу принять душ!
Виталий кивнул, аккуратно вывел машину со стоянки и не спеша развернулся. Краем глаза успел увидеть идущую к «фольксвагену-поло» невзрачного, даже на вид дешевого сероватого цвета Саблину. «Амарок» еще разворачивался, а спортсменка уже газанула и лихо рванула в сторону города. Что-то царапнуло сознание, и лишь отъехав, Виталий сообразил: его коллега по преподаванию встречала мать, но, уезжая, садилась в машину одна.
Дорога была скользкая, покрытая тоненьким ледком, но машина шла уверенно. Правда, и покрышки соответствовали. Не самые брендовые, конечно, однако Виталию они нравились. Уже немало лет он оставался приверженцем одной марки, и она его пока не подводила. Так что вышли на шоссе и отделяющие их от города несчастные пять километров пролетели махом. Ну и переговорить заодно успели, причем тема оказалась достаточно интересной.
Начальство Татьяны не только виноделием занималось. Наученные горьким опытом жизни в не самом лучшем государстве, бизнесмены от бутылки, оказавшись в России, старались максимально закрепиться и расшириться. А потому они достаточно активно развивали в том числе и сеть фирменных магазинов. Ну а Татьяна приложила максимум усилий к тому, чтобы вовлечь в орбиту их интересов и данный далекий регион.
Почему именно этот? Тут все просто и меркантильно. Народ в здешней Тмутаракани обитал не то чтобы богатый, а, скорее, зажиточный. Во всяком случае, по сравнению с основной частью страны. И, соответственно, желающих пить не только водку, но и что-то более интересное на вкус, получая за свои деньги гарантированное качество, а не разбодяженную непонятно где подделку, хватало. Так что перспективы выглядели не то чтобы колоссальными, но вполне устойчивыми. Как, впрочем, и в нескольких других местах.
А далее начала суетиться уже Татьяна, которая неплохо понимала: всю жизнь в микрофон говорить не слишком перспективно. Хочешь жить хорошо – делай карьеру. А вот с ней не все так просто. Женщине тяжело всегда, хотя бы из-за высокой конкуренции и чисто женских заморочек с детьми – когда-то же они появятся. И остается или прыгнуть к боссу в койку, что ей не слишком хотелось, или попытаться сыграть в игру по своим правилам. Самый простой вариант – рвануть на периферию. Сложностей больше, но зато и перспективы выше. Разумеется, Москва и Питер звучат солиднее, но там уже все занято, а вот на новом поле, в провинции, можно и рискнуть. Татьяна не боялась ни работы, ни трудностей. А еще у нее имелся хороший знакомый, который, случись нужда, может пособить в перспективном начинании.
Ход мыслей простой и надежный. И помочь ей Виталий действительно мог. Как минимум сведя с нужными людьми. Плюс обеспечить на первое время жильем – в конце концов, скоро уезжать, а за квартирой все равно пригляд нужен. Единственно, не вовремя все. Творящееся вокруг безобразие и приезд Татьяны не сочетались абсолютно. Поэтому возможности, да и время, остававшееся в распоряжении Виталия, были сейчас заметно ограничены, в чем он честно признался. Правда, в результате, пока они петляли по городу, пробиваясь через воскресные пробки, он рассказал даме все, что творилось вокруг него за последнее время. Татьяна лишь махнула в ответ рукой – ей, женщине, склонной к авантюрам, это казалось забавным дополнением к приключению. Ню-ню, посмотрим, что ты дальше запоешь.
Зато в квартире Татьяна с Катериной моментально сцепились взглядами. Именно так, ни слова не говоря и ничего вроде бы предосудительного не делая. Поздоровались, выслушали положенные слова от хозяина («Это – Таня, это – Катя, прошу любить и жаловать»), вежливо улыбнулись, а через минуту, вновь попав в зал, Виталий имел сомнительное удовольствие наблюдать двух кошек со вздыбившейся шерстью. Именно с кошками эти двое у него и ассоциировались. Хорошо еще, была возможность расселить их по разным комнатам.
Весь остаток дня Виталий провел в совершенно идиотских попытках сгладить все острые углы, и к вечеру данный процесс его уже капитально бесил. Дурное времяпровождение. И никому ничего не докажешь, ибо спорить с женщинами – это все равно что объяснять квантовую физику котлетам. Единственный плюс, сумел кинуть удочку на предмет проверки собственной идеи, но ответа, разумеется, не получил. Это – закладка на будущее. Очень недалекое будущее…
К вечеру он в буквальном смысле слова бежал из собственной квартиры и, плюхнувшись на сиденье «субару», почувствовал несказанное облегчение. Тишина! Даже радио включать неохота. Хотя…
Виталий покопался в на редкость простых и логичных, особенно по сравнению с современными мультимедийными монстрами, настройках приемника. Поморщился. Старость начинаешь чувствовать, когда песни твоей молодости видишь в разделе «ретро». Вот и сейчас заполнивший салон звук «Алисы» ассоциировался у него с теми временами, когда небо было голубее, а трава – зеленее. Впрочем, рокеры не стареют. И вообще, надо будет на досуге перебрать движок мотоцикла и летом куда-нибудь рвануть. Вот только до лета еще дожить надо, что в свете нынешних раскладов выглядело уже не совсем вероятным.