ленькой ведьме представляется, что это не тени, а летние цветы оживают на снегу, и ей кажется, ветер колышет их темные лепестки. Старшая сестра, Велея, более практичная, потому она не разделяет фантазий младшей, упрямо тянет ее вперед, чтобы поскорее добраться до дому, где их ждет бабушка. Родителей девочек нет в живых, проклятые маги убили их, ворвавшись в терем, и только чудо спасло малышек. Велея видела лицо того, кто заживо сжег родных, и поклялась найти этого огневика и отомстить ему. Она так и сказала своей младшей сестре, что станет лучшей государевой ищейкой и все силы бросит на то, чтобы отомстить презренному магу…
— Незабудка, — потрясенно, на выдохе изрекла я, не до конца осознавая то, что говорю.
Что-то блеснуло на лице выпитой, будто по этому серому, неузнаваемому, ничем не отличающемуся от прочих таких же, лику пролегла дорожка слез.
— Вспомнила, — тихий возглас был полон безграничной радости.
— Прости, — я ее эмоцию не разделила, — мне не вспомнить всего, потому что не хочу этого. Для меня важно остаться той, кем я являюсь сейчас, а не стать той, кем была когда-то.
— Понимаю! Тебе не хочется уходить за Грани и перерождаться… — выпитая вновь вздохнула.
— В сложившейся ситуации, как раз наоборот, уйти за Грани мне очень даже хочется и…
— Только тебе нет дороги туда, — увлекшись беседой, мы не услышали, как в каюту вошел Герт'Зеар.
Его победная ухмылка, обещающая мне много «приятных» моментов, вызывала лишь тошноту. Все же я удержалась от слез, сжалась в комок, представляя, как перевозчик вновь дотронется до меня.
— Это ты меня прости, — прошелестела сбоку та, что когда-то, в прошлой жизни была мне сестрой.
Я озадаченно вскинула голову, на миг отвлекшись от медленно шествующего ко мне перевозчика. Потому и вздрогнула, когда вместо серого призрака увидела прямо перед собой начищенные до блеска мужские ботфорты.
— Извините, что прерываю вашу встречу, — издевательски хохотнул Геррар, — но пришел час расплаты! Я сделаю ваши дни невыносимыми! Вы ответите за то, что сделали со мной! — засверкали бардовые очи, показывая насколько зол их обладатель.
— Отпусти Ирийку, она ни в чем не виновата! — выпитая встала между нами. — Тебя убила я, а не моя сестра! — и говорила она уверенно, а я каким-то внутренним чутьем догадалась и непроизвольно восхитилась, глядя по-иному на душу этой ведьмы.
Велея, будучи в плену у перевозчика почти двести лет, изо дня в день мучимая им, каким-то образом исхитрилась не потерять свою память, уберечься от безумия, остаться той, кем была при жизни.
— А скольких магов убила твоя сестрица? — вопросил Герт'Зеар, применяя силу, отшвыривая душу ведьмы прочь, чтобы присесть рядом со мной, ухватить за подбородок, заставить взглянуть в пылающие гневом очи.
Я выдержала этот взгляд, хоть и боялась, да так, что коленки тряслись.
— Ирию теперь и зовут иначе, потому ты не имеешь права мстить! — серая вновь кинулась к нам.
— А ты узнай у нее, скольких магов она пыталась убить в этой жизни! Несмотря на то, что нынче на Вейтерре царит мир! — метнул на меня острый, проникающий до самых потаенных уголков взгляд.
— Я пыталась убить только четырех стихийника! — непозволительно дерзко отозвалась я.
— Ответ неверный, меченая! — от жуткой, довольной ухмылки перевозчика веяло смертельной угрозой.
Его ледяные пальцы сжимали мой подбородок, намеренно царапали кожу, будто намекали, что скоро мое лицо превратиться в серую маску без карих глаз, изящного носа и ярких губ. Геррар, разгоряченный возмездием, сотрет все черты, вырвет волосы, сдерет заживо кожу. Только я не сдамся, не покорюсь, не стану умолять, как не сделала этого до меня другая ведьма. Если Велея сумела сохранить разум, то и я его не потеряю!
— Я честна с тобой, перевозчик! — смело объявила и пожалела о своей отваге, потому что меня ударили.
— Хватит! — выкрикнула Велея. — Еще раз тронешь ее, и я разобью то, что ты ценишь больше всего на свете!
Герт'Зеар отшатнулся от меня, будто его побили, вскочил, горя необузданным гневом. Я даже поежилась, таким злым перевозчика еще не видела. Впрочем, присмотревшись, поняла, что он не только зол, но и растерян.
— Как? — вопросил он, не отводя взгляда от Велеи.
— Я всегда была при тебе! В любое время, ведь ты таскал меня за собой, куда вздумается, словно собачонку! Вспомни, сколько долгих лет я оставалась твоей рабыней, с которой ты был волен сделать все, что заблагорассудится! Вспомнил? А теперь скажи, тебе удалось совершить то, что ты задумал?
— Я считал… — потрясенно выговорил перевозчик, но выпитая его перебила:
— Глупец! Я годами мечтала о мести, ненавидя тебя всеми фибрами своей души! — встряхнулась, точно мокрый зверь, сбрасывая, будто капли воды, серую, невзрачную внешность, являясь перед нами во всей своей красе.
Роскошная брюнетка, вполне зрелая ведьма, лет двадцати пяти с роскошной фигурой. Она была обнажена, но ничуть не смущалась своей наготы.
