– Каким образом, – спросил Петрович.
– Может прессу подключить, -спросил Шабанов.
– Ты что Миша, забудь. Забудь – забудь, как кошмарный сон. Нам нельзя допустить утечки информации, – сказал Щукин. Если депутат узнает, я останусь без работы. Хотя может ты и прав. Надо позвонить и узнать. Петрович мгновенно набрал номер шефа и замер, в ожидании открыв рот. Вкратце Щукин, обрисовал то, что произошло по дороге в Карманово, опустив тот момент, что бригада выезжала на поиски немецкого золота. –Ты Сережа, где находишься, –услышал в телефонной трубке вопрос депутата. Вспомнив о придорожном кафе, где они грузили пиво и закуску, Щукин сказал:
– Трасса М-1 в сторону Смоленска, заправка «Шел» в деревне Мальцево километров восемь, не доезжая поворота на Гагарин. –Сиди там, я сейчас звякну Киселеву. Считай, что к тебе уже едут журналисты из РТР. У них огромный интерес к таким сенсациям, –сказал Калужников. –Отлично шеф! Я весь в ожидании, –сказал Щукин, и сняв с себя груз вины за продырявленные машины, глубоко выдохнул.
– Ну что, – спросил «Молчи».
– Калужников приказал ехать обратно, и ждать там журналистов. Они свяжутся с нами, когда будут на месте.
Появление помощника депутата, Сергея Петровича Щукина на экране телевизора в вечерних новостях, стало для «Ташкента» и Русакова полной неожиданностью. -Ты глянь на это, – сказал Русаков, – в любом деле найдут выгоду. Друзья замерли, глядя в «ящик». Шабановстарался скрыть лицо от камеры, когда Щукин рассказывал журналистам о кровавой разборке свидетелями, которой они стали. Показывая оператору дырки от пуль в кузове депутатского «Гелендвагена», он связал обстрел с предстоящими выборами. «Молчи», стоял рядом, пряча от камеры глаза. Журналистка из дежурной части, российского телевидения, с экрана поведала «сенсационную новость»: -Уважаемые телезрители! Сегодня во время встречи с избирателями автомобиль депутата государственной думы Калужникова Михаила Аркадьевича попал под пули наемных убийц. Благодаря самоотверженным действиям помощника депутата, Сергея Петровича Щукина, чудом удалось избежать трагедии. Как мы видим, пули в нескольких местах пробили автомобиль, – сказала журналистка, показывая крупным планом пулевые отверстия в «Гелендвагене».
– Не, ну вы видели мужики, – завопил «Ташкент». –Ну не суки же?! И здесь все перекрутили, переиначили….
– Депутат его мать, – сказал Штирлиц. -Что хочу то и ворочу….
– Кучно пули легли, – сказал спокойно Русаков, – хорошая оптика.
– Так ты успел и с пулемета стрельнуть и с винтаря залимонить, – спросил «Ташкент».
– Это я для убедительности, чтобы у них было больше впечатлений от поездки, – сказал спокойно Русаков.
– Убедил, – сказал «Ташкент», и засмеялся.
«-По счастливой случайности, ни сам Калужников, ни спутники уважаемого Михаила Аркадьевича, не пострадали. Сейчас, мы с вами, находимся на месте преступления. Со слов помощника депутата господина Щукина, сегодня здесь разыгралась кровавая трагедия. Как вы, видите уважаемые телезрители, дорога, в некоторых местах залита кровью. Со слов господина Щукина, здесь была расстреляна группа байкеров, которые вероятно ехали купаться на водохранилище.
Милиция ищет тела погибших. Вероятно, что подельщики вывезли и похоронили убитых далеко от места преступления. Милиция города Гагарин, совместно с управлением МВД западного административного района Москвы, проводят официальное расследование. С вами, была Наталья Елисеева! Специальный корреспондент канала «Вести – Дежурная часть».
Глава двенадцатая
Хитрый план
– Санчело, а тебе не кажется, что наш «Голливуд» потерпел фиаско?
– С чего ты взял, – переспросил Русаков.
– А с того, что если они просекут, что это дело наших рук, они обязательно попрутся на остров. У них же тоже есть такая штучка, как JPS нафигатор, и они разроют закладку, еще до того, как мы освежим там детонаторы.
– Как же им удалось, так быстро, напрячь журналюг, –спросил Русаков. –Как, как – скорее это работа господина Калужникова. Ему очередной раз попасть на экране телевизора, это прибавка к рейтингу. Ну, это мы еще посмотрим – кто кого!
– Мужики, а что если мы перекрутим этот нюанс в пользу, – сказал Васильевич.
– Как, – спросил Русаков.
– Предлагаю другой ход, –сказал Штирлиц. -Все что случилось, нам на руку. Нам только нужно поставить в курс Калужникова. Если он узнает, что это все «театр юного зрителя», то его рейтинг мгновенно рухнет. Его обвинят в фальсификации с целью ложной коррекции рейтинга. Надо дозвониться до господина Калужникова, и сказать, что экспертиза установила, что кровь на месте покушения принадлежит животным, а найденные гильзы от выхолощенного оружия. Судя по уликам, господин Щукин инсценировал нападение, с целью предвыборных инсинуаций. Подобный пиар ход, избиратель не поймет, –сказал Васильевич, логически осмысляя реакцию общественности. –Ты, гений Штирлиц, – сказал «Ташкент». –Дай–ка мне братец, наш волшебный телефончик. Виталий взял телефон, и от имени следователя позвонил в приемную Государственной Думы. Записав мобильный помощника депутата Калужникова Сергея Щукина, он облегченно вздохнул, и вытер вспотевший от волнения лоб.
