На границе с Русью и кыпчакскими землями он помещает своих хорошо обученных людей, которые должны собирать для своего хана разнообразные сведения. Заключив военно-политический союз со многими кыпчакскими и русскими князьями – кого принудив силой, кого обманом и хитростью, а кого и подкупом, – новый правитель Кыпчак эля собирался восстановить и подчинить себе разрушенную экономическую систему степи. Его информаторы собирали сведения не только о личных ориентирах глав отдельных уделов, но и о методах экономического управления.
Приглядываясь к отдельным представителям кыпчакской аристократии, Батый-хан обратил внимание на таинственного молодого кыпчакского вельможу Ногая. Сведения о нём, которые предоставили его офицеры, оказались для хана чрезвычайно ценными.
Люди Батыя проглядели начало возрождения некогда опустевшей территории в Пруто-Днестровском междуречье. После возвращения из болгарско-венгерского изгнания люди солтана Котена во главе с молодым Аккасом, теперь уже Ногаем, разогнали всех новоявленных биев, претендентов на их земли, и на несколько лет перекрыли им путь проникновения в Пруто-Днестровское междуречье. Именно поэтому западные дипломаты и путешественники в своих описаниях территории Золотой Орды исключали земли междуречья из состава Золотой Орды. Ногай прежде всего восстановил на своей территории прежнюю систему управления, успешно функционировавшую ещё при деде Котяне (Котене). Он опирался на устойчивую кыпчакскую социальную структуру, которая служила определяющим фактором при формировании административной системы. Он разделил междуречье на отдельные административно-территориальные округа, во главе которых назначил представителей высшей кыпчакской аристократии – биев и мурз, которые были рангом ниже биев. Бии и мурзы объединяли крупные феодальные роды, владели огромными стадами и пастбищами. Функционировали также так называемые судебные округа, которыми заправляли священнослужители. После массового принятия ислама ими управляло мусульманское духовенство, а пока – тангрианские волхвы. Главы наиболее крупных родов составляли Дуван (совет), без санкции которого хан не мог предпринять ни одного важного шага.
Для удобства управления территориями Батыю ничего не оставалось, как опираться на традиционную систему управления. В силу чего Батыю было неведомо, каким образом при формировании ханского совета-дувана на ключевых позициях оказались люди, преданные Ногаю.
В исторической литературе существует довольно распространённое мнение, что Батый-хан является основателем централизованного государства под названием «Золотая Орда», базирующегося на комплексе военно-экономических мер, которые обеспечивали эффективное функционирование государственной машины. И что якобы Батый-хан привнёс в русские и кыпчакские земли извне новую систему управления, которая и создала предпосылки для экономического и военного расцвета. Однако критическое осмысление периода правления Батый-хана создаёт совершенно иное представление.
Начнём с того, что за весь период своего правления Батый-хан так и не успел создать централизованную систему дани и пошлины, и лишь в 1257 году, после смерти Батый-хана, в Золотой Орде были начаты первые мероприятия по переписи, без чего практически невозможно было организовать более или менее приличную систему налогообложения.
Батый-хану ничего другого не оставалось, как пристально присматриваться к существующим местным порядкам. Его внимание привлекла действующая система правопорядка во владениях Ногая, где проживали представители различных этносов – правда, с явным преобладанием кыпчаков, асов и русских.
Владения Ногая, являвшиеся прежде родовой вотчиной Мангыша, старшего сына Котена, и ранее принадлежавшие самому Котену, простирались между Днепром и Дунаем. Административным центром и главным городом Ногая считается город Исакча, отличавшийся прежде всего своим выгодным расположением в стратегически важном месте – на одной из главных дорог через Дунай. Город был основан за несколько столетий до появления предков Ногая и практически никогда не терял своего портового значения благодаря развитию флота на Дунае.
