Лео взглянул глазами голема — в лазарете было темно, только под дверью светилась полоска. В коридоре горел дежурный свет. Эмери сидел, опираясь о спинку кровати, и смотрел на дверь — даже в темноте было видно, насколько он бледен. Ждет назначенного срока.
В четверть двенадцатого Лео отправил Камбалу вскрывать замок на черную лестницу, а сам надел пальто и взял сверток с одеждой и ботинками Леммана, выключил свет и осторожно вышел в коридор. Виктор и Рита сейчас, должно быть, обходят учебное здание — теперь дежурные работали парами, не разлучаясь. До интерната они доберутся где-то в начале первого, а вот будут ли проверять черную лестницу, Лео так и не узнал. Но, если что, тульпы предупредят.
Дверь с учительского этажа на черную лестницу комендант так и не запер, забыл, наверное. Лео включил фонарик и спустился на два этажа ниже. Камбала как раз заканчивал трудиться над замком. Лео приоткрыл дверь, пропустил голема и отправил его вниз: взламывать все замки по ходу бегства и разведывать дорогу.
Через несколько минут рядом материализовалась Инза. Лео заметил, что хоть сердце и вздрогнуло при ее появлении, аура страха отсутствует — пугала Инза совершенно сознательно.
— Идет, — шепнула она.
Лео сунул фонарик в карман и снова приоткрыл дверь — тощая фигурка в светлой пижаме ввалилась в щель и вцепилась в подставленную Лео руку. Мальчик тяжело дышал ртом — он едва на ногах держался, а ноздри у него были заткнуты тампонами.
— Г-господин Грис…
Лео сунул в руки Эмери одежду.
— Надевай прямо поверх пижамы. Инза, спустись вниз, посторожи, как бы дежурные сюда не завернули.
— Пусть лучше Маркиз идет!
— И-инза, — простонал Эмери, болезненно жмурясь.
— Не упрямься, дорогая, — сказал Лео. — Это ответственное задание. А Маркиз — он всего лишь кот.
Девочка фыркнула и исчезла. Лео достал фонарик и развернул сверток.
— Сам оденешься или помочь тебе?
Эмери мотнул головой, стянул с волос шапочку и сунул в карман пижамы. Затычки отправились туда же.
Камбала подергал поводок — дорога была свободна. Лео велел ему отправляться на угол Лавровой и Казарменного и сторожить машину Алека. Длины поводка едва хватало, но Лео не хотелось бы топтаться с мальчиком на улице и мерзнуть. Пусть лучше Алек подождет.
Эмери тем временем боролся с брюками, пришлось его поддержать, чтобы не упал.
— Г… господин Г-грис, — речь пока давалась Эмери с трудом, он говорил медленно и заикался, но говорил же!
— Называй меня просто Лео. Я не Грис, я Цинис. Ну или Гавилан, если по-фейски.
— О-о! — Эмери мотнул головой, отбрасывая челку, уставился на Лео с восхищением. — С-сам Г-гавилан з-за мной приехал! Вы м-меня искали? Именно меня? Отк-куда…
— Я искал ребенка-малефика. — Лео расшнуровал ботинок и опустился на колено. — Давай сюда ногу.
— Я с-сам!
— Ты сам на ногах держись, пожалуйста. Я искал ребенка-малефика. Любого. Но им оказался ты, Сантана. Это, знаешь ли, удача для нас обоих.
— А-а… — Эмери опустил голову.
Бедняга понадеялся, что кто-то остался жив и искал его. Увы.
— Я был знаком с твоей мамой и сестрой. Не знал, что у Ассунты есть еще и сын. Она скрывала тебя, да? Давай вторую ногу.
Эмери покорно сунул стопу в ботинок.
— Не вешай нос. — Лео, сидя на корточках, заглянул в склоненное лицо. — У меня тоже никого почти не осталось. Только бабушка и дядя. А твоих родственников мы поищем, наверняка кто-нибудь найдется. Бабушки, дедушки, дядья, кузены…
— Г-господин… Лео. Я х-хотел спросить.
— Спроси. — Лео подвернул слишком длинные брючины.
Выглядел Эмери, как беспризорник, ну да ладно. Главное, чтобы штаны не потерял и ботинки не свалились.
— Вы з-знаете, ч-что там с Кэсс-сом? Его у-увез Надзор. Его н-не накажут за п-помощь мне?
— Я думаю, его забрали, чтобы проверить вне очереди. Он все-таки Риган. Кассий же не имеет разлома?
Эмери помотал головой.
— Тогда бояться нечего. Хольцер не дурак и не трус и актер неплохой. Он не проговорится, а допрашивать конкретно о тебе его не будут. Не волнуйся.
Лео встал, встряхнул Леммановское пальто и накинул Эмери на плечи.
— Я д-даже письма не успел ему н-написать, — пробормотал мальчик, болезненно моргая. — Мы н-никогда б-больше не увидимся?
— Придумаю что-нибудь, — пообещал Лео. — Я отправлю тебя к своему дяде, а сам останусь. Заодно дождусь Кассия и расскажу ему все. Может, это он тебе письмо напишет, а я передам. О, машина пришла. Пойдем, держись за меня.
Это был компактный грузовичок-фургон с рекламными надписями на брезентовых боках. Камбала спрыгнул со стены прачечной на заснеженную крышу, шустро пробежал по кабине и заглянул в окно. По стеклу туда-сюда гуляли дворники, а в глубине маячило чье-то широкое лицо с щеточкой усов над верхней губой.
— Останетесь? А вы… а вас…
— У меня тут незаконченные дела. Погоди-ка.
Камбала отчаянно дергал поводок. Лео остановился посреди лестницы и взглянул его глазами внимательнее.