– Мужики что-то я волнуюсь. Что будем говорить?
– Говори, что есть. Скажи, что это малолетки снимали ролик для какого-то клипа, – сказал Тихонов. -И что все это лажа…. –Алло, Калужников Михаил Аркадьевич – это вас беспокоят из УВД, западного административного округа города Москвы, майор Родимцев. Я звоню вам, вот по поводу сегодняшнего инцидента с вашим помощником Щукиным. Мне не хотелось вас беспокоить, но это дело не требует отлагательств. У нас есть подозрение, что это «покушение» на вас, есть просто хорошо подготовленная инсценировка. Вы, понимаете, что у вас, могут быть проблемы, если эта информация просочится в прессу, –сказал Виталий убедительно. –В чем собственно дело? –Дело, господин Калужников, в том, что анализ найденной на месте крови, показал, что принадлежит она животному, а не человеку! Кроме того, на этом месте, обнаружены, остатки пиротехнических изделий, которые, по всей вероятности, использовались просто для имитации нападения. Следствие предположило, что это были съемки какого-то музыкального клипа, ну, а ваши машины оказались там совершенно случайно. Если, общественность узнает, что ваш помощник господин Щукин занимается фальсификациями, то возможно, что ваш рейтинг упадет ниже плинтуса. Вы понимаете, чем это для вас чревато?! Мы прекращаем уголовное дело, за отсутствием события преступления, – сказал «Ташкент» со знанием дела. –А что вы, предлагаете, –спросил Калужников. –Предлагать будете вы! Наше дело, согласиться на это предложение или нет. Чем весомее будет ваше предложение, тем меньше шансов, этому факту просочится в прессу, –сказал Виталий настолько утвердительно, что по спине Калужникова пробежала струйка холодного пота. –Козел! Козел вонючий! На хрена, на хрена нам было звонить шефу, -заверещал Щукин. Это хорошо, что следак звонил, и на меня попал. А если бы шефу? Я уже завтра бы занял место на «бирже труда». Эта разборка просто фикция. Не было там никакой разборки. И человечьей крови там тоже нет, и кругом имитация, кругом какая–то театральная бутафория, –заорал Щукин, на «Молчи». –Я же говорил тебе, что это происки твоих спецназовцев! Всё я Виталий, заканчиваю с тобой все дела! Менты суки, чувствуют, что я попался! Теперь будут с меня бабки сосать. Какого хрена, мы туда поперлись? Неужели, у нас, не было другого места? Ты, мне скажи Миша, что еще придумают твои, как ты, говорил –лохи? Нет –это мы, с тобой лохи…. Теперь будем играть, по моим картам! Я тоже кое –чему учился. Сегодня, собираемся на стрелку у тебя в бане, –сказал Щукин, прямо в глаза Шабанову.
Как и предполагалось в стан врага постепенно начал вкрадываться разлад и все дальнейшие действия, в поисках сокровищ начинали понемногу разрушаться, превращаясь из монолитной идеи, в раздробленную дефрагментированную субстанцию. Решение возвращаться в Подмосковье в гости к Шабанову старшему возникло в голове Демидова спонтанно на почве алкогольной интоксикации.
– Так орлы- по сто грамм и выезжаем, -сказал «Ташкент», беря на себя роль лидера. -Экипировка по готовности – номер один. Едем к старику на дачу, – сказал он, и выпив сто грамм, завалился спать.
Русаков взглянул на отключившегося друга и удрученно покачал головой. Он понимал, что Виталий за последние дни вымотался до такого состояния, что стал уязвим к алкоголю. По этой причине он отрубился, компенсируя нервное истощение крепким сном. -Не устоял, сказал Штирлиц, глядя на засыпающего «Ташкента».
– Он Васильевич не спал двое суток, – ответил Русаков, наливая в рюмки алкоголь. -Нам тоже пора в люлю. Вот сейчас вмажем по последней, и спать.
Тихонов кивнул в знак согласия, чокнулся с Русаковым, и, выпив коньяк, и закусывая лимоном, сказал:
– Александр Викторович, мне кажется, что вашего сына надо искать не у Шабанова, а где-нибудь на периферии. Он не будет держать мальчика где его можно легко найти. Нам нужно, поменять приоритеты, и сам вектор поиска.
– Что ты Васильевич, предлагаешь, – спросил Русаков, смакуя, соленый лимон.
– Вы, сами говорили, что он недавно освободился из мест заключения.
– Ну да, – ответил Русаков
– А это значит, капитала пока не нажил. Бабы, скорее всего у него нет. Сейчас он занимается вопросами своего обогащения, а не поисками постоянной подружки! Если он живет у папы, он не сумасшедший держать вашего сына рядом с собой. У него или подельники, есть или тайная лёжка про которую ни кто не знает и где не испытывая опасения можно долгое время хорониться, –сказал Васильевич.
– Слушай Васильевич, а где ты раньше служил, – спросил Русаков.
– Вы же знаете – я десантник, – ответил Штирлиц.
– Я удивляюсь, откуда у тебя такое мышление. Ты думаешь, как Агата Кристи. Вас в рязанке этому учили?
– Нет, Викторович, этому не учили, это у меня природный дар. Я всегда примеряю шкуру врага на себя, и хочу просчитать его логику еще до того момента когда мне будет суждено встретиться с ним на поле брани лицом к лицу.