Она едва успела переодеться, как раздался первый звонок в дверь. Оля потерла лицо руками, чтобы прийти в себя и отправилась открывать.
— Мирослава Анатольевна, — она сделала приглашающий жест и не стала запирать дверь. Все равно бесполезно.
Глава 2
Кузьма Мышкин снова улыбнулся так, что челюсть заболела и отдал последний подарок из красного мешка, предварительно отслушав серию стихотворений от очень смышленого малыша лет пяти. Его родители тоже радостно улыбались. А что? В последний момент удалось урвать неплохого Деда Мороза, да еще и по адекватной цене. Это ли не успех?
Распрощавшись с довольными клиентами, он положил деньги во внутренний карман шубы и вышел из подъезда. Фух! Сегодня удалось закончить день без серьезных происшествий. Хорошо, что директор ТЮЗа все его костюмы сохранил. Плохо, что он вещи свои, забранные с утра у бывшей, оставил в театре, а он уже закрыт. Да и съемным жильём он так и не озаботился. И куда теперь идти?
Постояв у подъезда минуту, он махнул рукой. Терять ему уже все равно нечего. Да и эта докторица, у которой он сегодня переночевал, зацепила его. Вся такая гладкая, ладная. Строгая, но справедливая. На улицу его выставила только утром и после завтрака. Вот бы еще вспомнить, что у них ночью произошло, потому что он не помнил решительно ничего. Нет, кажется, помнил, что халат с неё стащил, а дальше всё…. Эх, не надо было пить ту рюмку. Знал ведь, что память отшибет.
Замок на двери подъезда был сломан, дверь в квартиру Оли была открыта. В прихожей толпились бабки. Нет, не так, тут явно проходило какое-то собрание типа съезда партии КПСС, потому что возраст собравшихся был подходящим.
— Кто умер? — Решил он спросить у ближайшей.
Та вздрогнула и обернулась. Вздрогнула еще раз, увидев намазанные помадой щеки, пушистую белую бороду и шапку, съехавшую набок. Разговор в прихожей смолк.
— Ты кто? — Просипела одна из старушек.
Кузя озадаченно оглядел собравшихся.
— Деменция — она такая, — пришел он к неоспоримому выводу. — Дед Мороз я. А Оля где?
— Так на кухне, уколы ставит, — отмерла та, которой он вопрос задал. — А мы вот в очереди стоим.
Мышкин посмотрел на часы. Девять вечера.
— И давно вы тут стоите? — Прищурился он.
— Так…, как Оля с работы пришла, так мы уж тут и скучковались, — последовал ответ.
— А Оля домой пришла без пакетов с едой? — Кузе это всё совсем перестало нравиться.
— Ой, я видела, как она шла, — вклинилась в диалог еще одна бабулька. — Без пакетов она шла. Вся грустная какая-то. Наверное, случилось чего на работе. Да и соседка говорила, что скорая к ним в поликлинику приезжала….
— Ясно, — Кузьма повернулся, чтобы уйти. Даже дверь открыл, но решил кое-что сделать. — Значит так, — он обернулся и посмотрел на бабулек, — у вас двадцать минут, пока я в магазин хожу. Как приду, чтобы ни одной здесь не было. И в следующий раз за уколами пойдете в поликлинику, — предупредил он и захлопнул за собой дверь.
— Злые какие-то Деды Морозы пошли, — покачали головой старушки и принялись обсуждать влияние приближающегося нового года на психику некоторых фольклорных элементов.
Мышкин же, пока шел к этому дому, запомнил, где располагается ближайший магазин. Потому сейчас с этим проблем и не возникло. Хорошо, что деньги сейчас были при нем. За день удалось прилично заработать, так что сейчас было что тратить. Да и вдруг появился человек, на которого ему вдруг стало не наплевать. Это стоило осмыслить.
Оля выбросила шприц в специальный контейнер, который она потом отнесет на работу. Шприцы выбрасывать было нельзя. Никакие. Никогда. Вот она и собирала их всегда в большую коробку.
Убрав за последней пациенткой, она посмотрела на время. Ух, ты! Сегодня удалось закончить на полчаса раньше, чем вчера, потому что все старушки куда-то торопились и не оставались поболтать. Это радовало. Вот только… в животе давно урчало и есть хотелось просто зверски. И как быть? Может быть кипятка попить? Блин, ведь у нее на в кабинете печенье осталось, его можно было домой забрать….
В прихожей хлопнула дверь. Это еще кто? Вроде бы все пациенты уже были обколоты. Или кому-то что-то назначили перед новым годом? Но на своем участке она всех знает и обычно сама назначает лечение.
Она вышла из кухни и остановилась, глядя на разувающегося Деда Мороза. Вот прямо натурального. В шубе и с бородой.
— Здравствуй, Дедушка Мороз, — пробормотала она, хлопая ресницами. — Но я никого не заказывала.
— К хорошим девочкам я прихожу не по заказу, — заявил знакомый голос и нежданный гость убрал ботинки в сторону. — Держи, — он запустил руку за пазуху и вытащил оттуда дрожащего черного щенка.
Оля сначала взяла животное в руки и только потом задалась обоснованным вопросом.
— А, это…?
— Только что нашел на улице. Кажется, его кто-то выбросил, — вздохнул парень, подхватил три увесистых пакета и прошел на кухню.
Ольга поджала губы.
— Он-то ладно, — кивнула она на щенка. — А ты что здесь делаешь?
