Вообще, колонисты не могли нарадоваться на свою находку, потому что в ящике были плотницкие и прочие инструменты, оружие, одежда, книги…
Вот точный список вещей по книжке Спилетта.
ПЛОТНИЦКИЕ ИНСТРУМЕНТЫ:
3 ножа с несколькими лезвиями
3 молотка
2 топора для дровосеков
3 буравчика
2 плотницких топора
2 бурава
3 струга
10 мешков с гвоздями и винтами
2 тесла
3 пилы разных величин
1 тесло большое
2 ящика с иглами
6 долот
2 напилка
ОРУЖИЕ:
2 кремневых ружья
2 ружья с капсюлями
2 пистонных карабина
5 охотничьих ножей
4 абордажные сабли
2 бочонка с порохом, в каждом по 25 фунтов
12 коробок с затравочным ударным порохом
ПРОЧИЕ ИНСТРУМЕНТЫ:
1 секстант
1 подзорная труба
1 бинокль
1 готовальня
1 карманный компас
1 термометр
1 барометр-анероид
1 ящик с полным фотографическим аппаратом, с объективом, пластинками, химическими реактивами и прочим
ОДЕЖДА:
2 дюжины рубах из какой-то особой ткани, похожей на шерсть, но имевшей, очевидно, растительное происхождение
3 дюжины чулок из той же самой ткани
ДОМАШНЯЯ УТВАРЬ:
1 железный котел с дужкой
6 медных луженых кастрюль из алюминия
3 железных блюда
2 котла
10 столовых приборов
1 небольшая переносная печь
6 столовых ножей
КНИГИ:
1 Библия с Ветхим и Новым Заветом
1 атлас
1 словарь разных полинезийских наречий страницами
1 Энциклопедия естественных наук в шести томах
3 стопы белой бумаги
2 реестровые книги с чистыми
— Надо признаться, — сказал Спилетт, когда опись была окончена, — что хозяин этого ящика был человек практичный. Плотницкие и прочие инструменты, оружие, одежда, домашняя утварь, книги — ни в чем нет недостатка! Можно наверное сказать, что он рассчитывал на крушение и приготовился к нему своевременно.
— Действительно, ни в чем нет недостатка, — прошептал Смит с задумчивым видом.
— Я готов биться об заклад, — прибавил Герберт, — что хозяин корабля, на котором находился этот ящик, не был малайским пиратом!
— Одно разве можно предположить, — сказал Пенкроф, — что хозяин этот попал в плен к пиратам…
— Этого нельзя допустить, — ответил Спилетт. — Вероятнее всего, какое-нибудь американское или европейское судно занесло бурей в эти места Тихого океана, и пассажиры его, желая спасти по крайней мере самое необходимое, приготовили этот ящик и кинули его в море.
— И вы того же мнения, господин Смит? — спросил Герберт.
— Да, мое дитя, — ответил Смит, — именно так могло случиться. Может статься, что ввиду крушения или во время самого крушения в этот ящик собрали различные предметы первой необходимости, надеясь потом найти их в каком-нибудь месте на берегу…
— Даже фотографический аппарат? — заметил моряк с недоверчивым видом.
— Что касается фотоаппарата, — ответил Смит, — то я не вижу в нем особой пользы, и как для нас, так и для всякого другого потерпевшего крушение было бы несравненно полезнее позаботиться о более полном наборе одежды или о большем количестве других припасов…
— Но нет ли на инструментах или на книгах какой-либо заметки или адреса, по которым можно было бы объяснить загадочное появление этого ящика? — спросил Спилетт.
— Необходимо осмотреть! — сказал инженер.
Каждую вещь весьма внимательно пересмотрели — главным образом книги, инструменты и оружие. Ни на оружии, ни на инструментах, вопреки принятому обычаю, не было клейма фабриканта, а между тем они были в превосходном состоянии и, казалось, еще не употреблялись в дело. То же самое было замечено относительно плотницких инструментов и домашней утвари.
— Все вещи совершенно новые! — сказал Спилетт. — И это, по-моему, доказывает, что их не зря, не случайно бросали в ящик, а что, напротив, выбор их был обдуман.
— На это обстоятельство, пожалуй, указывает и внутренний металлический ящик, который, очевидно, должен был предохранить предметы от сырости, притом что его нельзя было запаять в спешке в минуту опасности, — сказал инженер.
Что касается энциклопедии естественных наук и лексикона полинезийских наречий, то оба тома были английские, но на них не было ни имени издателя, ни года выхода в свет.
То же самое можно было сказать и о Библии на английском языке, книге в четвертую долю листа, прекрасной печати.
— Библию эту, видимо, часто перелистывали, — заметил Спилетт.
Оставался атлас. Он был великолепен, заключал карты обоих полушарий, в проекции Меркатора, с французскими названиями, но на нем тоже не было ни года издания, ни имени издателя.
Но откуда бы ни приплыл этот ящик, он обогатил колонистов острова Линкольна. До сих пор они, перерабатывая продукты, доставляемые природой, обходились собственными средствами и только благодаря своему знанию и находчивости выпутывались из беды. Судьба словно хотела вознаградить их за все труды и энергию и послала им готовые орудия труда и фабричные изделия.
