С другой стороны — пульвинар врубил бы сирены по всей школе, и пришлось бы удирать, спасая шкуру, бросив Кассия и провалив дело… но какое-то чудо послало Люсьена, и…
Де Лерида что-то знал? Просчитал? Предугадал?
Да ну, брось. Пусть даже де Лерида ши, но он не всесильный провидец. Был бы провидцем — давно бы нашел артефакт.
Но вот Люсьен… Лео не удивился, если бы такое произошло при работающем кисмет. Но кисмет нет и в помине. Ликтор де Лериды возник, как бог из машины.
Чудеса.
— Спасибо, Люсьен, вы на сегодня свободны. — Инквизитор не поднял головы от бумаг, когда они вошли в кабинет директора.
Ликтор поклонился инквизиторской макушке и скрылся за дверью, а де Лерида, опять же, не глядя, указал на стул перед печатной машинкой.
— Садитесь, Лео. Сейчас я закончу.
Лео сел, покосился на машинку с заправленным чистым листом. Опять Мануэлю секретарь понадобился?
Квестор-дознаватель просматривал пухлое дело в картонной папке с завязочками, еще десяток похожих папок громоздились на столе. Лео вздохнул.
Ши или не ши? Правда, что ли, бессмертное существо из холмов, укрощенное Инквизицией? Лео подпер рукой голову, охватив лоб и рассматривая из-под пальцев сухое строгое лицо и крепко сжатые губы. Тускло поблескивала полоска серебра в жестком вороте рубашки.
А если посмотреть ауру? Давно пора это сделать, между прочим. Лео привычно расфокусировал взгляд — фигура инквизитора окуталась холодным синевато-пурпурным свечением с серебристым проблеском. Яркая и сильная аура, но абсолютно человеческая. Впрочем, Лео и самих ши никогда не видел, не то что их ауры… может, так и надо? Или это иллюзия, а настоящая аура скрыта? Ничего не понятно…
— Вы слышали что-нибудь о деятельности группы радикально настроенных маг-активистов «Синяя птица», Лео?
Де Лерида захлопнул папку и бросил ее на стол. Откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком и поглядел на Лео.
— «Синяя птица»? Да, конечно, слышал. Но их, насколько я знаю, никого не осталось уже. Группа была уничтожена еще перед войной. А почему вы спрашиваете?
— Это, — Мануэль кивнул на папки, — протоколы допросов некоторых членов группировки. Помимо прочего, там упоминается, что у лидеров одного из отрядов имелся артефакт-глушилка, скрывающий следы выброса и преобразования канденция. С помощью этого артефакта были осуществлены самые дерзкие террористические акции. А это, — он двумя пальцами поднял со стола неопрятно выглядевший лист, исписанный от руки, — это список имен лидеров и участников группировки, не всех, но для наших целей достаточный. Взгляните, если любопытно.
Лео потянулся и взял лист в руки. Читать весь список не пришлось — в самом начале столбца пара имен оказалась отчеркнута красным карандашом. Ксавьер и Эрнан Риганы.
— Артефакт-глушилка? — Лео поднял глаза. — Вы думаете, это и есть наш браслет? А его…
— Его так и не нашли, — покивал де Лерида, — Ксавьера и Эрнана тоже. После смерти их отца о семействе Риганов никто ничего не слышал.
— Артефакт-глушилка, — пробормотал Лео, — а такие вообще бывают? Как он работает, интересно… создает помехи?
— Вот уж не знаю, — хмыкнул инквизитор, — если бы я был гениальным артефактором, как Эхеверия, объяснил бы. Но если это наш артефакт, то понятно, почему его никто не смог найти. Ни я, ни Надзор.
— И это значит, что он еще в школе!
— Наверняка.
— Выходит, вот каким был ответный дар Ригану за его голема. И Риган, — Лео прищурился, — использовал подарок во зло, как вы и предполагали, Мануэль. Вот почему Эхеверия его убил!
— Не сам Риган, а его сыновья. Но в целом рассуждаете правильно. Предполагаю, узнав о деятельности «Синей Птицы», Кандид Эхеверия решил вернуть голема Ригану и забрать обратно артефакт, но Риган не согласился. Произошла ссора, голем получил конфликтующие приказы и убил своего создателя. Может быть, случайно. В любом случае Эхеверия забрал браслет.
— И его убили, — воскликнул Лео, чувствуя необычайный азарт от близости разгадки, — я знаю кто! Те самые Ксавьер и Эрнан. Отомстили за отца и забрали артефакт, который был им нужен.
И назавтра погибли сами от пуль новоиспеченной Комиссии по Надзору. А следом и вся семья. Точно проклят этот артефакт, добытый кровью.
А почему Надзор в них вообще стрелял? Ведь они взяли с собой глушилку. Ведь для того глушилка и требовалась, чтобы заметать магические следы. Не сработала? Или что-то помешало? Или ее у них все-таки не было?
Погодите… Что там было в письме — младшая дочь Синего Ворона ударилась виском о подоконник и умерла. Сразу же после гибели братьев. А потом их мать покончила с собой. Совпадение? Вряд ли. Не означало ли это, что девочка тайком вытащила у братьев браслет, а мать, узнав об этом, подняла на дочь руку… например, оттолкнула ее неудачно… этот браслет, похоже, внушает нестерпимое желание его присвоить. Проклятый, точно.
Де Лерида наблюдал за Лео, подняв бровь.
