Тут, так и не придумав причину разочарования принца во мне, любимой, я застыла скорбным памятником самой себе, сквозь платочек внимательно наблюдая за Филиппом, который растерянно таращился на меня. При этом я прекрасно понимала, в какое сложное положение его поставила: а вдруг настоящий принц действительно на что-то обиделся, а тот, кто сейчас выступает в его роли, вообще не в курсе. И как бедному мужику себя вести, чтобы не проколоться?
— О, Глория, поверь, ты ошибаешься, — начал лже-принц, мудро выбрав тактику постепенного выуживания информации, — не произошло ничего страшного, поверь…я сегодня ночью поразмыслил и пришёл к выводу, что не случилось ничего непоправимого!
— Да?! — я недоверчиво подняла на него полные слёз глаза, прекрасно зная, что сейчас, влажные и блестящие, они выглядят очень эффектно, — а откуда ты узнал? Впрочем, не важно! И ты хочешь сказать, что тебя это совершенно не смущает?!
— Нет! — воскликнул принц и тут же немного смутился, видимо, подумав, что несколько погорячился: мало ли про что я говорю. Может, я призналась, что у меня муж и трое детей, — во всяком случае, я так думаю…Глория…
— Но как же мы это исправим? — я с надеждой смотрела на Филиппа, а в голове, как на зло, не было ни одного варианта идеи, что же именно мы будем исправлять.
Видимо, лже-принц в своих рассуждениях тоже зашёл в тупик, так как решил действовать веками проверенным способом. Он решительно встал из кресла, шагнул ко мне и, опустившись на колени, прижался к моей руке в пылком поцелуе.
Я молча смотрела на склонённую тёмно-русую голову и боролась с почти непреодолимым желанием взять что-нибудь потяжелее и приласкать его мнимое высочество по макушке. Но ведь нельзя!
Тем временем принц, видимо, сообразив, что вечно прижиматься губами к руке не получится, мужественно решил двинуться дальше и, встав с колен, попытался меня обнять. Я шарахнулась в сторону, так как не планировала обниматься даже с настоящим Филиппом, а уж с поддельным тем более.
— Я не могу! — трагически прошептала я, — я недостойна тебя, Филипп!
— Ну почему же, — мурлыкнул мнимый принц, делая ко мне скользящий шаг и оттесняя к двери в спальню, — мне кажется, это прекрасный способ решить все возникшие между нами разногласия!
— Нет, — я вытянула вперёд руку, упёрлась кончиками пальцев в грудь принца и мрачно провозгласила, — я падшая женщина, Филипп!
— Кто?! — ошарашенно замер на месте лже-Филипп и внимательно смерил меня взглядом с ног до головы, — в каком смысле?
— В самом прямом, — я глубоко вздохнула, снова переключив внимание собеседника на декольте, — я изменила тебе, Филипп!
— Мне? — продолжал проявлять чудеса сообразительности принц, — каким, прости, образом?
— Тебе в подробностях? — старательно покраснела я и промокнула глаза платочком, благо Филипп перестал загонять меня в спальню, — сегодня ночью я…я была не одна!
— Да? — принц прищурился и поправил на пальце какое-то кольцо, — и кто же у тебя был? Я понимаю, что наши отношения пока ещё не дают мне права спрашивать тебя, но…Глория, ответь мне…
— Сначала у меня был Тиан, — я заметила в глазах мужчины тень непонимания и пояснила, — твой дядя, Филипп. Он залез в окно…ах, это было так романтично!
Принц покосился на кольцо, которое не изменило своего цвета: значит, это какой-то артефакт, определяющий ложь…хорошо, что я его заметила… Впрочем, я ведь пока не соврала ни словом.
— Он остался до утра? — зачем-то поинтересовался принц, — я…виделся с ним недавно. Он выглядел каким-то уставшим, и теперь я понимаю причину, — тут лже-Филипп игриво мне подмигнул.
— Нет, что ты, — я смутилась, — он ушёл, потому что пришёл Чарльз.
— Кто пришёл? — изумлённо спросил принц, причём удивление было совершенно не наигранным, а кольцо злорадно не поменяло цвет, — король?
— А ты знаешь другого Чарльза? — я с недоумением взглянула на Филиппа.
— Вот, значит, на что он намекал за завтраком, — протянул принц, о чём-то глубоко задумавшись, — тогда некоторые вещи становятся понятнее…И что дальше?
— Дальше? — я смущённо потупилась, — а потом пришёл Уильям…
— Кто?! — лже-принц выглядел по-настоящему потрясённым и даже несколько раз прикоснулся к кольцу, видимо, опасаясь, что артефакт не работает. Но камень в перстне безмятежно сохранял свой прежний цвет, так что Филиппу пришлось мне поверить…
— Уильям, — пояснила я, мило хлопая ресницами, — он принёс мне цветы, но ему тоже пришлось уйти, потому что снова вернулся Тиан, который забыл у меня камзол и сапоги…
— Какая у тебя интересная жизнь по ночам, — с искренним, как мне показалось, уважением, проговорил Филипп, — а кто ещё приходил?
— Больше никто, — честно ответила я, — разве этих мало? Не гостевые покои, а проходной двор какой-то…
— И ты решила прийти ко мне, чтобы, так сказать, завершить комплект? Чтобы никто из королевской семьи не остался в стороне? — ехидно спросил принц, а мужчина под иллюзией заметно расслабился, видимо, решив, что я — обычная охотница за выгодным любовником.