Она, поглаживая дрожащее животное, направилась за Мышкиным.
— А меня тоже выбросили и мне идти некуда, — он поставил пакеты на стол и принялся по-хозяйски их разбирать. — Так что придётся тебе меня приютить. Правда мне еще придется побороться за это место с щенком, но, думаю, что мы сможем найти консенсус.
Хлопнула дверца холодильника и снова зашуршали пакеты.
— Ты — дурак? — Нахмурилась она.
— Не исключаю, — пожал он плечами, подумал пару секунд и сбросил шубу с плеч. — Но хотелось бы знать, что не так?
Оля только головой покачала.
— Я себе даже мужика боюсь заводить, потому что он у меня с голоду помрёт. Чем я щека кормить буду? С ним же нужно время проводить, гулять, воспитывать, — терпеливо пояснила она, тяжело вздохнула и вышла из кухни.
Что делать с бедным животным она знала, просто времени уже было много. Но Олеся обычно никогда ей в просьбах не отказывала. Поэтому она поднялась на второй этаж и позвонила в звонок. Соседка открыла ей не сразу.
— Привет, — Олеся явно готовилась ко сну. — Что случилось? — Спросила она, потому что Оля к ней так просто никогда не приходила. Но Ольга в свое время познакомила Олесю со своей тетей, которая являлась заведующей сетью ветклиник, где она сейчас и работала. За это девушка ей была безмерно благодарна.
— У меня щенок случился. На улице замерзал. Вот, — она вытянула руки с щенком в перед. — Сможешь его покормить, а завтра тетка заберет его к себе. У неё же приют, ты знаешь….
— Ой, какой хорошенький, — Олеся тут же взяла щенка на руки и прижала к себе. — Конечно, возьму…. Слушай, у одной моей знакомой собака недавно умерла. Наверное, я ей сначала завтра предложу….
— Делай, что хочешь, — Ольга улыбнулась соседке. — Спасибо.
— Если еще кого-то найдешь, то обращайся. У нас есть, куда пристроить, — Олеся махнула рукой и закрыла дверь.
Оля спустилась вниз и чуть не упала, потому что закружилась голова. Так, нужно срочно что-то съесть, иначе она просто грохнется в голодный обморок. Она прекрасно знала, что в этом случае запасы подкожного жирка никак её не спасут. Бывали уже происшествия….
До квартиры она добиралась со всей возможной осторожностью. До кухни дошла по стеночке и уселась на ближайший табурет, привалившись спиной к стене. Мышкин уже разделся… до трусов и теперь щеголял по маленькой кухне в них, носках и её фартуке. Он явно что-то готовил.
— Где щенок? — Повернулся он к ней на секунду.
— Соседке отдала, — отмахнулась Оля и вдруг увидела пакет мандаринов, лежащих прямо перед ней. Она тут же порвала пакет и вытащила оранжевый кругляшек. — Эй, куда? — Возмутилась она, когда мандарин у неё безжалостно забрали.
— Сейчас уже пельмени сварятся. Подожди пять минут, — Мышкин был непреклонен.
— Я к тому времени умру от голода, — проворчала она, надувшись.
Парень закатил глаза и, быстро почистив фрукт, протянул ей одну дольку. Как бы Оля ни была обижена, но дольку взяла и положила в рот, чтобы снова не отобрали. На языке тут же всеми вкусовыми красками растеклась сладкая кислинка. Ольга с наслаждением выдохнула и закрыла глаза. В губы уткнулась еще одна долька. Не отказывать же….
— А еще, — приоткрыла она один глаз, когда третьей не последовало.
— Будешь хорошо себя вести и получишь, — он наклонился, коротко поцеловал её в губы, положил в возмущенно приоткрытый рот еще дольку и отвернулся, чтобы погреметь тарелками.
— У меня дома завелся абьюзер, — констатировала Оля, покосившись на пакет, полный мандаринов. Интересно, заметит ли он, если она попробует умыкнуть один?
— Это всё после ужина, — пакет тут же был убран со стола и перемещен на подоконник. — А пока…. Вот, держи, — перед ней была поставлена тарелка пельменей. Вилку ей тоже дали. И даже квашенной капустки положили рядом.
— А майонез? — Она тоскливо посмотрела на капусту. Вряд ли она вкусная, покупная-то….
— Я его забыл купить. Завтра надо будет исправить. И вообще, объесться майонезными новогодними салатами мы всегда успеем. А пока так, — он сел рядом и внимательно посмотрел на Ольгу. — И теперь я буду следить за тем, чтобы ты не голодала.
— Насильно кормить будешь? — Невнятно спросила она, запихав первый горячий пельмень в рот.
— Буду, — сурово кивнул он и принялся за еду. — Еще вопросы есть? — Вскинул он бровь.
— Есть, — кивнула она, совсем расслабившись. Все же еда в желудке способствовала снятию напряжения. — Ты сказал, что был в тюрьме. За что сидел?
Мышкин смутился и потыкал вилкой в капусту.
— Ну, вообще я в СИЗО сидел. Ждал суда, — он вздохнул и отложил вилку в сторону. — Три месяца назад я вечером ехал после спектакля домой к…. Неважно, в общем. Остановил машину на перекрестке, думал, что сейчас пешеходов пропущу и поверну. А там внедорожник летел. Даже не притормозил. Какой у меня был выбор? Я руль вывернул и… сбил его с траектории. Там же дети по дороге шли.