Из всей колонии один только моряк не был вполне удовлетворен находкой.
В ящике не было, казалось, вещи, в которой он, по-видимому, сильно нуждался; по мере того как вытаскивали один за другим различные предметы из ящика, «ура» моряка заметно слабели, и, когда опись была окончена, колонисты услыхали, как он прошептал:
— Все это прекрасно, господа, но вы видите, что для меня-то нет ничего в этом ящике!
— Э, дружище Пенкроф, чего ж ты еще ждал? — спросил Наб.
— Хоть бы полфунта табаку, — отвечал серьезно Пенкроф, — и я был бы совершенно счастлив!
Колонисты не могли удержаться от смеха, услыхав наивную жалобу товарища.
Результатом неожиданного открытия было решение, что теперь больше, чем когда-либо, необходимо начать полное обследование острова.
Решили отправиться на другой же день и вверх по реке Милосердия достигнуть западного берега.
— Если кто-то из потерпевших крушение выброшен в каком-нибудь месте того берега, — сказал инженер, — то несчастный в самом беспомощном положении, и необходимо оказать ему безотлагательную помощь.
Было 29 октября, как раз воскресенье, и, перед тем как ложиться спать, Герберт предложил инженеру, не желает ли он прочесть какое-нибудь место из Евангелия.
— С большой охотой, — ответил Смит.
Он взял священную книгу и уже готовился открыть ее, как вдруг Пенкроф его остановил и сказал:
— Господин Сайрес, я суеверен. Откройте наугад и прочтите первый стих, какой попадется вам на глаза. Мы посмотрим, будет ли он применим к нашему положению.
Смит улыбнулся на замечание моряка, но согласно его желанию открыл Евангелие в том именно месте, где была закладка, разделявшая страницы. Вдруг глаза инженера остановились на красном крестике, сделанном карандашом и стоявшем у 8-го стиха VII главы Евангелия от Матфея.
Он прочел стих, начинавшийся следующими словами:
Ибо всякий просящий получает, и ищущий находит.
III. Экспедиция на лодке
На другой день, 30 октября, все было готово к экспедиции.
Необходимо было подумать не только о тех вещах, которые колонисты рассчитывали взять с собой, но и о тех, которые, быть может, придется везти с собой в Гранитный дворец. Если у берега произошло крушение, то в новых предметах, выброшенных на берег, недостатка не будет. Поэтому телега, разумеется, была бы полезнее хрупкой пироги; но телегу, тяжелую и грубой работы, пришлось бы тащить самим, а это значительно уменьшало удобства такой перевозки. Это заставило Пенкрофа выразить сожаление, что в найденном ящике не хватало не только «полфунта табаку», но и пары здоровых лошадей, которые были бы чрезвычайно полезны для колонии.
Наб уложил съестные припасы, состоявшие из мясных консервов, нескольких кувшинов пива и напитка из корней драцены, — всего на три дня, так как это был самый долгий срок, какой Смит положил на исследование. Впрочем, в случае нужды колонисты рассчитывали по дороге пополнить провизию, и Наб не забыл захватить небольшую походную печь.
Что касается орудий, то исследователи взяли с собой два топора, на случай если придется прокладывать дорогу в густом лесу; они еще захватили подзорную трубу и карманный компас.
Оружие тоже, разумеется, не забыли. Колонисты выбрали два кремневых ружья, которые при настоящих обстоятельствах были полезнее, чем ружья пистонные: в первых использовались только кремни, которые легко было заменить новыми, а для вторых был необходим ударный порох, частое употребление которого могло весьма скоро истощить и без того небольшой его запас. Впрочем, взяты были также два карабина, несколько ружейных патронов и немного пороху. К этому оружию присоединили еще пять охотничьих ножей в кожаных ножнах.
Нечего и говорить, что Пенкроф, Герберт и Наб были донельзя довольны своим вооружением, невзирая на то что Смит взял с них обещание не тратить даром ни единого заряда.
В шесть часов утра пирога уже скользила по морю. В нее уселись все колонисты, не исключая и Топа, и направились к устью реки Милосердия.
Прилив начался не более получаса назад. Вследствие этого вода должна была подниматься еще в продолжение нескольких часов, и этим необходимо было пользоваться, потому что потом, во время отлива, было бы трудно подниматься вверх по реке. Так как через три дня должно было наступить полнолуние, то воду сильно гнало приливным течением[31], и колонистам приходилось только направлять лодку, которая даже без помощи весел быстро шла.
Вид реки был великолепен. Смит и его товарищи могли восхищаться прелестными пейзажами, которые природа так легко набрасывает посредством воды и деревьев. По мере того как они продвигались вперед, растительность постепенно менялась. На правом берегу возвышались один над другим великолепные деревья из семейства ильмовых — могучие вязы, долго не портящиеся от воды и потому очень ценные для корабельных дел; затем шли того же семейства крапивные деревья, плоды которых дают очень полезное масло. Далее Герберт узнал кустарники, гибкие ветки которых после долгого вымачивания в воде превращаются в отличные канаты, и два-три ствола черного дерева с красивыми, прихотливой формы прожилками.