— Ты же сам звал меня посмотреть на картины, — напомнила я Филиппу и махнула рукой куда-то в сторону спальни, — ты передумал? Хотя…что я…конечно…разве мне здесь место?.. Я, наверное, пойду, да?
— Подожди, Глория, — принц подошёл и взял меня за руку, — меня совершенно не беспокоит то, что мои родственники оказывают тебе знаки внимания…ты очень привлекательная девушка. Но о репутации всё же стоит подумать, ты ведь понимаешь?
— Понимаю, — радостно согласилась я, пытаясь высвободить ладошку из цепких пальцев принца.
— Поэтому стоит выбрать кого-то одного, ты согласна, Глория? — Филипп второй рукой обнял меня за талию, гипнотизируя взглядом, — и я предлагаю тебе своё покровительство…
— Несмотря на…Тиана, Уильяма и короля? — недоверчиво уточнила я, — то есть тебя действительно это не смущает?
— Абсолютно, — самоотверженно заявил Филипп, медленно сдвигая меня с места и подталкивая в сторону спальни, — сейчас я предлагаю тебе в этом убедиться…
— В спальне? — я удивлённо взглянула на принца, получив ответный столь же непонимающий взгляд, — зачем нам в спальню? Я боюсь…
— Чего ты боишься, Глория? — мурлыкнул принц, — я буду нежен…
— Ты-то будешь, а вот тот, кто там гремел — не уверена, — я ткнула пальцем в закрытую дверь.
— Где гремел? — принц выпустил мою талию и взгляд его сделался острым, — о чём ты?
— Ну как же, — я, воспользовавшись моментом, быстренько отошла к двери, — когда я пришла, то там, — я снова ткнула пальцем в сторону спальни, — кто-то гремел, а потом стало тихо…
Принц быстро подошёл к двери, распахнул её и выругался, видимо, заметив исчезновение шкатулки.
— Глория, — он вышел из спальни, и на его лице не было ни малейшего следа от прежней томности и беззаботности, — ты уверена, что из спальни никто не выходил? Может быть, тебя просто запугали, и ты боишься сказать?
— Нет, никто не выходил, — абсолютно честно ответила я, а камень в кольце подтвердил искренность моих слов, — может, он ушёл через окно?
— Может быть, — задумчиво проговорил принц, — знаю я одного любителя лазать в окна…Прости, Глория, но наше…близкое знакомство придётся ненадолго отложить…Ты простишь меня?
— Разумеется, — стараясь скрыть невероятное облегчение, ответила я, — я понимаю, что у тебя появились срочные дела.
— Ты такая понимающая, — любезно проговорил принц, выпроваживая меня из покоев, против чего я совершенно не возражала.
— Ты решай свои проблемы, а я пойду, пожалуй, — я, прижимая к груди сумочку со спрятанной шкатулкой, выскользнула из покоев младшего принца и бодрой рысью рванула по коридору, успев благодарно улыбнуться стражнику.
Только выскочив на крыльцо и вдохнув полной грудью свежий летний воздух, я поняла, насколько рисковала, отправившись к Филиппу. Это хорошо, что он про себя почему-то заранее решил, что я безопасна, иначе — сидеть бы мне сейчас взаперти в каком-нибудь подвале. И это в лучшем случае, будем откровенны…
Но что могло произойти с Себастьяном? Герцог не был похож на человека, для которого обещание легко становится пустым звуком. И, если мнимый Филипп так быстро оказался у себя, значит, герцог просто не смог ему помешать. Следовательно, с ним что-то случилось, что-то очень серьёзное.
Я прибавила шаг и практически вихрем ворвалась в свои комнаты, напугав раскладывающую вещи Милли. Проигнорировав выронившую от испуга очередную шляпку горничную и сообщив, что кроме герцога Фарийского меня ни для кого нет, я вбежала в спальню, закрылась изнутри и наконец-то нажала на браслет. Лео появился мгновенно, видимо, истомившись взаперти.
— Боги, Глория, ты что творишь? — набросился на меня призрак, демонстративно держась за сердце, — ты моей повторной смерти хочешь?! Ты куда полезла, ненормальная?! Ты хоть понимаешь, как рисковала?!
— Лео, не кричи, — мне стало неловко из-за того, что я заставила призрака так волноваться, но в глубине души его беспокойство было приятно: за меня в жизни кроме шефа никто не переживал, — всё ведь хорошо закончилось: я и сама выбралась, и шкатулку вынесла. Кстати, а ты что, тоже сквозь иллюзии не видишь?
— Нет, — всё ещё сердито буркнул Лео, — это ты у нас такая не в меру одарённая. Я знаю только то, что ты рассказала Себастьяну, и по твоему описанию узнать нашего злодея мне не удаётся.
— Но ведь должен же хоть кто-нибудь его знать! — в отчаянии воскликнула я, — не может человек крутиться при дворе, изучать манеры принца и при этом оставаться совершенно незаметным. Если только…
— Если только он не находился под чужими личинами всё последнее время, — мрачно закончил мою мысль Лео, — но тогда возникает другой вопрос — зачем ему такие сложности? И ответ у меня лично только один: его кто-то очень хорошо знает, и этот кто-то относится к ближайшему королевскому окружению, либо вообще к королевской семье.