— Браво, браво! Это замечательная идея! Ее надо обязательно попробовать осуществить. Этим мы чрезвычайно упростим задачу, и вам не нужно будет мучиться над опытами по отысканию материала для зеркал! — воскликнул профессор.
— Почему? — спросил Ваня.
— Потому что мы сможем тогда перебрасывать источник М–лучей на территорию противника, где они будут взрывать все вокруг, причем на такое расстояние, откуда до нас они не достигнут. Понятно?
— Да, — сказал инженер, — именно в этом направлении надо искать решение задачи.
Все принялись с жаром обсуждать новую идею.
Для ее осуществления надо было преодолеть только технические трудности, так как принципиально задача, собственно говоря, была уже разрешена.
Поэтому друзья решили прекратить работу на даче и перебраться в Москву, на квартиру Званцева, где и подвести итоги проделанной работе.
НАПАДЕНИЕ
Ваня и профессор остались ночевать в лаборатории в последний раз. Стояла темная августовская ночь, шел дождь, и было холодно. Окна закрыли. На водородном пламени горелки грелся чайник. Другов сидел за столом, склонившись над тетрадью с записками Макшеева. Ваня разбирал реактивы и упаковывал их в ящик. Вокруг шумел лес, и капли дождя стучали по окнам.
Неожиданно электрический свет погас.
— Вот беда! — воскликнул профессор.
— Где‑то были свечи. Надо их отыскать, — сказал Ваня и в полутьме двинулся к шкафу. Пламя водорода почти не освещало комнату.
В это время на дворе послышались шаги. Кто‑то шлепал по лужам, обходя вокруг домика.
— Тсс! Кто‑то идет, — прошептал Ваня.
— Книжечка спрятана? — спросил Другов.
— Спрятана!
В окнах промелькнули тени трех человек.
Профессор быстро снял с горелки чайник, положил на пламя кусок мрамора, лежавшего на столе, и открыл кран с кислородом.
В сенях послышались осторожные шаги. Через минуту открылась дверь, и один из неизвестных осветил комнату электрическим фонарем. В это же мгновение мрамор, лежавший в пламени гремучего газа, зашипел, и яркий друммондов свет залил комнату.
Впереди стоял человек громадного роста и, по–видимому, страшной силы, с дубинкой в левой руке; за ним второй, тоже вооруженный палкой, а сзади виднелась маленькая фигура третьего. Все были одинаково одеты: в черных кожаных пальто, автомобильных кожаных шлемах и в очках. Внезапный свет ошеломил их, и они попятились…
Профессор, выйдя из оцепенения, схватил тетрадь Макшеева и стал прятать ее у себя на груди.
На него набросились двое. Ваня схватил свое оружие — резиновую кишку — и кинулся на помощь профессору. Удачным ударом он сбил низенького с ног. Тот с криком покатился на пол. Из‑под кожаного шлема выглянуло злое, птичье лицо с белыми ресницами и бровями. Быстрым движением Ваня вырвал у него драгоценную тетрадь и прижал ее к себе… «Бежать, спрятать куда‑нибудь», — мелькнуло у него в уме. Но бежать было невозможно.
— Отнять! — закричал маленький визгливым голосом.
«Отнимут», — с отчаянием подумал Ваня и огляделся кругом. Взгляд его упал на глиняную банку с серной кислотой, стоявшую в углу, и… тотчас тетрадь оказалась в банке. Едва Ваня успел это сделать, как, пораженный ударом в голову, отлетел на середину комнаты и со стоном рухнул на пол.
Второй бандит бросился к банке, запустил в нее руку, но тотчас же с криком выдернул ее обратно.
Рука, обожженная кислотой, почернела. Бандит громко стонал и тряс ею в воздухе.
Недолго думая, профессор схватил со стола большую колбу с какой‑то жидкостью и со всей силой бросил ее в бандита. Колба пролетела мимо, ударилась о печь к разлетелась вдребезги. Невыносимо удушливый запах аммиака заполнил помещение.
Нападавшие зажали рты и бросились вон из комнаты. Кто‑то из них задел горелку, мрамор упал, и свет погас.
Ваня, задыхаясь, пытался подняться с пола. Профессор обхватил его и потащил на свежий воздух.
Из темноты слышались быстро удаляющиеся шаги бегущих по лужам людей. Затем со стороны шоссе раздался шум мотора и звук отъезжающего автомобиля.
Настала тишина.
Отдышавшись и немного придя в себя, Другов и Ваня поднялись с земли. У Вани левая сторона головы была в крови, он тихо стонал. Они сели на ступеньках. Так прошло с полчаса. Затем снова послышались шаги. Кто‑то шел со станции, освещая дорогу электрическим фонариком. Это был Званцев. Подойдя к крыльцу и увидев своих друзей, он с недоумением остановился.
— Что случилось?
— На нас напали трое. Кое‑как мы отбились.
— А где книжка? — в тревоге спросил Званцев.
— Книжка цела, а тетрадь Макшеева погибла.
