– Владислав Данилович, – поворачивается ко мне Ксюша, непонятно как оказавшаяся рядом со мной. – Ваш коктейль, – протягивает мне красную кислую жижу.
– Мой, – отвечаю и делаю мощный глоток перед тем, как её послать, но слова застревают в горле оттого, с какой силой напиток обжигает горло. – ОМГ!
– Закусить? – тут же суетится и протягивает мне что-то из нарезки. – Лучше?
– Не надо, – отмахиваюсь от еды. – Всё нормально! Резко просто.
– А может, что-то другое подать, – интересуется и как бы случайно руками грудь свою сжимает, увеличив её визуально. – А?
– Мне от тебя ничего не надо! – рычу на неё, почувствовав, как быстро опьянел. – Как же ты меня достала, Ксюша! Отвали от меня! Понимаешь, Вика, вот тут у меня сидишь! В горле! В голове! И, блин, даже там! – показываю пальцем на свой пах. – Люблю я тебя, стерва белобрысая! Поняла меня, Лапина? Люблю!
– Лапина? – звучит ультраписк, а затем щёку резко что-то обжигает. Кажется, рука этой… которая напротив. – Пошёл ты!
Глава 16
Владислав
– Не хило она тебя, – тянет Егор, пытаясь ровно удержать пакет со льдом на моей щеке, но в силу его состояния не получается. – Сильная…
– Да пошла она, – отвечаю ему, пытаясь взгляд на нём, да хоть на чём-нибудь сфокусировать. – Скажи ей, чтобы уходила! Сейчас же!
– Свалила уже, – отвечает мне то ли один, то ли второй брат. – Обзывала тебя. Угрожала нам всем чем-то, но я не вслушивался. Она еле стояла на ногах, а говорила ещё непонятнее.
– И хрен с ней! Я привык! Меня моя Вика часто так ласкает, – довольно тяну. – Говорит, что я идиот и то, что… – вспоминаю с улыбкой.
– А чего это она твоя? – возмущается Егор, прервав меня. – Она моя! Я её первый увидел!
– А я её первый занял!
– А я её первый приметил! Отцу сказал о ней! Так что… – спорит со мной этот глупец, который даже не знает, чего Вика хочет от жизни и как. Я, может, тоже не очень ещё в ней разобрался, но, по крайней мере, я нашёл нужные точки общения с ней.
– Лапина моя!
– Нет, моя!
– Да моя она! Я тебе говорю! – уверяю его, приложив руку к груди. – Вот тут она у меня!
– Зачем спорить? – вмешивается Вадим. – Возьмите и спросите её сами!
– Точно! – в один голос восклицаем мы с Егором. – Адрес?
– Есть идея, – коварно усмехаюсь, придумав гениальный план. Но всё благодаря Вадиму. Правильно мама говорит, что мы не просто похожи! У нас один мозг на двоих. Вдвоём лучше соображаем. – Сейчас едем в академию и смотрим дело моей Лапиной! Потом к ней! И когда она скажет, что она моя – ты свалишь! Договорились? – предлагаю младшему дураку семьи.
– А если она скажет, что моя, то ты свалишь!
– По рукам! – пожимаю ему руку и уже собираюсь уходить, когда замечаю забытого «друга». – Это мы берём с собой, – произношу, схватив почти полную бутылку вкусноты с подставкой со льдом.
Виктория
– Да какого чёрта? – сонно ругаюсь, запахивая халат. Звонок в дверь повторяется. – Два часа ночи? – шокировано округляю глаза, взглянув на часы.
Я двойняшек только в полпервого ночи кое-как уложила. Да что за издевательство?
Кто бы там сейчас ни был, я готова убить!
Подойдя к двери, первым делом открываю глазок и проверяю, кто именно соизволил заявиться. И моя челюсть падает на пол.
Один пьяный Егор и два пьяных Влада.
– О господи! Этого мне ещё не хватало, – поджимаю губы, слушая, как в мою дверь вновь звонят.
Может, просто звонок отключить? Так они тарабанить в дверь начнут. И точно двойняшек разбудят, если ещё не разбудили.
За что мне такое, а?
Заскулив от беспомощности, открываю дверь, столкнувшись с Громовыми. Понять, кто из близнецов Влад, довольно легко. Он как дебил, смотрит на меня и лыбится глупо. А Вадим, кажется, вообще не понимает, кто его окружает и кто он сам такой.
– Чего вам? – рычу на них, скрестив руки на груди и сразу же показав, как настроена по отношению к ним.
– Любви, – отвечает Егор.
– Тебя, – произносит Влад.
– Водички бы, – тянет Вадим.
Н-да уж. Ситуация хуже, чем я думала. Двоим я нужна, а второму – вода из холодильника. И все почему-то припёрлись ко мне. Среди ночи.
Дураки! Взрослые мужики, блин, а ведут себя как… Как не знаю кто.
– Конкретнее, чего вы хотите от меня в два часа ночи? – повторяю вопрос, акцентируя внимание на главном.
– Чтобы ты сказала, кого любишь. И чья ты! – фыркает Владислав, нагло усмехаясь.
– Лапиных! Вся и полностью родительская, – заявляю, сделав оборот вокруг своей оси. – Такой ответ устроит?
– Нет! Ты должна выбрать из нас, – указывает он на себя и Егора. А этот откуда затесался? За мной же только Влад бегает. – Кого ты выбираешь?
– Идите туда, откуда пришли!
– Не уйдём, пока не скажешь, – настаивают на ответе оба брата, нахмурившись, а третий по-прежнему не понимает, в каком он мире.
