– Мы пришли, – сказал Иван.
Я послушно затормозила перед деревянной дверью, на которой не было таблички. Иван достал из кармана ключ и отпер замок. Толкнул дверь, она плавно поехала вглубь комнаты.
– Прошу, – пригласил Иван.
Я переступила порог и огляделась.
Не знаю, что я ожидала увидеть. Но уж точно не такую странную неуютную пустоту.
Комната выглядела нежилой. Обычно так выглядят комнаты с незавершенным ремонтом. Вроде бы основная работа позади, но не хватает каких-то пустяков, милых сердцу мелочей, которые сразу делают жилье домом, а не времянкой сторожа.
– Ты здесь живешь? – уточнила я на всякий случай.
– Да, – ответил Иван. Шагнул следом за мной и прикрыл дверь. Просто прикрыл, а не запер на ключ, как отметило мое взъерошенное сознание. Значит, не планировал ничего «такого»…
На мгновение я устыдилась своей испорченности.
– А тебе не нравится? – спросил Иван, продолжая тему.
– Нет, ну почему…
Я пожала плечами и окинула комнату еще одним взглядом.
– Миленько… Только пусто.
– Не люблю захламлять свою жизнь, – ответил Иван, смеясь.
– Это чувствуется, – признала я.
Комната казалась большой и светлой. Только уюта от этого в ней не прибавлялось. Возможно потому, что на окне не было ни штор, ни занавесок, ни даже офисных жалюзи. Возможно потому, что вся обстановка состояла из большого углового дивана, над которым висел ночник, письменного стола, на котором стоял большой компьютерный монитор, двух стульев и шкафа, встроенного в стену. Кроме компьютера в комнате не было никакой техники. Не было даже телевизора. Правда, аскетичный вид помещения немного оживляли две книжные полки, набитые разноцветными томиками.
– Можно посмотреть? – спросила я Ивана, указывая рукой на книги.
– Конечно, – ответил он. – Только вряд ли ты найдешь что-то интересное.
Я подумал, что мне интересно все, что читает мой предполагаемый любовник. По принципу: скажи, что ты читаешь, и я скажу, кто ты. В городской квартире Ивана я обнаружила лишь один том Энциклопедии Британика. Согласитесь, по одной этой книге трудно сделать выводы о личности читателя.
Я подошла к полке, наугад вынула одну книгу. Повертела ее перед глазами, озадаченно нахмурилась.
Учебник по физике для вузов. Муть какая…
Я вернула учебник на место, вытащила второй том. Самоучитель по механике. Еще лучше.
Я поставила книгу на полку, достала третий том.
Сборник задач по физике. Рекомендован для специалистов профильных вузов.
Я шлепнула книгу на полку и отряхнула пальцы.
– Прости, – сказал Иван за моей спиной. – Я же тебя предупреждал…
Я повернулась к нему. Иван ловко накрывал стол для предстоящего чаепития. Там уже стоял большой полуторалитровый термос, две прозрачные чашки с блюдцами, конфетница и блюдечко с лимоном.
– Зачем тебе все это? – спросила я, кивнув на полку.
Иван пожал плечами.
– Интересно… Тебя в школе не увлекали точные науки?
– Нет, – ответила я недовольно. – Я типичный гуманитарий.
– А я читать не любил, – откровенно поведал Иван.
– Не любил читать? – изумилась я. – Почему?
Иван поставил на стол сахарницу и задумался.
– Бог его знает, – ответил он наконец. – Наверное потому, что преподавание литературы в школе грешит некоторым интеллектуальным уродством. Помню, как я намучился с «Мертвыми душами». Джокер говорит, что книжка хорошая, а я до сих пор не могу заставить себя перечитать.
– А с точными науками в школе все благополучно? – ядовито поинтересовалась я. Мне казалось, что дело обстоит прямо противоположным образом. Лично мне было проще прочитать «Мертвые души», чем решить задачку по физике.
– Абсолютно! – спокойно ответил Иван, не замечая моего издевательского тона. – Что хорошо в точных науках? То, что они идут по ступенькам: от низшей к высшей. Все ясно, все логично, одно вытекает из другого. Невозможно пропустить ступеньку, иначе не пройдешь следующую. Есть логическая цепочка, которая не зависит ни от моих вкусов, ни от моих чувств… Понимаешь?
– Понимаю, – ответила я, пристально разглядывая собеседника. – Любишь четкий солдафонский порядок? Существование по точной формуле?
Иван виновато развел руками.
– Можно и так сказать. Я тебя разочаровал?
Я пожала плечами.
– Не знаю… Немного…
– Майка, все люди разные, – примирительно сказал Иван. – Ты вот, к примеру, не увлекаешься физикой. Но это вовсе не убавляет тебе очарования в моих глазах. Даже наоборот. Ты можешь рассказать мне то, что я пропустил, пока решал свои задачки.
И, резко меняя тему, добавил:
– К столу! А то чай остынет.
Я уселась на неудобный жесткий стул. Иван придвинул ко мне полную чашку.
– Сахар?
– Нет, спасибо. Я с конфетой.
Я развернула шоколадную конфету и откусила сразу половину.
– Любишь шоколад? – спросил Иван.
– Обожаю! – призналась я.
– И я люблю.
– Здесь я тебя понимаю.
Мы немного посмеялись, допили чай, бросая друг другу редкие, ничего не значащие фразы. Наконец, чашки были отодвинуты.
