— Нет, думаю, он отлучился в уборную, — отвечает она. Я подношу руку ко рту и начинаю лихорадочно постукивать ногтем по переднему зубу.
— Ладно, платье я беру, но не хочу, чтобы Джесси о нем знал. — Зои хлопает в ладоши, и я улыбаюсь, глядя на ее довольное лицо. — Что это? Я указываю на еще одну вешалку, которую она прикатила.
— Он хочет, чтобы у тебя было много платьев. — Она пожимает плечами.
Я смеюсь. Он слишком далеко заходит в правиле мгновенного доступа. Я выбираюсь из платья и испытываю еще один укол неуверенности, когда Зои берет его и дает строгие инструкции молодой девушке не показывать его Джесси. Я принимаюсь за другие наряды. Возьму максимум три, и ему лучше со мной не спорить.
Сжигаю миллион калорий, надевая и снимая десятки платьев. Стопки «да», «нет» и «возможно» растут, и я удивлена, что мне это нравится. Джесси откидывается на спинку дивана и смотрит, как я появляюсь и исчезаю, каждый раз в новом платье.
— Она похожа на манекенщицу, не так ли? — говорит Зои Джесси, когда я появляюсь в очень коротком, сером платье от Chloe. Мне оно нравится, но, как и все другие платья, цена которых превышает триста фунтов, оно отправится в стопку «нет».
Наблюдаю, как на лице Джесси появляется шок.
— Сними его! — выплевывает он, и я, смеясь, возвращаюсь в примерочную. Мне оно нравится, но Джесси прав, оно слишком короткое. Могло бы сойти за нижнее белье.
Закончив, наконец, все примерять, пребываю в состоянии шока. За пару часов я переоделась больше раз, чем за этот месяц. Мы с Зои просматриваем стопку «да», и я немного волнуюсь, понимая, сколько платьев мне нравится. Перебираю вешалки, пытаясь сузить круг поисков.
— Итак, что тут у нас? — слышу приближающийся голос Джесси. Я съеживаюсь.
— О, она сделала потрясающий выбор. Умираю от ревности, — говорит Зои. — Сейчас все для вас упакую.
Вот черт!
Я еще больше смущаюсь, когда Джесси протягивает Зои кредитную карточку. Она берет ее и оставляет нас одних.
— Джесси, мне очень не по себе от этого. — Взяв его за руки, встаю перед ним, чтобы полностью завладеть его вниманием.
Его плечи разочарованно опускаются.
— Почему? — в голосе звучит искренняя боль.
Я смотрю, как Зои исчезает со всеми понравившимися мне вещами.
— Пожалуйста, я не хочу, чтобы ты тратил на меня столько денег.
— Это не так уж много, — пытается успокоить он меня, но я видела ценники. Это слишком дорого, и я даже не знаю, сколько стоит то платье.
Я смотрю в пол. Не хочу устраивать скандал в «Харродс». Вновь поднимаю на него глаза.
— Купи мне только платье на вечер. Для меня это было бы приемлемо.
— Всего одно? — спрашивает он с несчастным видом. — Еще пять, и сделка твоя.
Я приятно удивлена.
— Два, — все равно возражаю я.
— Пять, — бросает он в ответ. — Это не было частью сделки.
Нет, не было, но мне уже все равно, сколько ему лет, такое мы уже проходили. Я выяснила, что, пока совершаю маневры, Джесси остается на прежнем месте, с которого начал.
Прищуриваюсь, глядя на него.
— Мне все равно, сколько тебе лет. Держи свой дурацкий возраст в секрете.
— Ладно, но все равно пять, — соглашается он. Подозреваю, он и так не выполнил бы свою часть сделки. — Мне нужно позвонить, — он целует меня в губы. — Иди и выбери пять платьев. Моя кредитка у Зои. Пин-код: один, девять, семь, четыре.
Я отшатываюсь.
— Не могу поверить, что ты только что назвал мне свой пин-код.
— Никаких секретов, помнишь?
Никаких секретов? Он что, издевается? Он уходит, а я испытываю внезапный, радостный момент понимания. Быстро подсчитываю в уме.
— Тебе тридцать семь, — кричу ему в спину. Он останавливается. — Твой пин-код. Ты родился в семьдесят четвертом. — Не могу сдержать торжества в голосе. Я его расколола. Мужчины так предсказуемы. — Ты ведь вовсе не солгал, правда?
Он медленно поворачивается и одаривает меня своей фирменной улыбкой, предназначенной лишь мне, прежде чем послать воздушный поцелуй и оставить меня выбирать пять платьев.
Выйдя из отдела, обнаруживаю Джесси в ожидании меня. Не потребовалось много времени, чтобы выбрать пять понравившихся платьев.
Я протягиваю ему кредитку и целую в щеку.
— Спасибо. — Не уверена, благодарна ли я больше за платья или за то, что он проговорился, и я узнала, что ему действительно тридцать семь. В любом случае, я очень счастливая девушка.
— Пожалуйста, — он забирает у меня пакеты. — Ты устроишь для меня еще один показ? — Он поднимает брови.
— Конечно. — Я не в силах ему отказать, когда он настолько благоразумен. — Но платье для вечера ты не увидишь.
— Какое из них ты выбрала? — с любопытством спрашивает он. Они все ему понравились, но платье, что надежно спрятано в чехле для одежды, он не видел.
— Позже узнаешь. — Он прижимается лицом к моей шее, и я впитываю ощущения. — Значит, моему мужчине действительно скоро стукнет сорок.
