Я бросился к видеофону. Дядя Вася, к счастью, был дома.
— А чего же не приехать? — легко согласился он. — У меня как раз сегодня отгул.
Вскоре Василий Емельянович был у меня. Выслушав мою просьбу, он не удивился, вынул из кармана отвертку, что-то в видеофоне подкрутил, что-то открутил, что-то прикрутил, и через пять минут видеофон мой, слава богу, уже не работал.
— Чинить начнут — за неделю не починят! — обнадежил меня умелец.
И тогда я робко спросил, нельзя ли как-нибудь разрегулировать электронного повара так, чтобы он слушался не диетолога, а меня?
— Почему нельзя? — оказал дядя Вася. — Дело нехитрое.
Он подошел к электронному повару, извлек из кармана электропаяльник, что-то отпаял, что-то припаял, что-то перепаял, и повар по моей команде стал безропотно выдавать шашлыки, лангусты, перуанские пельмени и такую стерляжью уху, которую можно отведать только в Конго (Браззавиль).
Потом дядя Вася вытащил разводной ключ, пассатижи и занялся электронным секретарем. Тут ему пришлось здорово повозиться: секретарь был тверд, как скала, и из него, казалось, невозможно было выжать ни одного слова неправды. Но Василий Емельянович не сдавался. Он что-то откручивал, что-то закручивал, что-то паял-перепаивал. В комнате пахло горелой резиной и оловом. И в конце концов человек победил: электронный секретарь начал говорить, что я на совещании, что меня вызвали в министерство, что я уехал в командировку… И слова его звучали так правдиво, так убедительно, что не поверить его вранью было просто невозможно!
Затем дядя Вася не торопясь, аккуратно испортил терморегулятор в ванной, разрегулировал электробудильник в спальне и, рассовав по карманам свой нехитрый инструмент, стал собираться домой.
— У вас золотые руки, Василий Емельянович! Вы меня просто выручили!
— Да чего там! — скромно сказал Василий Емельянович. — Не впервой таким делом заниматься приходится. С техникой нужно уметь ладить.
— А сколько ж я вам за работу должен?
— Ну, это небось сами хорошо знаете! — Дядя Вася хитро подмигнул. — Такса у нас известная!
Я вынул из кармана два билета в консерваторию и протянул их Василию Емельяновичу.
— Не многовато ли? — застеснялся он.
— Берите, берите!
— Ну спасибо! — довольно сказал дядя Вася, бережно пряча билеты. — А то ведь я давненько Брамса не слыхивал!
Бег в мешках
К нам в областную команду бегунов на короткие дистанции пришел новый тренер Иван Сергеевич Прямых. Пришел не с пустыми руками, а с новой системой тренировок, придуманной и разработанной Иваном Сергеевичем лично.
Он был скуповат на слова и говорил коротко, но образно.
— Тренироваться будем под девизом «тяжело в учении — легко в бою». И если вас не испугают трудности, вы у меня станете первыми не только в области, но и… В общем, сами увидите, где вы у меня станете первыми. А теперь о тренировках. Отличительная особенность моей системы состоит в том, что сначала мы будем учиться бегать в мешках.
— Как это в мешках?
— В каких мешках?
— Объясняю: в простых, стандартных мешках.
Тут Иван Сергеевич вынул из сумки обыкновенный мешок, влез в мешок ногами и, подняв его до пояса, закрепил в районе талии специальным шнурком.
Потом он для примера пробежал в мешке стометровку и, плюхнувшись только два раза, прошел дистанцию всего за 3 минуты 35 секунд.
Потрясающая Идея нашего нового тренера заключалась вот в чем: если мы, преодолев трудности, научимся прилично бегать в мешках, то уж без мешков мы, шутя и играя, будем показывать такое время, что все мировые рекорды станут нашими…
И мы начали бегать в мешках. Первая часть девиза оправдалась полностью: в учении было тяжело. Но мы не сдавались. Мы тренировались, тренировались, тренировались… И, наконец, научились проходить дистанцию за небывало короткое время, если, конечно, учесть, что бегали мы все-таки в мешках.
И уже мы мечтали, как осуществится вторая половина девиза: как будет легко в бою!
Многие опытные спортсмены приходили посмотреть, как мы тренируемся, и просто поражались нашим редким способностям.
Заслуженные мастера спорта и те заверяли, что так бегать в мешках, как мы, они ни за что не смогли бы.
А будущие соперники просто впадали в панику, когда представляли себе, что будет, если мы побежим без мешков.
Хитроумный план Ивана Сергеевича близился к победному завершению. Вот голова!
И когда до областных соревнований оставалось всего пять дней, нас наконец из мешков выпустили.
И мы рванули! Но оказалось, что бегать без мешков мы уже как-то разучились. Выяснилось, до начала тренировок по новой системе мы показывали лучшее время. Более того, обнаружилось, что даже в мешках мы бегаем теперь быстрее, чем без них.
Но Иван Сергеевич не растерялся. Он предложил устроить международные соревнования по бегу в мешках и обратился в соответствующие инстанции. Однако его идею не поддержали, поскольку оказалось, что на всех пяти континентах в мешках бегает только наша команда и, выходит, соревноваться нам не с кем. Мы были страшно разочарованы. Но Иван Сергеевич — вот голова! — сказал:
— Поздравляю вас, ребята! Вы сами слышали, что по новому виду спорта наша команда единственная в мире. А раз единственная, значит, тем самым и лучшая. Так что не обманывал я вас, когда обещал сделать вас первыми не только в области, но и во всем мире.