– Ну? – спросил Иван. – Что решает дама?
– Едем в город! – сказала я твердо.
– Прекрасно!
Иван встал. Следом за ним поднялась я.
– Я помою посуду? – предложила я без особого энтузиазма.
– Нет, – ответил Иван. – Ты у меня в гостях.
Я не стала настаивать. Для приличия закрыла крышкой сахарницу и отодвинула ее от края стола.
– Подождешь внизу? – попросил Иван. – Я быстренько переоденусь.
– Зачем? – не поняла я.
– Ну, как?.. Идем в приличное место, значит, нужно прилично выглядеть. В таком виде…
Иван критически оглядел свои потертые джинсы, которые, на мой взгляд, шли ему бесподобно.
– …меня могут не пустить, – договорил он.
– А меня в джинсах пустят? – испугалась я.
– Тебя пустят куда угодно! – твердо заверил Иван. – Ты выглядишь ослепительно.
– Да? – неуверенно переспросила я. Вздохнула и пробормотала себе под нос:
– Будем надеяться.
– Поверь мне!
– Верю, верю, – отмахнулась я. Повернулась и пошла к двери. Перед тем как взяться за ручку, повернулась к Ивану и сказала:
– Жду в машине.
– Возьми зонт!
Иван открыл шкаф, достал из него черную длинную трость. Протянул мне, повторил:
– Я очень быстро. Буквально десять минут.
– Не торопись, – ответила я.
Вышла в коридор и бесшумно прикрыла за собой дверь.
Почему меня все время преследует чувство неясного разочарования? Что меня так разочаровывает? То, что Иван ведет себя прилично? Не пристает, не лезет с поцелуями?
Стыдно признаться, но, видимо, именно так.
А, может, меня раздражает то, что именно он установил границы наших отношений? Границы, перейти которые мне пока не удается. При всем моем желании.
Я вздохнула. Постояла на верхней ступеньке и медленно пошла вниз.
На улице бушевала самая настоящая гроза. Мелкий колючий дождик сменился яростными разливами, лужи под ногами превратились в озера.
Я раскрыла зонт, торопливо добежала до машины. Трясущейся от холода рукой, открыла дверцу и плюхнулась в салон. Внутри машины было еще холодней, чем снаружи, и я даже пару раз клацнула зубами. Бросила мокрый зонт между сидениями, включила печку, сунула ладони под мышки.
Ну и денек!
Когда руки немного отогрелись, я пошарила по волнам радиоприемника. Нашла романтическую волну, поколебалась, стоит ли ее оставлять. Не слишком ли прямолинейно это выглядит?
«А, плевать! – решила я. – Мне нужно, чтобы у предполагаемого любовника возникло соответствующее настроение!»
Не успела я додумать, как дверца пассажира распахнулась, и Иван бесшумно, как леопард, уселся в кресло.
– Уже? – поразилась я. – Оперативно!
– Я быстро собираюсь, – равнодушно обронил Иван.
Я искоса оглядела спутника. Ну, до чего же хорош, гад!
Иван не стал наряжаться в корректный костюм. Наверное, правильно посчитал, что мой прикид на таком фоне будет выглядеть убого. Он просто сменил вытертые «ливайсы» на классические черные джинсы от Хьюго Босса и завязал поверх рубашки рукава серого свитера.
– Господи, как ты не мерзнешь? – не удержалась я.
– Я закаленный, – похвастал Иван.
– Заметно.
Я тронула «ниву» с места. Иван склонил голову к плечу, вслушиваясь в звук мотора.
– Свечи нужно менять, – сказал он вполголоса. – Чувствуешь, машину немного дергает?
Я с тревогой посмотрела на него.
– Это серьезно?
– Пустяки, – успокоил меня Иван тоном опытного врача. – Сделаю сам. Знаешь, что? Оставь мне машину до завтра. Проведу профилактику. Хочешь?
– Конечно, хочу! – ответила я с благодарностью. – Только мне неудобно, что я тебя так загружаю.
Иван отмахнулся.
– Никого ты не загружаешь! Это же моя работа! Помнишь, я тебе говорил, что я механик?
– Помню, – ответила я. Подумала и добавила:
– Нужная специальность.
– Вот видишь! – уличил Иван. – А ты носик морщила!
Я засмеялась.
– Была не права.
– То-то! – завершил Иван. И вдруг спросил без всякого перехода:
– У тебя волосы от природы вьются или это химия?
Я даже притормозила от удивления.
– От природы… А что?
– Ничего, – ответил Иван, глядя прямо перед собой. – Красиво.
– Неудобно! – пожаловалась я с тайным кокетством. – Они после дождя не расчесываются!
– Оставь так, – посоветовал Иван, по-прежнему не глядя на меня. – Тебе идет.
Я смущенно умолкла.
Мы миновали пост ГИБДД перед въездом в город. Перед нами распростерлись вымокшие городские многоэтажки.
– Куда? – спросила я, сбрасывая скорость.
– Куда хочешь, – ответил Иван.
Я немного подумала и повернула к ресторану, возле которого видела Лешку с веселой вдовой Ирой Терехиной.
Если мне повезет, они сегодня будут обедать именно там.
Мне повезло. Перед входом в ресторан стоял Лешкин «фольксваген».
Я аккуратно приткнула «ниву» рядом с ним.