ак добр ко мне, что наделил меня способностью понимать языки других народов.
Коллеги ученого при этих словах весело переглянулись: «Вот так дает наш профессор!». Они сами не знали лоугеттского языка. Один лишь Егор имел представление о нем, да и то разбирался только в письменной речи. Но слышать лоугеттский язык вживую ни ему, ни его товарищам никогда не приходилось.
Надо ли говорить, что этот случай значительно повысил авторитет Вильгельма среди дружинников. Все понимали, что их военачальник благодаря знанию языка туземцев способен легко договариваться с местными жителями, приобретая среди них союзников.
Вильгельм разбил свой лагерь на южной окраине селения, расставив палатки и окружив их повозками. Затем он созвал небольшой военный совет: следовало обсудить, какие укрепления им необходимо будет построить. На совет он пригласил Ллойда и еще шестерых рыцарей, служивших ранее в войске Ордена, но затем присягнувших в верности Вильгельму. Это были Томас, Лабберт, Андреас, Джерд, Берхальд и Вендель. О них ученый узнал от своего советника, осторожно расспросив его о составе отряда, сославшись на потерянную память. Оказывается эти шесть рыцарей в свое время стали друзьями Вильгельма и решили отправиться вместе с ним на поиски новых земель. Вильгельма не устраивало то, что Орден только использовал рыцарей для захвата территорий, но ничего им не давал, обязывая своих братьев жить в скромности. Поэтому он решил уйти из рыцарского войска, собрав собственную дружину, и самому захватить себе земли. Рыцарям, которые пошли с ним, он пообещал дать часть завоеванной территории. Они составили костяк его дружины. Каждый из рыцарей имел свой небольшой отряд из лучников и пеших воинов. Ллойд не был рыцарем, но он уже давно служил в войске Ордена, участвовал во многих сражениях, и хорошо разбирался в военной тактике. Вильгельм заприметил этого бывалого воина и уговорил его стать своим военным советником. Это ставило Ллойда в привилегированное положение в дружине, чего не было у него в войске Штейнца. В итоге у Вильгельма образовался отряд, насчитывающий более семидесяти человек, состоящий из рыцарей, их оруженосцев, лучников и пеших воинов, вооруженных мечами.
Осмотр деревни и ее окрестностей показал, что строительство стен вокруг всего поселения займет много времени. Но это не испугало Вильгельма, и на следующий день работа закипела. Лоугетты рубили деревья в лесу и подтаскивали уже готовые бревна к месту возведения фортификаций. Им помогали дружинники своими повозками, запряженными лошадьми. Спустя пять дней с южной стороны деревни появилась первая башня, от которой в обе стороны уходил частокол.
Еще через два дня на краю леса появились всадники Ордена. Судя по всему, они заприметили возникшие рядом с деревней укрепления, поскольку не стали приближаться к поселению, а немного постояв на недосягаемом расстоянии, снова скрылись в лесу.
Вражеских всадников заметили и в отряде Вильгельма. Из-за чего дружина была приведена в боевую готовность. В башне выставили лучников, которые дежурили, сменяя друг друга, круглые сутки. Рыцари также находились на чеку.
Штейнц не заставил себя долго ждать. Он предпринял нападение на деревню в ту же ночь. Конный отряд численностью не менее пятидесяти всадников стремительно помчался к деревне, стараясь обойти частокол. Это были тяжеловооруженные рыцари. Они скакали с копьями наперевес. Но пройти мимо укреплений было никак нельзя. В этом и был расчет Вильгельма. Поэтому, как только всадники поравнялись с башней, на них полетел целый град стрел. А из-за стен укрепления наперерез врагу выскочил конный отряд.
Всадникам Карлоса пришлось сбавить ход и ввязаться в схватку с внезапно появившимся неприятелем. Они превосходили по численности отряд Вильгельма, но оказались незащищенными перед лучниками, стрелявшими из башни. Да и не ожидали они такого неожиданного отпора. Поэтому, потеряв инициативу, они начали отступать обратно к лесу. Конный отряд Вильгельма не стал долго преследовать врага и вернулся обратно в укрытие. В этом коротком бою не обошлось без потерь. Лабберт оказался тяжело раненным, а оруженосец Венделя был убит. Вылазка Штейнца скорее всего носила характер разведки боем. Поэтому, Вильгельму стоило ожидать нового более подготовленного нападения.
5. Ирбиз
— Ирбиз! — громко позвала женщина, вышедшая из избы на крыльцо. На ее крик отозвалась девушка, выливавшая из деревянного ведра в корыто какую-то густую жижу. Двое упитанных поросят, толкая друг друга боками, уже опустили свои пятачки в еду и громко почавкивали. Девушка выпрямилась и вопросительно посмотрела в сторону крыльца. Ее стройная фигура с толстой косой до самого пояса могла покорить любого мужчину. Черные как бусины глаза сверкали озорными огоньками. На первый взгляд ей было не больше двадцати.
— Пойди к отцу и отнеси ему обед, — дала указание мать девушки.
Отец Ирбиз был рыбаком. Он вместе с другими мужчинами из деревни ходил в море на лодках, сделанных из ивовых прутьев, обтянутых бычьей кожей. Лодки имели по одной мачте, на которой крепился косой треугольный парус.
Рыболовство — основное занятием лоугеттов. Их деревни располагались вдоль побережья большого морского залива, имевшего множество уютных бухточек. В одной из таких бухт и разместилась известная нам деревня, которую взялся защитить от крестоносцев рыцарь Вильгельм.