— Спа-си-бо! — дружно крикнули мы. Иван Сергеевич был взволнован и растроган. Но только один я углядел, как скупая слеза блеснула в его правом глазу и тренер незаметно вытер ее грубым концом тренировочного мешка.
Документ
И чего я так спешил вернуться из пионерлагеря? Никого из наших ребят в городе нет, и во дворе у нас как-то тихо, жарко и скучно.
А вчера я стоял на балконе и увидел Герку Сазонова. Он куда-то бежал.
— Эй! — закричал я. — Здорово!
Герка остановился и задрал голову.
— О, привет! — сказал он, и было видно, что он мне тоже обрадовался, хоть мы с ним никогда особенно не дружили.
Герка на два года старше меня и уже перешел в девятый.
— Ты куда идешь? — спросил я.
— Пошли со мной, — ответил Герка.
— А куда?
— Корочки для паспорта покупать.
— А зачем тебе?
— Нужно.
— Зачем?
— Так я паспорт вчера получил, — сказал Герка и глупо захихикал. Я, между прочим, тоже так хихикаю, когда смущаюсь.
Пошли мы на Центральную в писчебумажный. Герка рассказывал, как он получил паспорт, и все время вытирал рукавом пиджака мокрый лоб. А я подумал: почему он в пиджаке, ведь жарко?
— Ты зачем в пиджаке ходишь? — спросил я. — Жарища такая, а ты в пиджаке!
— А куда же я без пиджака паспорт спрячу? — сказал Сазонов и даже немного обиделся. — Соображать надо!
Он снова вытер лоб, а потом расстегнул пиджак и достал из бокового кармана паспорт. Паспорт был таким новеньким, что казался совсем тоненьким, и от него пахло, как от новой общей тетрадки, только немного по-другому. На фотографии Герка таращил глаза — это у него такая привычка, — и я впервые в жизни узнал, что Геркино имя Гораций. Гораций Иванович Сазонов — так было написано в паспорте.
— Ничего паспорт! — сказал я, и Герка снова положил его в боковой карман, заколол карман английской булавкой и застегнул пиджак на все пуговицы. Но это только так говорится — на все, потому что пуговица-то была одна.
— С паспортом знаешь как здорово! — сказал Герка. — Хочешь, например, лодку взять напрокат, плати двадцать копеек, оставляй паспорт в залог — и пожалуйста!
— А давай пойдем покатаемся! — предложил я.
— Неохота… — подумав, ответил Герка. — Я уже вчера два часа катался.
— А что еще с паспортом можно сделать?
— Ого! Да что угодно! — Герка пожал плечами. — В кино ходить можно, когда до шестнадцати лет не пускают. Я уже вчера ходил, «Женщину в черном» смотрел. Вот это картина — сила! Сегодня второй раз схожу посмотрю, если захочется.
И тут у меня появилась гениальная идея.
— Слушай, Герка, возьми меня с собой на эту самую «Женщину в черном». А? У меня есть сорок копеек.
— Так ведь тебя не пропустят.
— Пропустят! Ты мне билет по твоему паспорту купишь. Ты же имеешь право взять два билета?
— Ого! Хоть десять! Только тебя все равно контролерша без паспорта не пустит.
Но я уже все продумал.
— А мы сделаем так: ты сначала пройдешь один, а потом незаметно через окно в фойе передашь мне твой паспорт.
— Нашел дурака! — сказал Герка. — Кто тебе поверит, что это твой паспорт? Там же моя фотокарточка.
— Так, может, контролерша на фотографию не станет глядеть.
— «Может, может», — передразнил меня Сазонов. — А если станет?
— Не станет! — повторил я, потому что мне уж очень хотелось посмотреть эту картину.
— И все равно никто не поверит, что у тебя уже есть паспорт. Не похож ты на такого человека!
Это меня задело: ведь все говорят, что я выгляжу старше своих лет, и, если уж на то пошло, так мы вообще с Геркой одного роста.
— А ты сам, думаешь, похож? — спросил я как можно ехидней.
— Да уж похож — не похож, а паспорт имею! — ответил Герка и противно засмеялся, довольный своим ответом.
— Ну и гуляй со своим паспортом! — сказал я и пошел в другую сторону.
Но Герка Сазонов все-таки хороший парень.
— Эй, ты! — крикнул он. — Ты что, обиделся? Постой! — Я и сам хотел уже остановиться, но почему-то продолжал идти.
Тогда Герка сам догнал меня.
— Ну, ладно, давай попытаемся. Только договоримся так: ты показывай контролерше паспорт издали. А если она захочет его взять — сразу убегай. А то еще заберет паспорт и сдаст в милицию. Знаешь, что бывает за передачу документа посторонним лицам?
— Что?
— Ого! Суд — вот что! Охота мне из-за тебя под суд идти.
— А как они докажут, что ты сам дал мне паспорт? Может, ты не виноват? Может, ты просто потерял его, а я нашел.