— Кто? — задыхаясь, осведомился Геррар. — Кто снабжал тебя бериарэ?
— Представь, что и у меня были сочувствующие, — насмешливо поведала Незабудка.
— Убью предателя! — взревел перевозчик, бросаясь к двери, но не сделал и шагу, потому что Велея с силой что-то сжала в кулаке, и Герт'Зеар вынужденно схватился за грудь.
Обернулся, яростно раздувая ноздри, сцепил зубы и прошипел:
— Последний раз спрашиваю — как ты это сделала?
— Сделала что? — с невинным видом спросила Незабудка. — Украла твое ледяное сердце, пока ты был уверен в том, что сумел обмануть всех, вырезав его и спрятав в укромном местечке? Только ты забыл, что я все это время была рядом! — теперь на губах ведьмы возникла триумфальная улыбка.
— Тварь! — высказался перевозчик, явно сражаясь с самим собой.
Я задумалась: «Неужели холодные сердца так важны перевозчикам?» Глядя на Геррара, я сразу ответила на вопрос. Сейчас перевозчик испытывал муку, которая исказила его лицо, и по нему стекали крупные капли пота. Лед таял, зажатый в руке моей сестры.
— Ну так что? — как ни в чем не бывало, поинтересовалась у разъяренного Герт'Зеара Велея. — Будем меняться? Наши жизни на твою?
— Жизни? — он нашел в себе силы усмехнуться. — И вы, и я уже мертвы!
— Но не в этом мире! — исступленно возразила ему Незабудка.
— Две души в обмен на одну? Разве это честно? Да о чем я? Разве честность знакома ведьмам? — несмотря на сарказм и непроходящее бешенство, я сумела уловить горестные ноты в его голосе и спросила:
— Вы ненавидите друг друга? За что?
— Ты еще не вспомнила? — раздраженно полюбопытствовала у меня сестра.
— В общих чертах…
— Он убил наших родителей, мучил их перед смертью!
Я промолчала, слишком много гнева и желчи было в ее словах, да и перевозчик не мечтал простить нас. А ведь именно о прощении шла речь в предсказании, и если я могла хотя бы думать о нем, то обе души, находящиеся в одной комнате со мной, были не готовы простить. Потому я опустила голову — пусть сами разбираются! На успех не рассчитывала, сникнув, доверившись провидению — пусть все идет своим чередом!
— Хорошо, — уронила Велея, заметив мое состояние, — душу Ирии меняем на твое сердце! Я останусь с тобой!
— И скажешь мне имя предателя!
— Нет, не дождешься! — опровергла Незабудка уверенным голосом, но я понимала, чего ей это стоило.
Перевозчик тоже знал, потому не замедлил с ответом:
— Ты помнишь, сколько способов есть у меня в запасе, чтобы развязать твой язык, Лея Липкина?!
— Для тебя ведунья Липкина и никак иначе!
Я уронила голову на подтянутые у подбородку колени, загрустив, понимая горькую правду — даже если спасусь, все равно проиграю, не смогу себе простить, что оставила родную душу в лапах этого гада. Неизвестно, переживет ли Незабудка новые пытки! Я запуталась, потерялась, мне не хотелось оставаться на корабле, но в то же время и уходить не хотелось, потому как понимала, что сделала для меня сестра. Вероятно, она долго копила силы, намереваясь нанести решающий удар по врагу, но я все испортила. И все же промолчать не сумела:
— Радужный призрак сказал мне, что наши судьбы связаны, а чтобы развязать эти узлы, мы должны простить друг друга… — подняла голову, но разочаровано всхлипнула, смотря на собеседников.
Надо было видеть, как скривились их лица, едва Велея и Геррар услышали, что обязаны простить друг друга.
Щелкнул замок, и мне властным жестом указали на дверь:
— Уходи!
На пороге я обернулась — перевозчик и Незабудка непримиримо смотрели друг на друга. Бросила последний, просящий взгляд на ту, что была моей сестрой. С каждой минутой я все больше ощущала нашу связь, и Велея откликнулась:
— Я провожу!
— Не доверяешь? — хмыкнул Герт'Зеар.
— Дождусь, чтобы Ирия доплыла до берега и только тогда отдам твой кусок льда! — фыркнула в ответ Лея, догоняя меня.
— На берег плыть не потребуется, — посчитала своим долгом сказать ей. — Меня обещали встретить…
— Ра'Айли! — пренебрежительно сплюнул перевозчик. — Так я и знал, что из него не выйдет ничего путного!
— Просто и он, и я знаем цену прощения! — едва слышно высказалась я, беря сестру за руку, чувствуя тепло ее ладони.
На палубе мы обнялись, не оглядываясь по сторонам, всплакнули, понимая, что теперь разлука окажется вечной.
— Не грусти, — она попыталась улыбнуться. — Я не сдамся, меня не сломить так просто!
— Буду верить и молиться за тебя, — со слезами проговорила я, краем глаза подмечая, что нас догоняет второй парусник.
— Можете начинать прямо сейчас! — взметнулся на палубе черный вихрь, и из него шагнул Артуар. Вполне себе живой и здоровый. Изумились все, поморщился лишь Геррар.
Темный бог смотрел только на меня, склонился:
— Прошу прощения, за то, что невольно навлек на вас беду!
— Сама виновата, нечего лезть туда, куда не просят, — я все еще не могла отпустить ладонь сестры, а она цеплялась за меня в безнадежной попытке продлить момент прощания.