— Спасибо, — сказал он, — схожу.
— И еще я хотел поблагодарить. Что не сдали меня. А то сидел бы в карцере неделю.
— Я и правда собирался отвести вас в карцер.
— Да ладно, — губы у Кассия разъехались в улыбке. — Вы добрый, господин Грис, видно же. Не довели бы.
Еще бы как довел.
Лео только улыбнулся и покачал головой. Очень осторожно.
— Вот это. — Кассий постучал пальцем по карточке, что лежала у Лео на столе. — Вот для чего мы собирались в подвале. Карты сдавали. И ключ мне нужен был для этого.
Теперь Лео рассмотрел карточку. Вернее, игральную карту с очень красивым рисунком. Это был пиковый валет — черноволосый воин с аристократическим профилем, в берете с пером, с обнаженной шпагой в одной руке и нарциссом в другой.
— Вы играете в карты в подвале?
— Нет, только сдаем. Да это и не игра, по правде говоря. В смысле, игра, но не на деньги. Что-то вроде гадания. Каждый получает по карте, а потом мы ими меняемся. Все вполне безобидно.
Лео повертел пикового валета, рассматривая. Карта была самодельная и старая, порядком замусоленная. Плотная бумага, как картон, желтоватая, в коричневых пятнышках. Тонкий изящный рисунок: кажется, гравюра, от руки раскрашенная цветной тушью или акварелью. На сложном узоре рубашки виднелись остатки позолоты. Какой-нибудь коллекционер выложил бы за колоду таких карт кругленькую сумму.
— Очень красивая, — выдохнул Лео и заметил, как вспыхнула улыбка Хольцера, — это ваши карты, Кассий?
— Нет, они от прошлого выпуска остались. Школьное достояние, так сказать.
— Только не надо в них на уроке играть, хорошо? Инга забыла про свою карту. Отнесете ей?
Кассий дернул плечом:
— Сама заберет. Господин Грис, можно вас еще спросить? Насчет артефакта. Ну, который Лу видела. Инквизитор ведь его ищет?
— Конечно, ищет. Ведь из-за него эти убийства случились. Кстати, вы что-нибудь знаете о местном привидении? Видели его?
— При чем тут привидение?
— Может быть, и ни при чем. А может быть, при чем.
— Приведение раньше, чем артефакт появилось, — заявил Хольцер уверенно.
— Думаете, они не связаны?
Парень помотал головой:
— Я его еще в прошлом году видел.
— Ого! Вы его видели! А что это за существо, как вы думаете?
— Привидение, — Хольцер пожал плечами, — что же еще?
Лео вздохнул.
— Это не привидение.
— О? — Карие глаза Кассия заинтересованно заблестели. — Так вы тоже вошли в ряды свидетелей привидения, господин Грис?
— И со всей ответственностью заявляю: это не привидение.
— Интересная мысль, — удивился юноша, — а что же тогда?
Некоторое время они молча глядели друг на друга.
— Предлагаю сделку. Соберите мне информацию о привидении, какую сможете — кто когда где видел, что оно делало, где его можно встретить. Если еще покажется раз, обратите внимание, насколько оно материально. Попробуйте до него дотронуться. Или лучше киньте в него какой-нибудь мелкий предмет — пройдет он насквозь или нет?
— Вам или инквизитору? — нахмурился Кассий. — Информацию.
— Мне. Инквизитору я ничего не сказал. И, честно говоря, не собираюсь говорить. Если привидение не имеет отношения к убийствам, то зачем о нем знать Инквизиции?
— Хм, — Кассий взялся за подбородок, — а вам зачем привидение, если не для инквизитора?
— Так о том и речь, что это не привидение. Мне любопытно, кто это. Я вовсе не собираюсь его изводить, если оно не опасно. А вам самому не любопытно, Кассий?
— Я думал, это просто местный призрак. Оно никому не вредит.
— Ну и хорошо, что не вредит. Однако поинтересуйтесь им. Где его видели, где оно обитает? А я со своей стороны могу рассказывать, как продвигается расследование. Вас заинтересовал артефакт?
— Ну… да. И убийца меня тоже интересует. Я б тоже хотел его найти… он двоих уже убил, и не факт, что остановится.
— Поэтому давайте договоримся. Вы смотрите в оба, я смотрю в оба, и время от времени меняемся информацией. Годится?
Хольцер моргнул, сглотнул и сказал хрипло:
— Отлично. Договорились. По рукам.
Они пожали друг другу руки — ладонь Кассия Хольцера была твердой и теплой, хватка уверенной.
Лео взглянул на часы над дверью:
— Поспешите в столовую, Кассий. А то останетесь голодным.
— Спасибо! До свидания!
Юноша убежал. Лео вздохнул и сел на парту.
Он или не он? Безусловная харизма. Лидерские замашки. Интересуется артефактом. Видел привидение.
Аура? Аура яркая, мощная, в ней много пламенно-красного, но есть и золотистый, и фиолетовый. Но все это косвенные признаки.
Может, да, а может, нет.
Ладно. Посмотрим.
Глава 6
— Почему вас перевели с такой важной должности на востоке сюда, да еще в сферу педагогики? В вашем досье написано, что вы раньше занимались контролем лесоразработок. Ощутили призвание учителя?
