Я согласился, что это «хорошо», и с согласия Хелен, точнее, по ее безумному желанию, пообещал достойной паре взять имя Аллистон, когда поведу последнюю наследницу семьи к алтарю. Так обстояли дела, когда возник призрак; и мне кажется, в тот момент на всём свете было не сыскать четырёх более счастливых людей. Но леди Мариан все испортила.
Леди Мариан — так звали призрака. Она была грузинской красавицей пару сотен лет назад — шуршала в шелковой парче посреди якобитских заговоров. Ее муж предпочел короля Георга королю Джеймсу, и желание сохранить его голову и имущество сподвигло её принять эту же сторону. Но, казалось, жизнь леди Мариан была пронизана интригами, и она сделала Аллистон Хол центром своих хитросплетений, которые включали в себя полуночные визиты священников-иезуитов, французских эмиссаров от его величества в Лондоне и угрюмых сквайров, проклявших ганноверцев.
Сэр Уолтер Аллистон, будучи ревнивым мужем, равно как и верным подданным, не одобрял шалостей своей жены и обвинял ее в использовании политики для маскировки интриг, представляющих угрозу его и ее чести. Леди, имея тонкую душевную организацию, отвергла обвинение и поклялась никогда больше не говорить со своим мужем. Это привело его в ещё большую ярость, и он начал как никогда пристально следить за ней. Однажды вечером он увидел какого-то джентльмена в маске, покидающего ее покои. Не колеблясь ни секунды, он пронзил его сердце рапирой. Но сорвав маску, он с ужасом обнаружил, что жертвой была сама леди Мариан, замаскированная для какого-то выхода. Умирая, она прокляла его и заявила, что будет преследовать его и его потомков вечно…
— И она сдержала свое слово! — сказала миссис Брэг, закончив рассказывать историю. — Когда сэр Уолтер умер, она проходила по картинной галерее за ночь до этого. Она всегда приходит в знак того, что кто-то из семьи должен умереть. И я слышала, что ее видели незадолго до того, как отец Хелен отошёл в мир иной, а когда леди Аллистон умерла, дав жизнь своей прекрасной девочке, я сама лично видела призрака.
— Чепуха, миссис Брэг! Призраков не бывает, — возразил я.
— О, вы неправы, они есть. Говорю вам, я, в трезвом уме и светлой памяти, видела, как леди Мариан скользила по картинной галерее в парче и туфлях с высокими каблуками, точно таких же, какие носила при жизни.
— Вы видели призрака с тех пор, как купили Аллистон Хол, миссис Брэг?
— Не дай бог, мой дорогой; ведь если леди Мариан придет снова, это будет означать смерть Хелен, она же последняя из семьи.
Миссис Брэг, с суеверием, присущим необразованным людям, твердо верила в дурную весть, которую несёт призрак. Поэтому я ничуть не удивился, когда, вернувшись из месячного отпуска в Швейцарии незадолго до Рождества, обнаружил, что она крайне встревожена из-за того, что её байки воплотились в реальность. За две недели до моего возвращения леди Мариан, в парче, туфлях на высоких каблуках, с тростью и всем прочим, дважды видели в картинной галерее — каждый раз в полночь.
Миссис Брэг была уверена в том, что это предвещало смерть Хелен, и, будучи неспособной сдерживать свои эмоции, заразила весь дом своими страхами. Ни один слуга теперь не входил в Длинную галерею, как ее называли, после наступления темноты; и даже мистер Брэг, каким бы скептиком он ни был, стал невольно задумываться о том, что это всё могло значить.
Сама девушка выглядела не так хорошо, как до моего отъезда на каникулы. Она была бледна, худа и необычайно тиха. В её глазах был нездоровый блеск. После того, как миссис Брэг поделилась со всеми этой историей и заявила о своем намерении пригласить священника, чтобы изгнать призрака, я остался в гостиной наедине с Хелен.
— Моя дорогая, вы выглядите больной, — сказал я, обняв её. — Надеюсь, вы не верите во всю эту ерунду.
Она вздрогнула.
— Я не знаю. И домработница, и дворецкий видели призрака. Миссис Брэг постоянно говорит об этом, и я действительно начинаю думать, что в этом есть доля правды.
— Ерунда! Чепуха! Все эти разговоры и суета заставили вас нервничать и ухудшили ваше самочувствие; не так ли, дорогая?
— Да, Джеффри. Я прекрасно себя чувствовала, пока не появился этот призрак».
Я ясно понял, как обстоят дела. Хелен была чувствительна и очень взволнована, и глупые разговоры миссис Брэг довели ее до такого нервного состояния, что это отразилось на ее нежном теле. Она никогда не была сильной девушкой, но всегда была здоровой. Очевидно, именно беспокойство подкосило её состояние. Меня больше не удивлял тот факт, что Аллистоны умирали, когда, по слухам, появлялась леди Мариан. Члены этой семьи имели слабые нервы. Поэтому я понял, что если не постараюсь изгнать этот дух, если он существовал на самом деле, то Хелен может серьезно заболеть и даже умереть.
— Хорошо, что я вернулся, — сказал я мистеру Брэгу, когда Хелен удалилась переодеться к ужину. — «Она умрет, если не прекратить эти разговоры.
— Я согласен, полностью согласен с тобой, Джеффри; но что ты предлагаешь?
— Я разоблачу обманщика.