Со стороны Лавровой улицы прямо на грузовичок светил сильный фонарь-прожектор, и Лео велел Камбале прилипнуть к крыше и не двигаться. Свет приближался, и Лео, вернее, Камбала, смог разглядеть сквозь летящий снег две фигуры в шинелях. На околышах фуражек блеснули алые с золотом значки — Санкта Веритас.
Бездна! Лео застонал сквозь зубы. Люди падре Жасана, они так и бродят, оказывается, вокруг школы, даже ночью. Сейчас начнут выяснять, что фургон делает в этом районе в неположенное время.
— Г-господин Грис? — встревоженный голос Эмери вернул Лео из переулка на черную школьную лестницу. — Что с-случилось?
— Инквизиция. Они еще с прошлой ночи обыскивают весь район вокруг школы, ищут мага-хоста. Инза натворила дел.
— О-она сейчас в-внизу, у двери во д-двор. — Эмери вцепился одной рукой в перила, другой в рукав Лео. — О-она ничего…
— Она покушалась на падре, и этого хватило. Какой же я дурак! Почему я решил, что инквизиторы ушли ни с чем? Если они привяжутся к Алеку…
Камбала рванул поводок с такой силой, что Лео едва не свалился с лестницы. Перед внутренним зрением вспыхнул свет фар, очертил полукруг по стене дома, взревел мотор, и поводок лопнул, хлестнув отдачей по глазам.
На мгновение Лео показалось, что он ослеп. Он схватился за лицо, принялся тереть глаза.
— Г-господин Грис! Лео! Л-лео?
— О-о, семь адских обиталищ и все их демоны, — простонал он, промаргиваясь и тряся головой, — я дважды дурак. Придушите меня кто-нибудь, а?
Тяжело опустившись на ступеньки, он опять схватился за голову. Фонарик, подпрыгивая, покатился вниз и замер посреди нижней площадки, бестолково освещая стертые плитки пола.
Проклятущий Алек! Уехал. Просто взял и уехал, бросив мага одного разбираться со своими делами. Ну, Беласко, ну, спасибо тебе! Удружил, что тут скажешь. Что у тебя за фактотум такой дрянной? Трусливая крыса, а не фактотум.
А что ему оставалось делать, если инквизиция потребовала немедленно убираться? Можно сказать, нам еще повезло, что солдаты Санкта Веритас получили приказ никого не впускать и не выпускать. Будь там Мануэль или падре Жасан, они бы сперва пронаблюдали, зачем приехал грузовик и кого он ждет.
— Л-лео? — Эмери присел рядом, заглядывая в лицо. — Все с-сорвалось?
— Хуже, чем сорвалось, — с трудом выговорил Лео. — Фактотум уехал и увез Камбалу. Мы потеряли голема. Потому что я полный кретин. Зачем я велел Камбале залезть на машину? Придурок!
— Г-главное — его не уничтожили, — в тихом голосе Эмери звучало сочувствие, — просто п-поводок порвался. Н-найдете его, он ж-же у фактотума, да?
— Ты не понимаешь. Тебя надо увозить как можно скорее. Сегодня. Пока Мануэль… квестор-дознаватель не догадался, что его теория о взрослом маге-хосте ошибочна. Что так смотришь? Де Лерида не верит, что воплотить тульпу может подросток вроде тебя. Он считает, что это под силу только взрослому, да и тот, по его мнению, должен быть безумен и чуть ли не при смерти.
Эмери моргнул и потрогал себя под носом, словно проверяя, не течет ли кровь.
— В-вообще-то… вообще-то он прав. — Мальчик громко сглотнул и отвел глаза. — М-мама г-говорила, что я… у-уникум. О-она у-учила меня и п-помогла создать М-маркиза. М-материализов-вать. М-мне с-семь л-лет было.
— Фантастика. — Лео покачал головой. — И правда, уникум. Так тем более! Де Лерида хочет найти тебя и убить твоих тульп, а я вместо того, чтобы… ох, погоди. — Он сжал пальцами виски. — Дай я подумаю.
Тоху, боху и хасек! Это полный провал. И что теперь делать?
Так, Цинис, перестань причитать и возьми себя в руки. Время идет. Ругать себя потом будешь.
Сможем ли мы пройти через инквизиторское оцепление и добраться до квартала старых загородных вилл, где стоит дом дяди? Камбалу я бездарно упустил, но у нас есть две тульпы, которые могут идти впереди и разведывать дорогу. Два человека в темной одежде — это все-таки не машина с фарами, можем и проскочить.
А вот дальше? Дом Беласко далеко, в старых кварталах Артемизии, вытянутых вдоль реки. Транспорт ночью не ходит, извозчика не поймаешь. Пешком разве что к утру дойдем. Через ночной город, снегопад и полицейские патрули, которые вполне могут заинтересоваться, куда мужчина тащит подростка в одежде с чужого плеча. И главный вопрос — дойдет ли сам подросток? От лазарета до лестницы он едва доковылял…
Лео скосил взгляд на сидящего рядом на ступеньке Эмери. Тот нахохлился, закутавшись в пальто, подтянув колени, утонул с головой в поднятом воротнике. Веки прикрыты, между сдвинутых бровей залегла складка. Галчонок и есть. Никуда он не дойдет, спасибо Инзе.
Лео спустился, чтобы подобрать фонарик. Вернулся, сел на прежнее место. Лестничные пролеты доверху заполняла тьма, неподвижная, пахнущая застарелой пылью, сырыми половыми тряпками и холодом — самым бесприютным из всех школьных запахов. Где-то посвистывал сквозняк, и отсвет фонарика ложился на бельма узких окон, доверху замазанных известкой.