Помимо рыбной ловли лоугетты разводили домашний скот, в основном коров, которые паслись на обширных лугах, раскинувшихся вдоль залива. Коровы приносили молоко, мясо, а из их шкур люди шили себе одежду и обувь, а также мастерили лодки. Окрестные леса были богаты грибами и ягодами, собирательством которых лоугетты тоже занимались.
Дочь застала отца за приготовлениями к выходу в море. Рыбаки обычно уходили за рыбой на целый день. Они стаскивали легкие суденышки в воду, крепили на них мачты и укладывали в лодки рыболовные снасти. Принесенную еду отец аккуратно завернул в кожаный мешок и уложил на дно лодки.
Девушка осталась посмотреть, как рыбаки отправятся в море. Перед тем как запрыгнуть в лодку, отец крепко обнял дочь за плечи и поцеловал в лоб. Рыбацкий труд опасен. Море непредсказуемо, и никогда не знаешь, чем закончится очередной поход за рыбой. Поэтому прощание всегда имеет свой особый смысл.
Ирбиз постояла на берегу, наблюдая за удаляющимися суденышками. Сегодня волны почти не было. Легкий ветерок, наполняя паруса, уносил лодки все дальше и дальше от берега.
Обратный путь девушка решила сделать через луг за деревней, где паслось стадо коров. Она захотела навестить двух своих буренок.
Ирбиз шла по лугу, поросшему высокой травой почти с человеческий рост, среди которой была протоптана едва заметная тропинка. Неожиданно из травы выскочили трое мужчин в железных кольчугах. Они перегородили путь девушке. Один из них стал что-то говорить на непонятном языке. Но судя по жестам Ирбиз поняла, что ждать хорошего от этого человека не приходится. Она хотела кинуться бежать в обратную сторону, но двое других тут же бросились к ней и схватили девушку за руки.
Ирбиз закричала изо всех сил. Тогда первый мужчина закрыл ей рот своей дурно пахнущей рукой и вместе со своим приятелем поволок девушку в сторону от деревни. Третий неизвестный прокладывал дорогу в траве. Ирбиз пыталась сопротивляться. Билась руками и ногами. Но ее похитители оказались сильнее.
Внезапно что-то просвистело в воздухе, и один из мужчин свалился на землю, освободив одну из рук девушки. Двое остальных остановились и начали оглядываться по сторонам. Снова свист. И еще один похититель упал. Оставшийся один мужчина, который зажимал девушке рот, отпустил пленницу и бросился бежать. Испуганная девушка упала на землю и разрыдалась. Тут из зарослей густой высокой травы показались двое, один из которых ринулся наперерез беглецу и поставил ему подножку. Тот полетел кувырком, пропахав носом землю. На тропинке появились еще два человека. Один из них держал в руке лук. Второй, облаченный в железные доспехи, но без шлема, сжимал рукоять меча, готовый в любой момент выхватить его из ножен. Ирбиз приподнялась и сквозь слезы взглянула ему в лицо. В нем она узнала предводителя отряда, вставшего на защиту деревни, и не смогла отвести взгляд от его добрых и благородных глаз. Воин поймал взгляд девушки и немного смутился.
— С тобой все в порядке? — спросил он на лоугеттском языке.
— Все хорошо, — ответила она.
Рыцарь подал руку девушке и помог ей подняться с земли.
— Мы проводим тебя до деревни. Здесь сейчас небезопасно ходить.
Неудачливому похитителю связали руки. Вильгельм распорядился доставить пленника в лагерь, и двое воинов повели того к укреплениям. Сам рыцарь и еще один молодой его спутник с непривычными для здешних мест чертами лица пошли вместе с девушкой в сторону деревни.
Ирбиз боялась о чем либо спросить своих спасителей. Она молча шла рядом и время от времени восторженно поглядывала в сторону рыцаря. Тот же в свою очередь, заметив взгляды девушки, старался смотреть в сторону. Хотя ему Ирбиз сразу же понравилась. Но мы знаем, что на месте Вильгельма был не Вильгельм, а профессор. Несмотря на красоту спасенной им девушки, которая не могла не пленить ученого, Игорь Борисович старался изо всех сил скрыть возникшие вдруг симпатии. Он испугался, что эти симпатии могут перерасти в настоящее чувство, а в его ситуации, когда он находился в мире прошлого, по его собственному убеждению это было недопустимо. Поэтому он думал только о том, как доставить Ирбиз до деревни в целости и сохранности.
У первых домов Вильгельм и сопровождавший его Аждар распрощались с девушкой и отправились в свой лагерь.
Надо сказать, что Ирбиз считалась одной из первых красавиц этой деревни. К ней уже сватались молодые мужчины, но ей ни один из них не нравился. Родители даже начали переживать, что дочь засидится в девках. Но по принятым у лоугеттов обычаям без согласия девушки нельзя отдавать ее замуж.
Как-то с ней произошел один случай. В тот день отец ушел в море. Дома кроме Ирбиз находились мать и двое младших братьев. Мама попросила дочь сходить во двор за водой. Выйдя на крыльцо, девушка увидела незнакомца, закованного в диковинную железную одежду. Незнакомец находился возле сарая, рядом с которым стояли бочонки с рыбой последнего улова. Он явно проник сюда без всякого спроса и деловито схватил один из бочонков.