– Хм-м… – тяну, решая, как выкрутиться из этой ситуации. Закрыть тупо дверь не выйдет. Не уйдут. Громовы упрямые. – То есть надо выбрать кого-то, и вы уйдёте?
– Ага!
– Тогда я выбираю его, – произношу и, схватив Вадима за руку, затаскиваю в свою квартиру. Влетев в мою квартиру, мужчине с трудом удаётся устоять на ногах и не распластаться по полу.
Оборачиваюсь к двум оставшимся в подъезде Громовым и вижу в их глазах загрузку. Воспользовавшись их временной задержкой в мозгах, закрываю дверь прямо перед их носом.
И лишь затем поворачиваюсь к тому, кого в свою квартиру затащила.
– И зачем я это сделала? – спрашиваю себя и сажаю ректора на банкетку, с жалостью взглянув на него.
Такой бедненький. Даже жалко его. Совсем на Влада непохож. Мягенький такой, приятный и не наглый. Может, и правда, его оставить?
– Водички бы, – повторяет он, и я киваю.
– Сейчас принесу! Сидите здесь, – прошу его и, схватив свой телефон с тумбы, иду на кухню, по пути набирая подругу.
Но два моих звонка остаются неотвеченными. Тогда я набираю ту, что может мне помочь. Кроме неё и Кати, я могу позвонить только Алексу. Но если он узнает, что я переспала с деканом академии, а сейчас у меня в квартире пьяный ректор, то весь семейный совет примет решение о том, чтобы я бросила академию.
А оно мне надо?
– Да, Вика, – отвечает мне Милена.
– Спасай, – начинаю с главного. – Кроме тебя, некому помочь!
– Что случилось? С двойняшками что-то? Заболели? Список лекарств присылай, и я еду, – тут же отзывается, понимая меня, как никто другой. Малышня, когда ветрянкой болела, и меня заразила, то Милена ко мне каждый день приезжала и по дому помогала. Есть готовила, за двойняшками присматривала. Плюс меня лекарствами пичкала, потому что переносила я болезнь тяжело, а мама с папой не могли быть со мной круглые сутки.
– Всё гораздо сложнее, – выдыхаю, наполняя бокал водой. – У меня в коридоре ректор нашей академии сидит. Пьяный. В дымину. А за дверью два его брата.
– Вадим у тебя? Что он у тебя делает?
– Ой, не спрашивай! – кидаю, прыснув от смеха. – Пришли все трое ко мне! Два любви просили, а этот скромнее оказался. Ему только водичка нужна. Ну, я его и взяла. Посадила в прихожей. Несу воды. А что делать дальше – не знаю! Хоть убей!
– Жди! Еду!
– Жду, – бросаю в трубку и вместе с водой возвращаюсь в прихожую, но там меня ждёт очередной сюрприз.
Мои бодрые динозаврики стоят около спящего Громова. Увидев меня, они тут же подскакивают и принимаются прятать за спины то, что давно пора выкинуть из нашего дома. Печатки. И дополняет всю эту картину лицо ректора академии в зелёный горошек со звёздочками.
Аут!
Эти Громовы меня с ума сведут! Все! Все впятером! Да-да, я своих двойняшек тоже посчитала!
Открываю входную дверь, чтобы запустить напарников спящего Громова, но около двери, на лестничной площадке и даже около лифта их не оказывается.
Не поняла…
Серьёзно? Они ушли, когда я Вадима затащила? Они что, совсем не соображают?
А ещё говорят, что женщин не поймёшь.
Закрываю дверь и обращаюсь к двум мартышкам, за проделки которых мне придётся перед ректором отвечать.
– Вы к себе в комнату, – указываю им направление со строгим видом родителя. – За это, – показываю на лицо спящего Вадима. – Будете наказаны. Неделю без телевизора и мультиков. И даже няня вам их не включит. Я вам тысячу раз говорила о том, что печатками можно рисовать на бумаге, на планшете и на доске! Всё!
– Ну, мам! – тянут они, выдавив из себя слёзы. – Он сам хотел быть класивым. Мы сплосили!
– Врушки, – прищуриваюсь, показывая им, что сейчас кому-то наказание продлю. – Марш спать! Быстро! Считаю до трёх и призову Тирекса!
– Не надо Тилекса! – кричат они и пулей убегают в свою комнату, оставляя меня наедине со спящим «красавцем».
И всё же даже сейчас я могу сказать, что Влад и Вадим хоть и похожи, но отличаются. У этого черты лица мягче и плавнее, а у Владислава они грубее и острее на скулах.
Перетащив пуфик с гостиной в коридор, опускаюсь на него в коридоре, чтобы следить за «спящей красавицей». Врубаю на телефоне серию своего турецкого сериала и жду подмогу.
Милена приезжает ко мне минут через двадцать. Вначале тихонько стучит в дверь, но затем решает позвонить в звонок, но даже этот звук не заставляет Вадима Даниловича Громова шелохнуться.
Крепкий сон у ректора, однако. Может, сфотографировать его в таком виде? И потом, в случае, если Влад приставать вновь начнёт и грозиться не поставить зачёт, шантажировать его брата? Тот всё же повыше должностью будет. Решит проблему в случае чего?
Отличный ведь вариант! Прекрасный! А если видео снять, так вообще улёт! Считай, академию с красным дипломом заочно закончу.
– Проходи, – впускаю девушку в квартиру. И пусть разница в возрасте у нас небольшая, но Милена приходится мне тётей, ведь она двоюродная сестра моей мамы.
– Хорошо, что позвонила, – взволнованно произносит и входит в квартиру, тотчас столкнувшись с Вадимом.