Географические координаты древнего города Исакчи, в арабской транскрипции – Сакджа, были описаны сирийским историком и географом Абу-ль-Фидом из Дамаска: «От аш-Шакрака [водоём] больше не распространяется на восток, а поворачивает на север и продолжается в этом направлении до города аль-Азак (Азов). Это порт, в который стремятся купцы из разных стран. Там находится устье реки Тан (Дон). Если затем повернуть от аль-Азака, можно плыть далее, пока не окажешься на западном берегу этого моря аль-Азак. Потом минуют пролив, который находится между морем аль-Азак и морем аль-Кирим, и направляются к городу, лежащему у входа в этот пролив на западном берегу и называемому аль-Карш. Этот город лежит напротив города аль-Таман, находящегося на другом берегу пролива. Далее плывут на юг, пока не кончится указанный пролив, в море аль-Кирим. Затем море поворачивает на юго-запад, к городу аль-Кафа. Это порт на западном побережье, лежащий напротив города Атрабзуна. Потом море простирается также на юго-запад до города Судака, расположенного на 56 градусах долготы и 51 градусе широты, поворачивает от Судака на юг и отклоняется на восток, пока не достигнет выступающего в море участка суши, где расположен город Сару Карман, лежащий напротив Синуба, упомянутого выше. Далее от Сару Кармана море поворачивает на запад с отклонением к югу. Оно простирается также до города, называемого Акджа-Карман. Затем море поворачивает на юг к городу, именуемому Сакджа. Там находится устье Туны – реки великой и знаменитой. После того как море минует Сакджу, оно начинает сужаться и поворачивает на юго-восток, пока не достигнет входа в канал аль-Кустантинийа. Затем море поворачивает на юг, и оба его берега сближаются друг с другом; таким образом, море простирается до места напротив города Карби. Далее море течёт в канал аль-Кустантинийа, при этом его течение усиливается так, что оно затрудняет кораблям проход через канал, если не дует благоприятный ветер. Канал простирается также до города аль-Кустантинийи, расположенного на 49 градусах 50 минутах долготы и 45 градусах широты. У аль-Кустантинийи и ниже его по течению канал сужается настолько, что один человек видит другого с противоположного берега. Канал течёт также на юг, пока не вливается в море ар-Рум к западу от города, лежащего у входа в канал и называемого Абзу. Долгота этого города равна долготе аль-Кустантинийи – 49 градусов 50 минут, а его широта меньше широты аль-Кустантинийи, так как он лежит южнее».
Умело используя столь выгодное расположение своих владений, Ногай продолжил развивать военно-торговые сношения с Балканскими странами, начатые ещё солтаном Котеном. Оживлённое движение торговых караванов по суше и водным путям нуждалось прежде всего в гарантиях безопасности. И такие гарантии обеспечивались внутренними военными силами, которые назывались в Дешт-и-Кыпчаке баскаками.
В литературе смысл термина «баскак» и функции самих баскаков трактуются неоднозначно. А появление института баскачества совершенно неправомерно связывают с установлением власти чингизидов.
Правда, А. А. Семёнов на основе сообщений восточных источников, в частности Джувейни – о баскаках Бухары, допускает появление баскаков в домонгольское время и смысл термина определяет как «охранитель» или «опекун».
Подобные суждения, на наш взгляд, содержат больше здравого смысла и более точно соответствуют изначальному понятию. В действительности «баскак» по смыслу означает чиновника или лицо, исполняющее функции обеспечения порядка. Это функции контроля над соблюдением порядка, содержащие в себе меры предупреждения о недопущении нарушения установленных правил, в случае нарушения которых могут «дать и по "башке"», что буквально так и переводится с кыпчакско-ногайского языка.
В историографии советского периода, более близкой нашему представлению, характеристику баскакам даёт А. Н. Насонов, который считает их военно-политической организацией. Примечательно, что сей автор допускает формирование этих военно-политических организаций из числа местного населения, основной обязанностью которых является служба внутренней охраны. И если отбросить его довод о том, что баскачество было призвано для покорения завоёванного населения, то наш тезис о возникновении баскаков ещё в домонгольский период для внутренней охраны вполне вписывается в предположения восточных авторов.
В пользу данной версии говорит и такой факт. По свидетельству многих исследователей, термин «баскак» в ярлыках золотоордынских ханов не употребляется, кроме одного случая – ярлык Менгу-Тимура от 1267 года. Этот единственный случай, вероятно, связан с личностью Ногая, который на момент подписания упомянутого ярлыка не только являлся самым влиятельным военачальником, но и держал в своих руках всю канцелярию Золотой Орды. Будучи до мозга костей государственником, Ногай, видимо, и решил внедрить проверенный временем институт баскачества на всей территории Золотой Орды, придав ему с помощью ярлыка официальный статус. К тому же наиболее рьяное выполнение обязанностей баскака в Курске чиновником, назначенным Ногаем, летописи усердно связывают с именем самого беклярбека, Ногая. Ну и, наконец, после гибели Ногая, к 20-м годам XIV в., баскачество окончательно ликвидируется. Что характерно, историками наблюдаются следы существования баскаков именно в той части северо-восточных русских земель, которые контролировал беклярбек Ногай.
Благодаря внутренней инфраструктуре в Дешт-и-Кыпчаке, обретшей ещё в домонгольский период устойчивые традиции, торговая магистраль не претерпела существенного сбоя в результате нашествия Батый-хана. Караванные дороги, пересекая Европу и Азию от Средиземного моря до Китая, служили важным средством торговых связей и диалога между культурами Запада и Востока. К началу XIII века в Кыпчакском ханстве торговые пути контролировали в значительной степени сами кыпчаки-скотоводы, которые и сопровождали караваны, используя скот для питания и в качестве транспортного средства. Из их числа уже прочно сформировались группы специальных купцов, наладившие перевозку товаров, т. е. организацию транспорта. О вьючных животных заботились прислуга и проводники