— Наверное, это значит «Рэкетиры-Герои», — Серьезным тоном высказал соображение Дима.
— Скорее, «Резвые Гаврики», — засмеялась Настя.
— Ладно, оставим пока эту подпись, — махнул рукой Петька. — Меня куда больше волнует еще одна странность. Сумма выкупа слишком мала.
— Нормальная сумма, — отвечал Дима. — Не знаю, как ты, но я десять тысяч зеленых с удовольствием бы просто так получил.
— Ты! Я! — выкрикнул в нетерпении Петька. — . Десять тысяч — это не сумма за отпрыска крупного бизнесмена.
— Не знаю, — проговорила с большим сомнением Маша. — Я бы и тысячи за такого Наследника не дала, если бы он у меня пропал.
— Да что вы заладили! — совсем вышел из себя Петька, — Для отца-то своего он родной и любимый сын. И к тому же единственный. В мировой уголовной практике преступники за таких наследников вымогают миллионы, ну сотни тысяч, однако никак не десять.
— Наша Россия всегда отставала от цивилизованных стран, — заметил Дима. Петька его не поддержал.
— В преступности мы за последнее время сравнялись. А кое в чем даже опередили Запад.
— Ну и что ты хочешь сказать?
— Пока ничего конкретного, — пробормотал едва слышно Петька. — Кроме того, что тут не все вяжется. Скорее всего, преступники мелкие.
— Нет! — воскликнул вдруг Дима. — Я знаю! Вероятно, эти бандиты сперва украли Наследника, а потом он у них как-то случайно погиб. Поэтому они за него и просят поменьше.
— Бедный Наследник! — Настя вздрогнула. — Надеюсь, в действительности с ним ничего не случилось?
Юные детективы притихли. До сей поры им просто не приходило в голову, что жизнь Наследника, вполне вероятно, и впрямь висит на волоске. — Думаю, что Наследник жив, — после короткой паузы сказал Петька. — Бумажку преступники заранее делали. Значит, сумма выкупа не зависела от его смерти. А теперь предлагаю прямо сейчас осмотреть место преступления.
— Шмельков уже осматривал, — напомнила Маша.
— Неважно, — настаивал на своем Петька. — Вдруг он чего-нибудь важного не заметил? Пошли.
Выйдя на улицу, дети направились к новым дачам. Жара во второй половине дня усилилась и разогнала людей по домам.
— Удачно, — с довольным видом произнес Петька. — Если бы они по-прежнему толпились на улицах, нам было бы трудно осматривать.
— Если бы еще солнце на время скрылось. — Дима отдувался на ходу. — Идти тяжело. Маша ткнула его в бок.
— Потерпишь.
— Я всю жизнь только и делаю, что терплю, — проворчал брат.
В садах и по обочинам улиц вовсю цвел шиповник. Когда Красные Горы только лишь заселялись, дачники повсюду сажали кусты шиповника, и с тех пор он разросся самостоятельно по всей округе.
— Как же смогли украсть Наследника? — спросила Петьку Маша.
— Ну, например, на машине подъехали, — начал тот. — Пролезли через окно к нему в комнату. Вытащили на руках в сад, а потом вместе с ним Уехали.
— Если была машина, должны остаться следы на обочине, — сообразил Дима.
Петька какое-то время молчал. Он попытался вообразить, как бы повел себя на месте похитителей Наследника. Разумеется, проще всего было бы вылезти из машины у самых ворот дачи. И с Наследником хлопот меньше, тем более если он сопротивлялся. Но, с другой стороны, гораздо умнее машину остановить подальше, а к даче тихо подобраться пешком.
— Машина могла и не там стоять, — наконец произнес Петька вслух. — Побродим потом обязательно по окрестностям.
Дима скептически отнесся к этому плану.
— Бесполезно. Тут в каждой даче есть по одной-две машины. Можешь себе представить, сколько с утра их по улицам ездило! Ну найдешь ты следы колес, а дальше?
— Пожалуй, ты прав, — согласился Петька. — Нет смысла этим заниматься. Единственная надежда — найти возле дома улики.
— Мне, кстати, одно непонятно… — Маша даже остановилась посреди улицы от внезапной догадки. — Как же Иван Степанович не заметил, что к нам в поселок ночью приехала чья-то чужая машина? У него же шлагбаум всегда опущен.
— Что? — уставился на нее Петька.
Настя и Дима тоже остановились. Всех следом за Машей охватило ужасное подозрение.
Иван Степанович никогда бы не пропустил автомобиль чужака. Тем более ночью.
— Никогда не поверю, что преступники проскользнули вечером мимо Степаныча, — первым проговорил Петька.
— Выходит, они с ним в сговоре, — подхватила Маша.
— То-то он деятельность такую развел, — заметил без особого дружелюбия Дима. — Следы заметает.
— Утверждать что-нибудь еще рано. — Петька несколько остудил эмоции остальных. — Но я бы пока не сбрасывал эту версию со счетов. Если это сделали люди вроде Степаныча, многое объясняется. И записка. И сумма выкупа небольшая, у таких, как наш сторож, больше чем на десять тысяч зеленых просто не хватит воображения.
Когда они подошли к даче Наследника, Петька стал разрабатывать план осмотра участка.
— Теперь разделяемся. Дима и Маша навестят Виолетту Ивановну.
— Это еще зачем? — встрепенулся Дима.
