– Как вы здесь?
– Чарлз рассказывал нам, как управлять поместьем, – хором ответили мальчишки, переглянувшись, и громко засмеялись.
– И как?
– Кошмар, Кэт, по карманам лазить и то меньше науки требовалось.
– Ещё бы, но, знаешь, уж лучше управлять своим, так куда безопасней.
– Верно, – согласился парнишка. – А ты знала, что за управляющими нужно всегда присматривать?
– Нет, но догадываюсь почему.
– Они могут быть нечистыми на руку. Очень повезёт, если встретишь честного, но всё больше попадаются те, кто тащит, и если не будет хозяйского пригляда, то можно остаться без всего.
– М-да… – глубокомысленно изрекла я, забавляясь важным видом Абиса. Он степенно расхаживал по комнате, заложив руки за спину, и с задумчивым видом посматривал то на нас, то под ноги.
– Именно, но и не давать воровать тоже нельзя, лучше дозволять это делать, но понемногу и под присмотром.
– Понемногу – это сколько? – поинтересовалась я, подумав: «А Лоренс тоже нечист на руку?»
– Не знаю ещё, этого Чарлз не рассказал.
– Потом, как узнаешь, поделись, пожалуйста, уж очень интересно.
– Обещаю, – уверенно добавил парнишка и, наконец успокоившись, забрался прямо с ногами в кресло.
– Джереми, я подумала и решила, что тебе действительно будет лучше обучаться в школе.
– Ура! Абис, я тоже буду ходить в школу и познакомлюсь с ребятами!
– Там здорово! Главное – помни, чему я тебя учил.
– Чему? – тут же взвилась я, подозрительно взглянув на мальчишек.
– Как чему? – удивились оба. – Сдачи давать и защищаться, мало ли кто туда ходит, может, наглец какой.
– Ясно, только несильно, ладно?
– Конечно, чего я, не понимаю, что ли? – хмыкнул сын, заговорщицки подмигнув Абису.
– Спелись, – усмехнулась я, покидая комнату. – Ложитесь спать. Уже поздно.
День был трудным, но и вечер предстоял непростой. Мне не хотелось начинать нашу с Этьеном жизнь со лжи, но как рассказать ему о себе, об острове, я не знала.
Выходила из ванной в задумчивости и не сразу заметила сидящего в кресле Этьена. Он был одет в домашние брюки и рубашку, распахнутую на груди, выглядел он при этом по-домашнему уютным и притягательным одновременно. Застыв в нерешительности на пороге, я вдруг смутилась, ощутив, как от напавшего на меня волнения сердце забилось быстрее, а дыхание участилось.
– Кэт? Всё хорошо? – обеспокоенно спросил муж, медленно поднимаясь.
– Да, подожди… – с трудом произнесла я, громко сглотнув, метнулась ко второму креслу и быстро произнесла: – Присаживайся, я… нам надо поговорить.
– Кэт?
– Этьен, мне нужно, понимаешь?
– Хорошо, – растерянно произнёс мужчина, опускаясь назад в кресло.
– Я… – Я начала говорить, ненадолго замолкла, собираясь с духом. – Я не Кэтрин. Меня зовут Екатерина, и я не из этого мира. Мою душу притянуло в тело этой девушки, когда она просила о помощи у невидимых сил, обитающих на проклятом острове.
Выпалив всё это, я наконец посмотрела на мужа. Этьен уставился на меня ошалелым, ничего не понимающим взглядом, в глубине его глаз я видела замешательство вперемешку с отрицанием.
– Что? Это невозможно, перенос души… такого не бывает, – с недоумением произнёс он, вновь поднимаясь.
– Поверь, бывает… и останься там, так мне легче собраться с мыслями, – остановила я мужчину, растирая лицо ладонями, будто хотела всё это стереть, как не было. – Послушай, я не сошла с ума, это действительно так и… Джереми не знает, что его мама исчезла, я не смогла сказать ему об этом. Я просто однажды очнулась в теле Кэтрин на проклятом острове. Я знала, что сын девушки умирает и за его жизнь она отдала свою. Я не ведаю, что за силы на такое способны, но перед тем, как очнуться в вашем мире, я услышала голос, он спросил: «Готова ли ты изменить свою жизнь при условии, что требуется исправить чужие ошибки?» Поверь, в тот момент я была готова на всё.
– Кэтрин, это невероятно, и я хочу тебе верить, но…
– В моём мире нет магии, но есть электричество и на каретах давно не ездят, а засоряют воздух выхлопными газами автомобилей. По небу летают самолёты, которые могут перевезти несколько десятков людей из одной точки мира в другую всего за пару часов…
– Ты там оставила кого-то? – прервал меня Этьен, пытливо всматриваясь в меня.
– Нет, я была одна! Мои ноги… они были парализованы, и я их не чувствовала.
– Кэт… я не знаю, как реагировать на это, – уверенно произнёс мужчина. – Я знаю лишь то, что моё сердце замирает, стоит мне только увидеть тебя. Я хочу всегда держать тебя в своих объятиях и никогда не отпускать. Прожить с тобой всю свою жизнь… Хочу, чтобы у нас были дети, а потом внуки. Скажи, ты чувствуешь то же самое?
– Нет, прости, – тихо ответила я, ощущая себя жестокой, но врать я не хотела. – Мне хорошо с тобой, я чувствую себя защищённой, мне нравится, как твои руки прижимают меня. Меня тянет к тебе как к мужчине, но тех чувств, что ты от меня ждёшь, пока нет. На это требуется время.
– Но твоё сердце, оно свободно?
