Амир неожиданно понял, что никогда даже не пытался поставить себя на его место. Напуганный, остро ощущавший свою беспомощность среди магического безумия Старших семей, Валентин Фицжеральд Гатри-Эванс все равно оставался рядом с матерью. Возможно, Амир никогда не полюбит его, как родного отца, но уважать сможет.
Жаль, что мама этого уже не увидит.
Кофе в чашках пошел пузырьками.
– Тяжело контролировать такую силу?
Амир мгновенно очнулся. Джил смотрела с любопытством.
– Когда как. Из-за этого я и искал Юлиана Барлоу, надеялся, он поможет мне совладать с силой. Вода с огнем не очень-то ладят. Внутри меня им как-то тесновато, – признался он. – Но с тем, что было в детстве, не сравнить. Я был опасен для всех, кроме себя самого.
– А я и не помню ничего.
– Тебе было два!
– Не представляю, через что тебе пришлось пройти, – неожиданно сказала Джил.
– И я… Ты изменилась, – едва заметно улыбнулся Амир. – И как только ты меня не боишься?
– А мне есть чего бояться? – задиристо уточнила Джил. Ее черно-белые волосы были собраны в высокий хвост на затылке. С такой прической она казалась старше.
Амир не торопился с ответом.
– История моего рождения давила на меня. В какой-то момент мне и самому казалось, что я готов на убийство, лишь бы вы… – он перевел взгляд с сестры на отчима, – наконец-то меня признали.
Амир не ожидал, что признание вырвется так просто и что он будет чувствовать только облегчение.
– Так и будешь ворочаться или заснешь уже наконец? – раздраженно поинтересовался Юлиан Барлоу у Аттины Вейсмонт, свернувшейся калачиком у его бока.
Ему никто не ответил. Подложив ладони под щеку, Аттина спала, и ее рыжие волосы, разметавшись по пледу, едва заметно шевелились на ветру. На ветру, которого не было.
Я сидела на каменистом берегу Про́клятого озера.
Именно я, не Ориан.
Прежде я понимала, что это сон. Но управлять происходящим никак не могла. Я была главной героиней и одновременно сторонним наблюдателем, никак не влияющим на происходящее.
Сейчас все было иначе.
Я наклонилась к воде, чтобы увидеть свое отражение.
Из озера на меня смотрела миловидная блондинка. Прямой нос, пухлые губы. Пышные волосы крупными локонами ложились на плечи.
Я знала это лицо лучше всех на свете, вот только моим оно не было. Из воды на меня смотрела Марина Вейсмонт. Моя сестра.
Я услышала едва различимые шаги и поспешно выпрямилась.
По берегу неторопливо шел высокий мужчина в непривычной одежде, с длинными черными волосами.
– Идрис… – Я смотрела на него с робким любопытством.
Невероятно красивый мужчина. Тонкий нос, твердо очерченный подбородок, прямые брови, глаза какого-то странного нечеловеческого оттенка – я не могла назвать какой-то один цвет, словно вокруг зрачка в кольцо свернулась маленькая радуга.
– Мне так жаль… – выдохнула я. – Я теперь знаю… Как мне все исправить?
Губы Идриса тронула мимолетная улыбка.
– Чего вы хотите? Мести?
Он отрицательно покачал головой.
– Я могу что-то сделать? Для вас?
Идрис нагнулся и заправил вьющийся локон мне за ухо.
Я дотронулась до его руки кончиками пальцев, наши взгляды встретились…
Тварь осторожно несла Марину Вейсмонт на берег, ступая по поверхности воды.
Кто-то уже ждал их на берегу. Он стоял на одиноком камне, независимо скрестив руки на груди.
– Идрис, Идрис, что с тобой стало…
Тварь повернула слепое лицо к нему.
– Но ничего, – оптимистично сообщил человек на берегу. Короткие светлые волосы падали ему на лицо, мешая разглядеть черты, – я все исправлю. Умри, отродье!
Магия невероятной, божественной силы окутала Про́клятое озеро, превращая ночь в день.
Марина рухнула в воду и начала стремительно погружаться, оставляя за собой кровавый след. Тварь металась вокруг нее, словно натыкаясь на невидимую стену.
– Вот так гораздо лучше, – удовлетворенно сообщил тот, кого я меньше всего хотела здесь увидеть, и отвернулся.
Аттина зашлась в крике, не понимая, где она и что с ней. Словно это ее грудь только что распороло надвое. Словно это она погружается в воду, безвольно раскинув руки.
Она часто и глубоко дышала, пытаясь привести мысли в порядок.
– Тише, котенок, ты в безопасности… – Юлиан Барлоу укачивал ее, как маленькую, осторожно поглаживая по рыжим волосам. – Все хорошо. Что ты видела?
– Проблемы, – прохрипела Аттина. В горло ей словно насыпали песка, в висках ломило.
– Ну кто бы сомневался. А конкретнее?
– Я знаю кто, я знаю почему, но я все еще не понимаю как! Кто бы ни был тем альвом, которого Марина призвала в наш мир, я не понимаю, почему он не пришел сюда во плоти. И самое главное, – Аттина попыталась приподняться, – он хочет отомстить не нам, а Идрису!