— Виолетту надо минут на двадцать отвлечь, чтобы она не вышла в сад, пока мы там с Настей работаем, — объяснил Командор. — Тем более что вам с Машкой вполне удобно зайти к ней.
— Ну да! — согласилась Маша. — Наша бабушка утром ее успокаивала. Значит, сейчас зайдем и скажем, что бабушка просила узнать о ее самочувствии.
— И помощь предложим. — Дима вошел в роль. — Она же дома сидит теперь. Ждет сигнала, куда нести деньги. Значит, ей некогда даже в магазин сходить.
Возле калитки Наследника друзья разделились. Чтобы зря потом не мозолить глаза прохожим, было условлено встретиться в шалаше. Дима и Маша чинно пошли по дороге к парадной двери. А Настя и Петька украдкой шмыгнули за дом.
— Ну и участок, — проворчал Петька. — Проглядывается со всех сторон.
Участки на новых дачах отличались не только почти полным отсутствием деревьев или густого кустарника. Они и размерами раза в три уступали старым. Поэтому Петька с Настей шли словно бы по открытой площадке.
— Где его комната? — ежесекундно оглядываясь, спросила Настя.
— Вон там, — показал Петька на первый этаж. — Видишь, окно открыто? Я в этой комнате был, когда мы с Наследником пытались общаться.
Когда до окна оставалось совсем немного, Петька еще раз внимательно огляделся.
— Значит, так, — тихо скомандовал он. — Ты, Настя, стоишь на стреме. А я тут пока по земле полазаю.
И, пригнувшись, чтобы его не особенно было заметно из дома, Петька пошел к открытому окну.
Следов под окном действительно не было. Ни одного. Зато валялись окурки. Петька нашел их в траве у бетонированной дорожки, которая опоясывала дом.
Нашарив в кармане бумажку, мальчик аккуратно собрал на нее окурки. Их было шесть штук. Два черных фильтра. И четыре желтых. По всей видимости, под окном курило два человека.
Петька тут же выстроил довольно логичную версию. Два преступника подобрались ночью к окну и ждали удобного момента, чтобы похитить Наследника. Торчать у окна им по какой-то причине пришлось довольно долго. Чтобы убить время, один выкурил две сигареты, другой — четыре.
Петька протер очки и, пригнувшись к самой земле, стал вновь внимательно ко всему приглядываться. В траве что-то тускло блеснуло. Петька подался вперед и извлек из-под куста джинсовую пуговицу. Пуговица была вырвана с мясом. На заклепке остался солидный кусок джинсовой ткани, приблизительно сантиметра четыре.
«Как же это Шмельков не заметил? — с торжеством пронеслось в голове у Петьки. — Это же очень существенная улика. По всей видимости, между Наследником и похитителями возле окна завязалась борьба».
Командор тщательно спрятал находку в нагрудный карман рубашки. Затем карман был крепко застегнут, чтобы улика случайно не вывалилась.
После этого Петька еще раз обшарил на корточках газон и дорожку. Больше, однако, там ничего не нашлось. И по-прежнему нигде не было ни одного следа. Кроме, конечно, Петькиных собственных на клумбе. Да еще кое-где он обнаружил отпечатки больших ботинок. Но на их счет Петька не обольщался. Это явно утренние следы капитана Щмелькова. Типичная милицейская обувь.
Перед тем как вернуться к Насте, Петька паже тихонько залез в окно комнаты Наследника. Но там не нашлось ничего подозрительного. Просто вещи были разбросаны в беспорядке. Но Петька знал: для Наследника это обычное дело.
— Все, — заявил наконец Командор, подходя к Насте. — Пока нам тут больше нечего делать.
Отмахав по жаре полпоселка, они с удовольствием устроились в прохладном шалаше.
— Странно, что Димка и Маша еще не вернулись, — заметил Петька, раскладывая находки.
Петька с Настей успели уже раза три рассмотреть всесторонне улики. И даже определили марки сигарет, окурки которых подобрал Петька. Как раз когда с этим было покончено, в шалаш, пригнувшись, вошли Дима и Маша. Вид у них был изможденный и злой.
— Все! Больше я к ней никогда не пойду, — устало выдохнул Дима. — Черт бы побрал мою вежливость!
— А в чем дело? — полюбопытствовал Командор.
— В чем, в чем, — процедил Терминатор сквозь зубы. — Сперва она с нами об оккультизме беседовала.
— Виолетта Ивановна? Об оккультизме? — У Петьки полезли глаза на лоб.
— Именно, — подтвердила Маша. — Виолетте Ивановне одна знакомая женщина-экстрасенс объяснила по телефону, что все несчастье с Наследником из-за дурной энергетики в доме.
— Будто у них кто-то злой подсосал хорошую энергию, — подхватил нить рассказа Дима. — И вот сегодня попозже эта приятельница-экстрасенс приедет заделывать в доме Наследника энергетическую дыру. После этого вроде Наследник сам вернется. Безо всякого выкупа. Петька пожал плечами.
— Бывает.
— Но самое неприятное было потом, — Дима тяжело опустился на подушку. — Как только я ей предложил в магазин сходить, она с такой радостью согласилась! «Я, — говорит, — от всех этих переживаний очень есть хочу. А хлеба в доме нету совершенно».
— Вот мы с Димкой в магазин и пошли. — Маша с укором взглянула на Настю и Петьку. — А там очередь. И в очереди стоит наша бабушка.