— Но откуда ты знаешь, что это обман, Джеффри?
— Я в этом уверен. Скажите мне, вы видели призрака?
— Слава Богу, нет. Я не трус, Джеффри, но меня в эту галерею ночью ничем не затащишь. Я не видел призрака, но Парсонс и миссис Джексон видели.
— Или думают, что видели. На самом деле они видели кого-то другого, одетого как леди Мариан, поверьте мне. Или страдают от галлюцинаций. Я знаю точно, что Парсонс не выпивает.
— О да! И даже если бы выпивал, миссис Джексон нет. Она не пьёт ни капли, насколько мне известно. Нет, дело не в алкоголе, я уверен.
— И они оба заявляют, что видели призрака?
— Да. Они даже поклялись в этом.
— Значит здесь какой-то обман. И если я поймаю человека, который задумал это, я… сделаю из него настоящего призрака. Вы позволите мне заняться этим вопросом, мистер Брэг?
— Конечно, Джеффри. Я просто ждал, когда ты вернешься. Узнай, что не так, и выбей все это из головы моей старухи. Она впадает в такие истерики по ночам.
— Неудивительно, что Хелен выглядит так плохо. Поверьте, все призраки перевелись, когда изобрели газ. Думаю, мне удастся доказать вам, что эта призрачная леди Мариан на самом деле из плоти и крови.
— Всё же она может оказаться настоящей, — с сомнением заметил мистер Брэг. — Я верю, что многие старинные роды имеют своих призраков, чтобы те провожали их в загробный мир. Кроме того, кто же может такое подстроить?
— Именно это мы и должны выяснить.
Но это оказалось не так легко. Я допросил миссис Джексон и Парсонса самым доскональным образом. Они подтверждали историю друг друга с такой правдоподобностью и таким количеством деталей, что не оставляли сомнений в своей честности. Очевидно, они видели даму в парче в картинной галерее; но, конечно, это не мог быть посетитель с того света. С этого момента начинается неясность. Я был уверен, что это чей-то злой трюк.
— О, вы можете смеяться, сэр, — сказала миссис Джексон, она была упрямой старушкой. — Но я вас уверяю, что видела призрака своими глазами. Я проходила через длинную галерею из комнаты мисс Аллистон, и в лунном свете шла она, цок, цок, цок, в туфлях на высоких каблуках. Я отчетливо слышала шелест её платья, и, когда она проскользила мимо меня, я почувствовала запах её духов, подобный высушенным розовым лепесткам. Это бесспорно была леди Мариан, точно такая, какой я видела её на портрете в галерее. Я упала в обморок, мистер Бошан, сэр; а когда пришла в себя, она исчезла.
Признаюсь, мне от этого стало немного не по себе. В этот момент Парсонс подхватил историю.
— Я не терял сознание, сэр, я же мужчина, — начал он, — но по коже пробежали мурашки, когда она проскользнула мимо. Я смотрел на нее, не в силах отвести взгляд, и отчётливо видел ее в лунном свете. Потом она внезапно исчезла где-то около портрета музыканта в конце галереи.
— Что вы делали в Длинной галерее в такое время, Парсонс?
— Шёл из комнаты хозяина, сэр. Он сильно простудился, и я принёс ему немного рома и воды. Ноги моей больше не будет в этой галерее, ни за какие богатства в мире. Это был призрак, так и знайте!
— Действительно? — осведомился я, явно показывая своим тоном, что не верю в это. — Позовите слуг, Парсонс.
Через несколько минут все слуги в доме были собраны. Они слились в одну безликую толпу. Многие из них сбежали бы из Аллистон Хола, если бы это место работы не было таким хорошим. Я также предполагаю, что они чувствовали себя комфортнее, держась вместе. В свободной манере я обратился к ним с пылкой речью об их, как я выразился, беспочвенных страхах.
— Господа, вы взрослые люди, — продолжал я. — Я удивлен. Как вы можете верить в такую чушь? Кто-то из вас сыграл злую шутку; и я выясню, кто это, так что будьте начеку, я всех предупреждаю.
Конечно, они запротестовали. Но этого следовало ожидать.
— Тем не менее, — продолжил я, — имейте это в виду. Я сам буду стоять и наблюдать в галерее с заряженным револьвером, и если этот призрак появится, он почувствует вкус пороха. Я не позволю, чтобы ваши хозяева и мисс Аллистон испугались глупого трюка.
Все снова запротестовали. Я распустил их, и многие ушли с румянцем на щеках. Затем я поднялся наверх, чтобы переодеться к ужину. Когда я поднимался, то заметил симпатичную, робкую на вид молодую женщину, чье лицо я не узнал. Она с беспокойством посмотрела на меня, что-то явно её тревожило.
— Кто вы? — резко спросил я, остановившись перед ней.
— Джейн Риордан, сэр, — ответила она кротким голосом. — Я здесь новенькая.
— Кем вы работаете здесь?
— Горничная, сэр. Ох, пожалуйста, скажите, сэр, вы действительно думаете, что призрак существует?
— Нет, глупенькая. Мертвые никогда не возвращаются в этот мир.
— Но как же, сэр, а Аэнорская ведьма и дух Самуила, сэр?
— О, вижу, ты глубоко религиозна. Ну, мы не будем обсуждать эти легенды. Надо просто смотреть на эти истории как на чудо и не бояться.
Она вздрогнула и с беспокойством оглянулась через плечо.