Диму тоже до утра мучил кошмар. Ему снились счастливые шахтеры, о которых он перед сном прочитал поэму в древнем номере «Огонька» пятидесятых годов. Журнал оказался на книжной полке, когда Дима искал, чем бы ему отвлечься от комаров перед сном. Шахтеры в Димином сне сперва были сытыми и довольными, как в поэме. Затем они вдруг озверели, собрались бастовать и, сомкнув ряды, устремились прямиком к несчастному Диме. Это было слишком страшно. Мальчик проснулся.
Приподняв голову, он взглянул на часы. Половина седьмого утра. Дима еще со сна до конца не разобрался, в Донбассе он или в Красных Горах. Ясно почувствовал он только одно. В доме творится что-то странное. Снизу явственно доносились голоса.
Дима спустился на цыпочках вниз. Дверь гостиной была приоткрыта. Он заглянул в комнату. Там сидели друг против друга бабушка и Виолетта Ивановна.
Виолетта Ивановна была в халате и тапочках.
Лицо опухло от слез.
— Главное, опять то же самое, — всхлипывала она. — Захожу ночью окошко прикрыть Наследнику нашему. Ветер какой-то поднялся, а Кирюша у нас с младенчества от сквозняков простужается. Захожу, значит, а его и нет. И письмо опять это проклятое с выкупом. И угрозы ужасные! Ирина Сергеевна уже в Крым улетела! Она в первый раз тогда так помогла!
— Ничем она вам, как видите, не помогла, — читая письмо, отвечала Анна Константиновна.
— А как же дыра, из которой Кирюша пришел? — удивленно воззрилась на собеседницу Виолетта Ивановна.
— Не дыра, а преступники, — возразила бабушка Димы и Маши. — Видно, Кириллу тогда повезло. Они затаились, а теперь вновь повторяют попытку. Знаете что, — положила она письмо на журнальный столик, — угрозы слишком серьезные. Я бы на вашем месте молчала. Отдавайте выкуп. А уж потом, если Кирилла вернут, можете принимать меры.
— И никому ни одного слова? — переспросила Виолетта Ивановна.
— Никому, — без тени сомнения подтвердила Анна Константиновна. — Во всяком случае, я бы на вашем месте так и сделала. Теперь уже ясно: они за вами следят.
— Тогда я пойду, — засуетилась Виолетта Ивановна. — Буду дома сигнала от негодяев ждать.
— Давайте я вас до ворот провожу.
Дима юркнул к вешалке за плащи. Едва обе женщины вышли из дома, он кинулся со всех ног в гостиную. Такая удача бывает только раз в жизни. На журнальном столике лежало забытое письмо. Схватив его, Дима пулей взбежал наверх.
Там он зачем-то вновь забрался в постель и только после этого позволил себе прочитать:
«Ваш внук снова похищен. Настоятельно просим не сообщать в милицию. Второй раз мы Вашего внука не пощадим. Если сообщите в милицию тайно, мы все равно узнаем. У нас там есть свои люди. Выкуп 10 000 долларов. Следует заплатить не позже сегодняшнего вечера. О месте и времени передачи денег будет сообщено дополнительно.
Р. Г.»
Дима не верил своим глазам. Неужели Наследник снова пропал? И письмо сделано так же, как прежнее: все буквы и слова вырезаны из журналов или газет.
— Машка! — начал трясти мальчик спящую сестру.
Та что-то сонно пробормотала.
— Да просыпайся скорей! — Дима еще сильней затряс ее. — Тут дело такое! Наследник снова исчез!
— Откуда ты знаешь? — Девочка тут же проснулась.
— Сама посмотри. — Брат протянул ей письмо преступников.
Маша стала читать. Рот у нее раскрывался все шире и шире.
— Откуда у тебя это? — спросила она. Дима ей рассказал.
— Одевайся! — воскликнула она. — Бежим скорее за Настей. А потом к Петьке.
— Ты что, совсем? — Дима покрутил пальцем у виска. — Если мы убежим до завтрака, бабушка догадается, что мы подслушали. И письмо тогда у нас могут отнять. Я вообще уже сомневаюсь, правильно ли я сделал, что взял его?
— Вообще-то не очень, — вздохнула Маша. — Зато у нас теперь есть улика. И вообще. Если бы это письмо, например, Виолетта передала капитану Шмелькову, то мы бы действительно не имели права его брать. Потому что оно бы стало вещественным доказательством. Но Кириллова бабушка ведь в милицию обращаться не будет.
— Ну да, — оживился Дима. — Тем более она была, в таком состоянии. Наверняка не вспомнит, куда у нее письмо делось. Спорю на что угодно.
Успокоив таким образом свою совесть, близнецы стали дожидаться завтрака.
Ни разу в жизни еще утро для них не тянулось так медленно. Вот хлопнула входная дверь. Анна Константиновна прошла по коридору в кухню. Снова затишье.
— Чего она там копается? — с досадой осведомился у сестры Дима.
— Действительно долго. Давай, что ли, в карты сыграем.
— Не могу. Мне ничего, кроме этого письма, не лезет в голову. Лучше попробуем заснуть.
Промучавшись так еще с час, брат и сестра наконец услыхали спасительный призыв снизу:
— Машка! Дима! Завтракать!