— На чем споткнулись, господин Грис?
— Не понимаю, как глушилка оказалась в школе. В руках Дедули.
На самом деле понятно. Артефакт по наследству достался Кассию, он зачем-то взял его в школу и попытался продать через Дедулю.
— Вы сказали, что о семействе Риганов с тех пор ничего не известно?
— Я нашел дом Алонсо Ригана на старой карте, — сказал де Лерида, — до войны он был открытым. Теперь он находится за периметром и, похоже, под вейлом. Моим людям найти его не удалось.
Ну понятно, дом закрыт и опечатан магом-нотариусом до момента, когда Кассий вступит в права владения. Нотариус, похоже, единственный, на кого проклятие не подействовало — он сам находится под системой мощных ограничивающих формул, обязательных для его профессии.
— Однако мы нашли кое-что другое, не менее любопытное. У семейства Риганов имелся склеп на участке старого городского кладбища, принадлежавшего магам. Не так давно вейл с захоронений был снят — это, кстати, секретная информация, нам не нужны бесчинства и вандализм на кладбищах, пусть и малефикарских. Мои люди побывали там и обнаружили, эм-м-м… некоторую аномальную активность. Я собираюсь туда съездить, взглянуть… и посчитать, так сказать, гробы. Предлагаю присоединиться, Лео. Если вам любопытно.
— Еще бы! — немедленно закивал тот. — Еще как любопытно! А зачем считать гробы? Вы знаете состав семьи Риганов?
— В принципе, узнать возможно. Если поднять записи городской администрации. Они по большей части были эвакуированы и находятся сейчас в подвалах Новой Ратуши. Но, надеюсь, раскопками заниматься не понадобится. Ну что, вы готовы, Лео?
Машина инквизитора ничуть не потеряла в своем блеске. Оказывается, все то время, пока де Лерида находился в школе, его громоздкий бронированный автомобиль занимал один из гаражей, примыкавших к школьным мастерским.
Броня машины, глянцевая, алая с золотом, была превосходно сделана артефакторами, а не просто состояла из пластин толстого металла, приклепанных по всей поверхности. Броню густо покрывали печати и сигилы, среди них Лео успел разглядеть формулы, генерирующие энергетические щиты и помехи для атакующих заклинаний. Такую защиту нахрапом не пробьешь. Ни снаружи, ни изнутри.
Лео даже поежился, подходя к машине. Казалось, что алое чудовище сейчас его поглотит и закроется, как саркофаг.
— Садитесь, не бойтесь, — пригласил де Лерида, — или вам не по душе артефакторные механизмы?
— Почему вы так думаете?
— Вид у вас взволнованный.
— Не каждый день выпадает шанс прокатиться на такой внушительной хм-м… колеснице.
— Это просто машина, Лео. Садитесь.
Мануэль дождался, пока Лео устроится на переднем сиденье, и сам сел за руль. Никаких следов охраны.
Большие железные ворота отворил Отто Нойманн, которого де Лерида призвал из мастерских. Никто из инквизиторских ликторов так и не показался.
— А… ваши сопровождающие?
— Я отпустил их. — Мануэль достал из кармана ключ и воткнул в рабочую панель машины между кнопок и переключателей. Повернул, и внутри автомобиля тихонько загудело, зарокотало, он ожил, на панели заморгали цветные огоньки. — Не хочу брать охрану с собой.
— Отчего же? Вам вроде положена охрана.
— Мне их жалко. Мало ли что нам встретится на этом старом кладбище. Да что там, я уверен, что встретится.
— Интересное дело! — возмутился Лео. — Меня вам, значит, не жалко?
— А вас никто не заставляет ехать, — парировал Мануэль. — Охрана же моя — люди подневольные. А вы что, боитесь? Так я один скатаюсь.
Какие-то детские подколки. Вы что, меня «на слабо» пытаетесь взять, господин инквизитор?
Лео выразил взглядом все возможное презрение, выпрямился на пассажирском сиденье и уставился перед собой. Громоздкий ало-золотой катафалк медленно тронулся, вырулил в переулок, и ворота за ним с лязгом захлопнулись.
Выбравшись на Лавровую, где было посвободнее, автомобиль поехал быстрее. Другие машины суетливо перестраивались, пропуская инквизиторского монстра. Катился он легко, как по маслу, вроде бы не спеша, но вот уже промелькнул за окном Новый бульвар, остались слева железнодорожные пути и фабричные окраины, а машина свернула на Чернокаменный мост, к центру Артемизии.
— На какое же кладбище мы едем? — удивился Лео.
— Сперва заедем на цветочный рынок.
— Это зачем?
— Чтобы купить цветов. Усопшим ведь полагается оказывать всяческое уважение, как считаете? А то они возьмут и обидятся на нас.
Лео озадаченно покосился на инквизитора. Тот рулил себе, удобно откинувшись в кожаном кресле, чуть только не насвистывал. Кажется, у него и вправду было хорошее настроение.
— Мануэль, вы опять надо мной смеетесь?
— Я страшно серьезен. — Он не улыбался, но в зеркальце над лобовым стеклом Лео заметил подозрительно довольный прищур. — Нужен красивый букет.
— Хм… не поздно? Уже темнеет.
— Успеем.
И действительно успели. Алый инквизиторский монстр подкатил к воротам Центрального рынка, где произвел краткую панику среди старушек, которые даже после закрытия главного здания прода