– В это двухсотлетие День Сопряжения обещает быть особенно занимательным, – подытожил Юлиан Барлоу, помогая ей принять устойчивое положение. – Если мы, конечно, его переживем.
Глава 31Моя сила со мной
– Мне прислали цифровую версию портрета. Хочешь взглянуть? – Гвен развернула компьютер, прежде чем Аттина успела что-либо произнести. – Знакомься: Айрис Габриэлла Льюис Коллингвуд!
С экрана на них смотрела красивая белокурая девушка с надменным взглядом светлых глаз и горделивым поворотом головы.
– Больше всего на свете я боялась обнаружить на картине свое лицо, – шепотом призналась Гвен, словно стыдясь своих мыслей. – Но мы совершенно с ней не похожи!
Аттина внимательнее всмотрелась в портрет. У Гвен было округлое лицо, высокие скулы. Смягчаясь в моменты умиротворения, ее лицо казалось кукольно-красивым. Айрис Габриэлла и вправду была совсем другой. Чуть вытянутое благородное лицо, полные губы, едва тронутые улыбкой. Разве что Илай чем-то неуловимо походил на свою предшественницу, с Гвен Коллингвуд они казались противоположностями.
В крохотном кафе в этот час, кроме них, никого не было, даже бариста куда-то вышел. Гвен Коллингвуд могла распоряжаться заведением, принадлежащим ее семье, по своему усмотрению и даже пить кофе, когда для остальных посетителей висела табличка «Закрыто».
Райден поставил на стол две чашки с кофе.
– Кто из нас красивее? – спросила Гвен, поворачивая экран к нему. – Отвечай, не думая!
– Ты, – без запинки произнес Райден, даже не взглянув на изображение. – И если Юлиан предпочтет любить призрак, то он просто идиот.
– Спасибо, я учту твое мнение, – с непередаваемой интонацией произнес Барлоу. Он только что зашел в кафе и, разумеется, все слышал. Взгляд его зацепился за экран компьютера.
Юлиан сделал несколько шагов вперед, словно завороженный, но задел стул и коротко выругался.
– Зачем пришел? – воинственно поинтересовалась Гвен. От нее не укрылось смятение Барлоу. Она демонстративно захлопнула крышку компьютера.
– Поехали.
– Куда?
– На побережье. К ночи вернемся.
– Ты же сказал, что поедем, когда все закончится. – Гвен недоуменно нахмурилась.
– Я так подумал, – Барлоу невесело усмехнулся, – лучше не откладывать. Не хотелось бы остаться в твоей памяти треплом. Завтра нам уже будет не до этого. А потом…
Аттина и Райден коротко переглянулись. Несмотря на всю свою колючесть, Юлиан Барлоу стал частью Круга. Они даже представить себе не могли, что уже завтра могут навсегда с ним попрощаться.
– Не хочу на побережье! – выкрикнула Гвен, смахивая непрошеные слезы.
– Тогда какой план?
Гвен со скрипом отъехала на стуле прочь от стола и картинно забросила ногу на ногу.
– Мне теперь принадлежит Килимскот-манор. – Она не сводила взгляда с Юлиана. – Ты хоть представляешь, сколько там горизонтальных поверхностей?
– Я думаю, для такого марафона у него слишком почтенный возраст, – хмыкнул Райден, отворачиваясь.
Аттина невнятно пискнула и торопливо сползла под стол, чтобы никто не видел, как она смеется.
На лице Юлиана Барлоу привычное раздражение сменилось недоумением, даже некоторый румянец появился.
Без угрюмой складки между бровями и фирменного презрительного взгляда он в какой-то момент показался совсем юным.
– Вот видишь, теперь получается, – сообщила Гвен Райдену. – А ты в меня не верил.
– О чем это она? – мгновенно насторожился Юлиан, провожая взглядом Аттину, которая нырнула обратно под стол, едва успев разогнуться.
Райден на всякий случай отодвинулся подальше. Вспоминать, что именно они обсуждали в день первой встречи с Юлианом, ему совсем не улыбалось.
– О том, что ты тоже пытался произвести впечатление на меня в нашу первую встречу, – с улыбкой напомнила Гвен.
Ее нога медленно покачивалась, приподнимая юбку, и как магнитом притягивала взгляд Юлиана Барлоу.
– Не было такого, – решительно открестился он.
Амир приоткрыл дверь кофейни, галантно пропуская Джил вперед. Сестра выглядела сосредоточенной. Она была по-другому причесана, черно-белые волосы туго заплетены в косы, да и одежда ее буквально кричала о происходивших внутри переменах. Задира и бунтарка, она на глазах превращалась в кого-то нового.
– Привет…
В кафе был занят один-единственный столик. Круг сидел в похоронном молчании.
Аттина встрепенулась, едва заметив их. Райден приветливо кивнул.
– Привет. А где Гвен и Юлиан?
– Вы разминулись, – охотно сообщил Дэвис. – Только что ушли.
– И куда они? – поинтересовалась Джил.
Райден любезно отодвинул ей стул рядом с собой.
– Вероятно, исследовать горизонтальные поверхности Килимскот-манор, – с улыбкой предположила Аттина и очаровательно покраснела.
Джил бросила на нее короткий взгляд, но от коммент