Он отстраняется и закатывает глаза, затем берет меня за руку и ведет через торговый центр.
— Тебя это беспокоит? — небрежно спрашивает он, но я знаю, что он волнуется.
Это не беспокоило меня раньше, не беспокоит и сейчас.
— Вовсе нет, но почему это беспокоит тебя?
— Ава, помнишь один из первых вопросов, что ты задала? — Он смотрит на меня сверху вниз.
Как я могу забыть? До сих пор не знаю, откуда он взялся.
— Почему ты солгал?
Он пожимает плечами.
— Потому что ты бы не спрашивала, если бы это не было для тебя проблемой.
Я улыбаюсь.
— Меня нисколько не волнует, сколько тебе лет. Это из-за седых волос? — спрашиваю с каменным лицом, когда мы поднимаемся по эскалатору.
Он встает на ступеньку ниже и поворачивается ко мне. Наши глаза почти на одном уровне.
— Считаешь себя смешной? — спрашивает он. Он не оценил такого комментария. Я не должна его дразнить, когда это для него явная проблема.
Не могу сохранить невозмутимое выражение, и когда он наклоняется и перекидывает меня через плечо, подавляю визг. Он не может вести так себя в «Харродсе»! Я одергиваю подол платья. Джесси плевать на общественное мнение относительно своего поведения. Он подхватит меня, соблазнит или будет кипеть от ярости, где ему заблагорассудится. Ему все равно, и, честно говоря, мне тоже.
Он выносит меня из торгового центра на Найтсбридж, ставит на ноги, и я, поправив платье, беру его протянутую руку, и мы идем обратно к машине. Я даже с ним не связываюсь. Такое быстро стало обыденностью, будь то наедине или в публичном месте.
— Мы пообедаем в «Поместье», — говорит он, укладывая пакеты с покупками в багажник, а затем усаживает меня в машину. Присоединяется ко мне на водительском кресле и одаривает улыбкой, прежде чем надеть очки. — Получаешь удовольствие от сегодняшнего дня?
Так и было, пока он не напомнил о необходимости ехать в «Поместье». А мне еще предстоит провести там целый вечер.
— Безусловно. — Но пока я с ним, не могу жаловаться.
— Я тоже. Пристегни ремень. — Он заводит машину и с ревом врывается в обеденный поток машин, включает стерео и опускает стекло, чтобы весь Найтсбридж мог услышать «Dakota» в исполнении The Stereophonics.
Глава 19
Джесси резко тормозит возле «Поместья», где на ступеньках нас ждет Джон. Рядом припарковано всего несколько машин, включая мою. Я и забыла, что она здесь.
— Пойдем. Хочу быстрее закончить с делами и вернуться домой, чтобы провести несколько часов с тобой наедине. — Он хватает меня за руку и ведет дальше.
— Тогда отвези меня домой, — бурчу я, зарабатывая слегка хмурый взгляд.
— Я тебя игнорирую, — бормочет он.
— Ава, — приветствует кивком Джон, когда мы проходим мимо, а затем следует за нами.
— Все в порядке? — спрашивает Джесси, следуя со мной к бару. Там пусто, если не считать суетящегося персонала. Он усаживает меня на барный стул и располагается напротив, положив мою руку себе на колени. Вижу Марио, который полирует оборудование для разлива напитков.
— Все путем, — громыхает Джон. — Поставщики провизии на кухне, группа приедет в пять, чтобы подготовиться. У Сары все под контролем. — Он делает знак Марио, чтобы тот подошел, а я ощетиниваюсь при упоминании ее имени.
— Отлично, где она? — спрашивает Джесси.
— В твоем кабинете разбирает пакеты с подарками.
Пакеты с подарками? Какой бы подарок вы туда положили для вечеринки в секс-клубе? О боже, даже и знать не хочу.
Подходит Марио и перекидывает через плечо полотенце. Его теплая улыбка автоматически заставляет меня улыбнуться в ответ. Он самый милый человек.
— Хочешь что-нибудь выпить? — Джесси сжимает мою руку у себя на коленях.
— Только воды, пожалуйста.
— Две воды, Марио, — он поворачивается ко мне. — Что хочешь на обед?
Ну, это просто.
— Стейк, — с энтузиазмом отвечаю я, широко раскрыв глаза. То был лучший стейк, который я когда-либо пробовала.
Он улыбается.
— Марио, скажи Питу, что мы будем бифштекс средней прожарки, с молодым картофелем и салатом. Мы поедим в баре.
— Конечно, мистер Уорд, — радостно воркует Марио, ставя на стойку две бутылки воды и стакан.
— Ты не против остаться здесь, пока я схожу кое-что проверить? — спрашивает Джесси, отпускает мою руку, оставляя ее у себя на колене, и берет бутылку, наливая в стакан немного воды.
Глядя на него, я выгибаю бровь.
— Приставишь Марио ко мне охранником?
— Нет, — медленно произносит он, бросая на меня осторожный взгляд. Слышу низкий рокочущий смех Джона. — Теперь в этом нет необходимости, не так ли?
— Наверное, нет, — пожимаю плечами и оглядываю бар. — А где все?
Он перекладывает мою руку мне на колени и поднимается.
— Перед вечеринкой в честь годовщины мы закрыты. Нужно еще многое подготовить. — Он целует меня в лоб и берет бутылку воды. — Джон?
— Готов, если ты готов, — отвечает Джон.