Легенда гласит, что Кирби, оказавшись в DC, был так добр, что не хотел ни у кого отнимать работу и попросил себе серию, у которой нет постоянного авторского состава. По другой версии, Джек пожелал работать над серией с самым низким уровнем продаж, чтобы «показать свою силу». Так или иначе, он получил в свое распоряжение журнал «Superman’s pal Jimmy Olsen».
Людям из DC нужно было узнать, насколько хорошо Джек, привыкший в Marvel рисовать собственных персонажей, созданных вместе со Стэном Ли, сможет работать с персонажами другого издательства.
Кирби, в свою очередь, также планировал испытать свое новое руководство. Ему было интересно, насколько широкой окажется обещанная Кармайном Инфантино творческая свобода? В первую очередь, Джек заявил о том, что «метод Marvel» уже сидит у него в печенках и работать он будет только по подробным сценариям с заранее написанными диалогами. Ну, или будет в одиночку придумывать себе сюжеты, рисовать и самолично вписывать реплики. И деньги получать за двоих. Инфантино свое обещание сдержал и предоставил Джеку Кирби полный карт-бланш.
С воодушевлением Джек принялся за «Superman’s pal Jimmy Olsen» и сделал все, чтобы читатели крепко запомнили – теперь это журнал Кирби, в котором вы найдете все, за что любите Короля. У Джимми Олсена тут же потяжелел лоб, на страницах журнала стали появляться фирменные фотоколлажи, а среди персонажей появились старые герои Кирби, созданные когда-то еще для National Publications – «Defender» и «Newsboy Legion», Защитник и Легион мальчишек-газетчиков. Именно в серии о Джимми Олсене впервые появился и самый известный персонаж DC, придуманный Джеком Кирби – суперзлодей Дарксейд.
Однако у творческой свободы вскоре все-таки обнаружились границы. Кирби, по-прежнему стремившийся к максимальному объему рисунка, достигал этого эффекта не только за счет перспективы, хитроумных конструкций и элементов фотоколлажа. Немаловажной частью «плоского 3D» был и внешний вид персонажей – в том числе и массивные, тяжелые черты лица. Эти особенности распространялись на подавляющее большинство героев «Superman’s pal Jimmy Olsen», в том числе и на обоих титульных. И самое пристальное внимание руководства привлек один из них. Редакторы были возмущены тем, как Кирби обошелся с Суперменом, главной звездой издательства, способы изображения которого были максимально стандартизированы. Большинство героев прятали лицо за масками и потому руководство не так уж сильно волновало, как они выглядят без них, но вот Супермен – другое дело.
Если челюсть Супермена становилась у Кирби слишком квадратной, а криптонский лоб – слишком широким, то художники Аль Пластино и Мерфи Андерсон просто перерисовывали лицо Человека из стали. Такая правка порой распространялась и на других персонажей, включая самого Джимми Олсена, но лицо Супермена перерисовывали чаще всех.
Джеку Кирби, конечно, такие вольности с его рисунком страшно не нравились. Похожее чувство он испытывал в Marvel, когда диалоги, написанные Стэном Ли, искажали, по мнению Кирби, нарисованную им историю. Вот только с начальством DC своими переживаниями по этому поводу Джек предпочитал не делиться.
Эксперименты Джека над серией «Superman’s pal Jimmy Olsen» приносили не лучшие плоды. Первый номер с именем Кирби на обложке продался непривычно хорошо, но уже со второго выпуска, нарисованного Кирби, продажи начали падать. В апреле 1972 года Кармайн Инфантино решил, что Джеку Кирби стоит заниматься другими проектами.
После периода, проведенного с именем «Кирби» на обложке, журналу про Джимми Олсена уже не суждено было вернуть былую популярность. В семьдесят четвертом году серию пришлось объединить с близкой по духу «Superman‘s girlfriend Lois Lane» и назвать «Superman Family».
Однако Джека Кирби едва ли волновали коммерческие перипетии журнала, над которым он никогда не стремился работать. Параллельно с «Superman’s pal Jimmy Olsen» Король работал над историями о своих собственных героях.
В начале 1971 года DC Comics представили читателям США комикс «New Gods» за авторством Джека Кирби.
Несмотря на то что первый номер Людей Икс был создан самым громким дуэтом в истории комиксов – Стэном Ли и Джеком Кирби, своей теперешней международной популярностью мутанты издательства Marvel едва ли обязаны им.
Приключения оригинальной команды Людей Икс в первую очередь привлекали читателей схватками с террористом Магнето и его Братством злых мутантов, а также с неорганизованными до поры до времени преступниками вроде Унуса Неприкасаемого. Конечно, комикс не обходился без подростковых страданий из разряда «у тебя, конечно, парень/у меня подруги нет», но вот заменить интригу «Как победить непобедимого» интригой «Кто с кем встречается» впервые пришло в голову именно Кристоферу «Крису» Клермонту – автору почти всех мало-мальски значимых историй о Людях Икс.