— Какая разница, чем руководить, господин инквизитор?
Вотан Фоули стоял перед собственным столом, опираясь на трость обеими руками. Отвечал коротко и резко, очевидно добавляя про себя к каждой фразе «гори в аду». Присутствие Лео он игнорировал.
Мануэль де Лерида, откинувшись в директорском кресле, крутил в пальцах карандаш и смотрел на Фоули подняв бровь.
— Извольте отвечать прямо и подробно.
— Повздорил с не тем человеком, конфликт затянулся, предложили сменить место работы по-хорошему. В виду военных заслуг.
— В войну командовали дивизией?
— Да. Восемнадцатая мотопехотная.
— С военными артефактами дело имели?
— Как и все. Броню носил. Меха-кавалерия святого Креста при нас была: десять рыцарей под командованием его светлости Августина фон унд цу Альвенслебена. Его светлость сам по себе был один сплошной военный артефакт. Мы обеспечивали им поддержку и снабжение — ну, сами понимаете: если где-то сильный малефик объявлялся, так нас туда.
— Августин? Конечно, знаю его. Сейчас он визитатор в Мазовецком командорстве ордена. Превосходный воин и настоящий христианин.
Лео перевел каретку на новый абзац.
Да уж, настоящий христианин. Особо истовый. Особо преуспевший в уничтожении зла, потому что малефик ведь не может быть христианином, правда?
Среди фейских домов широко распространено христианство, которое Инквизиция считает ересью. Однако среди тех магов, кто до войны жили среди простецов, найдется немало католиков.
Фоули заметно выдохнул. Переступил, перенеся вес на другую ногу.
— Ну вот, господин инквизитор, вы тогда знаете, что такое эти их механические лошади — сначала люди боялись. Конечно! Такая бронированая громадина с огромными копытами, вся в золоте, абсолют отработанный с нее голубым огнем течет, как с вашей машины. Шутка ли — пилота и стрелка унести со всем их вооружением! Ну и топливо им подвозили грузовиками, очищеное. Насмотрелся. А после ранения, — Фоули кивнул на трость, — перевели руководить командой зачистки.
— Да, понимаю. Очень важное дело, — голос инквизитора заметно потеплел.
Ишь ты, как беседа-то помягчела. Может, Фоули выдохнет наконец и перестанет метаться по школе, придираясь к каждой мелочи?
— Тогда с артефактами малефиковыми особенно много возился, сами понимаете: после боя чуть не досмотришь, а все, что на убитых понадето, возьмет и рванет. Пока все это разберешь, артефакты по контейнерам разложишь. Гвардия малефикова вся в броне артефактной, это самая дрянь. — Фоули замолк на минуту, отдуваясь. Видно, воспоминания его беспокоили до сих пор.
Лео сообразил, что кусает губы, и поспешил расслабить лицо. Воспоминания беспокоили не только бывших генерал-майоров.
Некоторое время все слушали перестук печатной машинки и звоночки отъезжающей каретки.
— А после войны? — наконец спросил де Лерида.
— Нет. Не имел, близко не подходил и ничего сложнее морозильника в комнате не держу.
— И не видели, не слышали ничего? Не обязательно недавно. Месяц назад, полгода назад? Школа и летом работает?
— У нас тут каникул нет, сами понимаете. Уроков поменьше, но занять полторы сотни бандитов чем-то нужно. Летом они просто на стенку лезут.
— И чем вы их занимаете?
— Трудом, чем же еще. Не занятый ничем ученик хуже незакрепленной гаубицы. Если этих коней не вымотать, они раз… несут школу по камешку. Вот вы спрашиваете, почему меня в сферу педагогики определили? Да потому что знаю, как дисциплину и порядок поддерживать в доверенных мне частях. На войне и то легче людьми руководить. Тут постоянно какое-то бурление… коллектив специфический, дети… нервные.
— И в чем заключается трудотерапия?
— У Отто Нойманна мастерская, занимаются починкой приборов, несложных артефактов, иногда даже машин. Парни выйдут с профессией уже. У девочек цех пошивочный, Клара Нойманн с ними занимается.
Интересно, обыскала ли инквизиция мастерские? У Отто и правда полно разнообразных артефактов, они хоть стандартные и слабенькие, но фон создают плотный, и за ним вполне можно спрятать артефакт посильнее.
Когда Лео видел Нойманна в последний раз? Во дворе, с артефактором Лемманом и с Мордачом — тот как раз сук пилил…
— Вся продукция идет для собственных нужд? Или школа продает излишки?
— Немного продаем. Дети тридцать процентов с этого имеют, кстати. Все в бухгалтерских книгах, можете проверить.
Ах, вот откуда у них деньги!
— Проверим, конечно. Спасибо, господин Фоули, вы свободны.
— А можно вопрос? — неожиданно для самого себя подал голос Лео. Директор тяжело развернулся к нему, по-бычьи опустив голову. — Господин Фоули, почему вы велели Мордачу… Рональду Далтону спилить ветку во дворе?
Фоули немедленно налился дурной кровью, но де Лерида спокойно кивнул:
— Отвечайте, господин директор.
— Наш высокообразованный обладатель многочисленных дипломов не догадывается, что по этой ветке один из учеников смог выбраться за стены школы. И, представьте себе, я не желаю повторения подобных цирковых номеров.