– В нём Джереми. Это тепло сохранилось от Кэтрин, а я всегда мечтала о ребёнке… В нём Абис, парнишка, запутавшийся и одинокий. Там ты… занял местечко и продолжаешь всё глубже прорастать в него…
– Кэт, тогда мне всё равно, кто ты! Я видел тебя однажды, давно, и ты привлекла моё внимание. Но моё сердце стало несвободным тогда, когда ты, с трудом сдерживая рыдания, отказалась от помощи и скрылась за поворотом в том крохотном приграничном городке. В ту ночь, когда я встретил тебя в таверне и ты сурово взглянула на меня, словно хотела испепелить своим взглядом. Там, в переулке, умирая, я слышал твой голос и шёл на его звук из той тьмы, которая затягивала меня в пучину боли. В ратуше, когда ты смело вступила в бой за своего ребёнка, и если бы не моё вмешательство, полагаю, вцепилась бы в Бастиана, и живым он не вышел бы из здания. Я тону в тебе каждый день, наблюдая за тем, как ты общаешься с детьми, со слугами… улыбаешься новому дню и радуешься как ребёнок моим маленьким подаркам.
– Этьен… – просипела я, склонившись, и уткнулась в его макушку, не заметив, когда он успел переместиться и оказаться у моего кресла на полу, – ты дорог мне, и я очень рада, что встретила тебя на своём пути.
– Кэтрин, Кэти, моя… – неистово шептал мужчина, покрывая моё лицо поцелуями. – Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.
В ту ночь мы так и не уснули. Переместившись из кресла на кровать, до самого утра лежали, обнявшись, и говорили. Говорили много. Я рассказывала ему о себе, о той жизни, что была в ином мире. А он… Этьен рассказал, как перестал жить, когда его родители и брат погибли. Что пропадал на службе, стараясь не возвращаться домой, где всё напоминало о тех временах, когда он был счастлив.
Делясь мечтами, мы поняли, что желаем одного. Большую семью, отдых на море летом и катание на санках зимой. А когда наши дети вырастут и будут жить со своими семьями отдельно, завести большую собаку и выгуливать её по тихим улочкам Вейлы. Поздними зимними вечерами сидеть у камина и обсуждать прошедший день или прочитанную книгу, а может, и сплетничать о соседях.
Нам было хорошо, уютно и спокойно. Мы, как две половинки, наконец встретились, став единым целым. Нам необходим был этот разговор, после него мы стали намного ближе, стали больше понимать друг друга.
Глава 43
– Натан, это чудесно! Где ты собрал такие пушистые бутоны? Что за цветок такой?
– Магали подсказала, – смущённо пробормотал мужчина, показывая своё творение.
– Они прекрасны и невероятно нежны, хорошо будут смотреться на ушках молодых леди.
– Хм… я подумал сделать из них броши.
– Нет, смотри, – возразила я, примеряя к груди, показав, как бы выглядела брошь, а после к ушам. – Заметил, как бутон теряется? Он слишком мал для броши, а для серёг самое то.
– И правда, так лучше.
– Ты как? Справляешься, помощь нужна? Новые сотрудники?
– Пришлось уволить одного, – ответил управляющий маленьким ювелирным заводом, и тут же, вскинув голову, пристально на меня посмотрел, ожидая возражения, а потом, чуть помедлив, продолжил: – Много болтать начал и крепил фурнитуру всегда с браком.
– Правильно, нет смысла сохранять сотрудника, если он не желает работать, – согласилась я с доводами Натана, стараясь поддержать мужчину. Всё же в такой должности он впервые, и ему было очень трудно.
– Мсье Франк сказал, есть у него на примете парочка людей, завтра придут, я поговорю с ними.
– Замечательно, значит, моя помощь здесь не требуется, – одобряюще улыбнулась я и спросила: – А когда решишься Магали сделать предложение?
– Уже… вчера, – тихо ответил Натан. – Завтра в ратушу сходим, а в выходной день в ресторан. Ты придёшь? Я и Магали хотели бы видеть тебя, Этьена, Абиса и Джереми на нашем первом семейном торжестве.
– Конечно, придём. Уверена, что и Этьен не откажется! – обрадованно воскликнула я. – Вы отличная пара и будете счастливы вместе.
Покидая завод, мыслями я была далеко. Нужно было придумать, что подарить Натану и Магали на их первый праздник, но в голове мелькали лишь цветы и конфеты.
– Мадам, – окликнула меня охрана, когда я, задумавшись, прошла мимо них.
– Гир, прости, – улыбнулась я парнишке, усаживаясь в карету. – Как ты считаешь, что лучше всего подарить новобрачным?
– Лучше всего артефакт или монеты, – ответил Гир недолго думая. – Моя сестра вышла замуж месяц назад, и им поначалу трудно было обживаться на новом месте.
– Да, согласна, но эта пара немолодая и невеста с хорошим приданым, – хмыкнула я. – Спасибо, Гир.
– В магазин за сумочкой?
– Точно, совсем забыла об этом дурацком бале, – недовольно заворчала я и, взглянув на часы, поняла, что времени на подготовку осталось совсем немного. – Давай быстро до мисс Сифи и домой.
– Будет сделано, – отрапортовал охранник, дав кучеру команду трогать.
Забрав сумочку, а вернее ридикюль, который был обязательным аксессуаром к платью, мы уже через тридцать минут были дома. На ходу приветственно махнув рукой Бланш, я ворвалась в свою комнату и принялась быстро приводить себя в порядок. Не знаю, сколько времени тратят девицы в Вейле, готовясь к балу во дворце, мне на всё хватило и часа, и то я больше потратила времени на одежду, которая была с кучей немыслимых оборочек, рюш и прочей ерунды.