Если Стэн Ли привнес в истории от Marvel человеческие страсти и шекспировские диалоги, то у Криса шекспировским было все: сюжеты, позы, герои и злодеи. Стать писателем-классиком американской литературы у Клермонта не вышло, поэтому свой «большой американский роман» он был вынужден создавать на страницах комиксов о мутантах. Надо сказать, это у Клермонта получилось, потому что он, как и обязанный ему своей популярностью Росомаха, был «лучшим в том, что он делает».
Даже Джим Шутер отзывался о Клермонте так:
«Крис был просто велик! Мы с ним, конечно, дрались, как кошка с собакой, и я уверен, что он меня терпеть не мог, но я ему доверял. Он в одиночку выстроил всю франшизу Людей Икс. Он сам находил художников, когда они были нужны. Он старался работать с лучшими специалистами по покраске и по шрифтам, он даже платил им из своего кармана. Он всего себя отдавал работе…»
Поток событий, который Клермонт обрушивал на читателей «Людей-Икс» второй половины семидесятых годов, был таким стремительным, что захватывал накрепко: из подросткового командного комикса «The Uncanny X-Men» превратились в бесконечный праздник приключений у черта на куличках. От старой команды остались Циклоп и Джина Грей (нам на радость, а себе – на беду). На первый план Крис Клермонт вывел новых звезд, представленных Леном Вейном и Дейвом Кокрумом в журнале «Giant-Size X-Men #1», – Росомаху, Шторм, Колосса и других.
Особого внимания заслуживают женские персонажи. Если раньше в супергеройских командах девчонок было не сказать, чтобы много, то в Людях Икс Клермонта постепенно появился целый фем-ассортимент. Причем не только в ростере команды мутантов, но и с противоположной стороны баррикад. Мальчишки, читавшие комиксы в школьном автобусе, мечтали оказаться на школьной дискотеке в компании Китти Прайд. А повзрослевшие лбы сохли по Белой Королеве «Клуба адского огня» или по чернокожей Ороро Монро, умеющей осыпать противника градом побивающим, но не способной подобрать для своего костюма прочную ткань (именно поэтому, собственно-то, и сохли).
Истории Клермонт всегда закручивал настолько лихо, смело вводя новых персонажей и придумывая миры, планеты и сущности, что сейчас кажется, откажись Крис от работы над Людьми Икс на середине какого-нибудь своего сюжета, прочим авторам осталось бы только панически применить ход «и вдруг все взорвалось», чтобы выкрутиться из очередного парадокса Клермонта. Десятки сюжетных линий, судьбы сотни персонажей Крис сплетал настолько крепко, что к определенному моменту читать только Людей Икс было уже невозможно – приключения мутантов продолжались на страницах нескольких смежных серий, постоянных и ограниченных, писал которые все тот же неутомимый Крис Клермонт.
Однако у такого подхода было два существенных недостатка. Первый – Крис постоянно развивал свои сюжеты за счет новых персонажей, и всех этих персонажей нужно было куда-то девать. Более того – по примеру Клермонта, которому новые лица в комиксах придавали популярности, прочие авторы Marvel сами начали грешить огромным количеством новых имен, думали: «Создам сразу штук десять, кто-нибудь выстрелит, и я стану звездой, буду ездить на конвенции в Париж, есть перепелов и пить шато-рюсс». Справляться с этим угаром нэпа приходилось шеф-редактору Marvel Джиму Шутеру:
«Мне приходилось говорить людям: ничего не придумывайте! Используйте старых злодеев. Конечно, были люди масштаба Клермонта, которых от этого не удержишь – они все равно будут придумывать новые вещи. Но были и другие. Не самые лучшие писатели в мире. Они прекрасно понимали это и пытались, создавая все новых и новых персонажей, стать более значимыми фигурами…»
Отсюда частично вытекала и вторая проблема. Истории Криса Клермонта крайне неприветливы по отношению к новым читателям. Еще раз послушаем нытье Джима Шутера:
«У Криса получалось так: вот у нас есть Шторм. В выпуске один парень зовет ее какой-нибудь «Бурегонительницей», другой – Ороро, ну вы понимаете, о чем я. Так вот, если вы – новый читатель, то вы подумаете, кто, черт возьми, вообще эта баба такая? Приходилось постоянно повторять: ребята, у нас есть новые читатели, которые не знают всех подробностей – и нам нужно просто рассказать им историю, сечете?»
Фантасмагория Людей Икс зачаровывает, но вам придется прочесть не один десяток журналов, чтобы хотя бы отдаленно начать разбираться в сюжетных конструкциях Криса. Единственная линия, которую можно подхватывать с любого момента, это пресловутое «Кто с кем встречается», и не из-за того, что она отличается каким-то особенным постоянством, а потому что встречаются все и со всеми. Потому Криса Клермонта и считают зачинателем «мыльной оперы» в комиксах.
В полную силу талант Криса Клермонта раскрывался только тогда, когда у него появлялась возможность создать герметичную историю, не требующую продолжения прямо здесь и прямо сейчас. Такой историей, например, стал комикс «God Loves, Man Kills» – грозная и мрачная история о ксенофобии, которую было бы полезно про– или перечитать. Особенно сейчас. Особенно в России.