За столом бабушка была, против обыкновения, неразговорчива. Только когда уже допили кофе, она вдруг спросила:
— Вы хорошо спали сегодня?
— Очень! — с готовностью отвечал ей Дима. А Маша добавила:
— Как убитые. Еле проснулись, когда ты нас завтракать позвала.
Анна Константиновна осталась довольна их ответами.
Тремя минутами позже близнецы уже были у Насти. Известие так ее потрясло, что она случайно надела разные кроссовки. На одну ногу серую, а на другую — синюю.
— Беги быстро, переобуйся, — сказала Маша.
— Некогда. Как-нибудь уж и так дойду. Петьки в шалаше не было. Пришлось идти за ним в дом.
— Поднимайтесь к нему, — обратилась к друзьям Петькина мама. — Какой-то он вялый сегодня. Есть с утра ничего не стал. И на улицу не идет.
Петька в полном упадке чувств сидел на кровати.
— Вы что это так рано? — Он вяло оглядел всю компанию.
— Посмотри, сам поймешь, — протянул ему Дима письмо.
Петька прочел. Лицо у него засияло.
— Быстро в шалаш! — Он схватил с коврика возле кровати секретную тетрадь. — Сейчас проведем экстренное совещание.
В шалаше Петька подробно расспросил Диму о беседе бабушки с Виолеттой Ивановной. Затем, вооружившись складной лупой, которую постоянно носил в кармане джинсов, стал тщательно изучать письмо.
— Бумага плотная, — какое-то время спустя, проговорил он. — Водяных знаков нет. Буквы наклеены довольно небрежно. И вырезаны криво. По этому можно судить, что преступники не очень старались. И вот бумага, на которой напечатаны буквы, рыхлая, желтоватая.
— Скорее всего, газета, да? — Настя подошла к Командору поближе.
— Я тоже так думаю, — согласился тот. — Удачно, что у нас теперь не фотография, а письмо, — продолжал он. — Надо набрать побольше разных газет. Если мы установим, откуда точно преступники вырезали буквы…
— И что это тебе даст? — вмешался Дима. — Будем ездить по всей стране и всех подписчиков какого-нибудь издания спрашивать: «Нет ли у вас экземпляра с вырезанными буквами?»
— В том-то и дело, что нам не понадобится по всей стране ездить, — спокойно отозвался Петька. — Преступники в этот раз себя немного выдали.
Петька умолк.
— Чем же они себя выдали?
— Учись анализировать текст. — Командор покровительственно похлопал Диму по плечу. — Они же пишут: «Если сообщите в милицию тайно, мы все равно узнаем. У нас там есть свои люди».
Друзья все еще не могли разобраться, куда клонит Петька.
— Не усекли? — Командора охватывало все большее торжество. — Кажется, наше районное отделение милиции не очень-то популярно в мире. Если преступники точно осведомлены, что там делается, значит, они из местных.
— Конечно! — воскликнула Настя. — И в прошлый раз они Наследника чуть не убили за то, что бабка его в милицию обратилась.
— А обращалась она, кстати, тайно, — напомнил Дима. — Выходит, что у преступников там крепкие связи.
— Ничего себе тайно, — засмеялась Маша. — Весь поселок через час уже знал!
— Неважно, — ответил Петька.
— Бедный Наследник! — воскликнула Маша. — Теперь только мы и можем его спасти.
— Да, — подтвердил Командор. — И действовать следует быстро. Иначе все может плохо кончиться.
Находка
— Значит, так! — Петька принялся быстро писать в секретной тетради. — Составляем новый план расследования. Во-первых, теперь мы знаем, что преступники явно из местных. Об этом свидетельствует их тесная связь с районным отделением милиции. Ивана Степановича из списка подозреваемых практически можно исключить. Он ведет себя совсем не так, как должен бы, если бы совершил это преступление.
— У меня машина из головы не идет, — медленно проговорил Дима. — Наследник нас уверял, что его куда-то везли. А мимо Ивана Степановича никакой чужой машины не проезжало.
— Тут может быть все, что угодно, — махнул рукой Петька. — Например, у Наследника в голове помутилось от страха. Его куда-то отволокли и бросили в машину. И машина при этом могла спокойно стоять за пределами поселка.
— Зачем же его везти на машине, если преступники из местных? — засомневалась Настя. — Уж если похитители такие сильные, что проволокли Наследника за поселок, то можно бы и до места его на руках донести.
— Это как раз обычная хитрость, — снисходительно заметил Петька. — Полагаю, они его прятали где-то недалеко. А чтобы не было ясно, где именно, покатали сперва на машине. Но сейчас это не так уж важно, — продолжал Петька. — И времени у нас нет. Преступники ведь уже сегодня ждут выкупа.
Самым удачным было бы выследить похитителей, когда они явятся за деньгами. Юные детективы понимали: в дом Наследника преступники не пойдут. Скорее всего, Виолетта должна где-нибудь оставить конверт с десятью тысячами долларов. А потом кто-нибудь оттуда его заберет. А так как время и место ей сообщат дополнительно, друзьям остается только дежурить по очереди возле дачи Наследника.
— Сменяться будем через каждые полчаса, — решил Петька. — Первой идет Машка. Маша тут же поднялась на ноги.
— Смотри, не упусти ее, — сказал на прощание Командор. — Если выйдет, следуй за ней. Выследишь, куда она деньги положит, и оставайся там.