Званцев перевел дух. Он попробовал было войти в лабораторию, но вынужден был тут же вернуться. Тогда, закрыв нос мокрым платком, он пробрался в пристройку, открыл шкаф, где был запас реактивов, и достал бутылку с соляной кислотой. Затем он разбил окно, отбил у бутылки горлышко и бросил ее в комнату. Тотчас густое облако наполнило всю лабораторию. Аммиак с соляной кислотой взаимно уничтожались и дали совершенно безвредное химическое вещество — хлористый аммоний. Через четверть часа в помещение можно было войти, не подвергаясь никакой опасности.
Зажгли свечи. Инженер прежде всего взял щипцы и вынул из банки с серной кислотой макшеевскую тетрадь. Но от тетради осталась лишь черная труха.
— Все же лучше, — сказал он, — что документ этот погиб, чем если бы он достался врагам.
Ваню раздели, уложили в постель и перевязали. Голова его была рассечена, шея и левое плечо покрыты ссадинами и синяками. Другов от пережитых волнений и борьбы тоже захворал. Инженер уговорил его лечь в постель и принять порошок бромурала.
К утру погода разгулялась и выглянуло солнце. Лес уже не казался таким мрачным, и на душе у Званцева стало легче.
Больные выспались и чувствовали себя лучше. Профессор совсем оправился от пережитого. Он подробно рассказал Званцеву о происшествии ночи.
— Несомненно, — заметил тот, — этот маленький, которого Ваня сбил с ног, и есть «белобрысый», преследовавший Макшеева. Вы хорошо запомнили его лицо?
— Думаю, что никогда не забуду эту мерзкую физиономию. Она была освещена яркими лучами друммондова света, — ответил Другов.
— В общем, мы теперь имеем кое–какое представление о наших врагах. Один отличается высоким ростом и сильным телосложением, кроме того, он, по всем признакам, левша: удар Ване он нанес ведь слева и дубинку держал в левой руке. Другой сжег себе правую руку кислотой. След непременно останется. Третьего вы оба видели в лицо. Это, по–видимому, их руководитель.
К полудню на грузовике приехал Ткеша. Стали собирать и переносить на машину имущество: приборы, реактивы, посуду. По совету профессора, решили ликвидировать всякие следы проведенных опытов.
— Незваные гости ведь могут пожаловать сюда без нас. Поэтому прежде всего надо удалить все следы церия.
Сожгли доски, на которых рубили церий, и крышку стола, где стояла горелка. Пепел тщательно собрали, чтобы впоследствии выкинуть его, ибо по анализу пепла легко можно было установить присутствие даже ничтожных количеств церия. Затем пол и стены комнаты чисто вымыли.
После всего этого окна домика заколотили, а дверь заперли.
Все сели в грузовик и двинулись к Москве.
ДАЛЬНЕЙШИЕ ПЛАНЫ
Кабинет Званцева был превращен в рабочую комнату. Мать инженера уехала к родственникам, и на квартире остались только он и домашняя работница.
Дачные приключения показали, что нашим друзьям приходится иметь дело с наглыми, осведомленными врагами, способными на многое. Поэтому нужны были меры предосторожности. Открытое нападение на квартиру, расположенную в центре города, было маловероятно, но можно было опасаться тайной кражи.
Друзья решили ни на минуту не оставлять квартиру и установили непрерывное дежурство. К обеим дверям — парадной и кухонной — в дополнение к замкам приделали электрическую сигнализацию.
Ваня и Ткеша переселились в квартиру Званцева. Им поставили раскладные кровати в столовой.
В первый же день переезда с дачи в Москву за чаем друзья подвели некоторые итоги своей работы.
— В сущности, — говорил профессор, — мы добились уже весьма значительных результатов в исследовании М–лучей. Мы знаем их получение, основные законы распространения и действия. Имеется у нас и идея их практического применения. Известно и то, что каким‑то образом враг пронюхал о наших опытах. Я считаю, что пора передать все материалы соответствующим органам. И нам будет спокойнее, и для дела лучше. Что вы на это скажете, друзья мои?
— Вы, конечно, правы, Андрей Васильевич, — сказал Званцев, — у нас достаточно оснований для того, чтобы так поступить. Но я думаю, что мы не должны прекращать наших работ по применению термитного нагревания.
— Я уверен, что мы и сами великолепно справимся с этой задачей, — сказал Ткеша.
— Конечно, — воскликнул Ваня, который лежал на кушетке с забинтованной головой.
Через десять дней две горелки новых систем были изготовлены и наполнены термитом. Модели сделали в уменьшенном виде; церия взяли всего полтора грамма, и, следовательно, практический радиус действия генератора М–лучей не мог превзойти одного километра.
После того как подготовительные работы были закончены, встал вопрос о месте, где бы можно было провести опыты.
— Неужели придется опять ехать на дачу? — сказал Званцев. — Сейчас ведь охотничий сезон, взорвем какого‑нибудь охотника.
Решили найти ровное место, где бы можно было видеть кругом на два–три километра.
— Едемте на озеро… на Сенежское! — воскликнул под общее одобрение Ваня. — Горелку и взрывчатые вещества можно поместить на маленьких плотах. И видно все кругом, и безопасно!
— Никаких взрывчатых веществ брать не надо, — вмешался Званцев. — Обыкновенное заряженное ружье заменит их. Это безопасно и не привлечет внимания посторонних.
Таким образом, программа предстоящих опытов над термитными горелками была выработана.