— А теперь второе! — провозгласила бабушка. На «солнечных» тарелках, как называла их Мила (они были ярко-желтого цвета и напоминали солнечный диск), лежал настоящий шедевр бабушкиного кулинарного искусства — тушеное овощное рагу с говяжьим стейком.
— Ба, ты просто волшебница! — воскликнула Мила, управившись со вторым. — Так все ВКУСНО! Жаль, что я уже больше не могу!
Бабушке было приятно слышать похвалы от внучки. А Катя тем временем вытирала губы салфеткой. Улыбнувшись Анне Никифоровне, она бросила еще одну дежурную фразу:
— Спасибо, все было очень вкусно!
Поставив грязную посуду в раковину, девочка направилась в гостиную. Неожиданно Мила преградила ей путь.
— А мыть за собой посуду тебя не учили? — возмущенно спросила она.
— Милочка, Катя — наша гостья, кто же так с гостями разговаривает? Я сейчас сама все уберу, идите поиграйте вместе! — Бабушка прижала обеих девочек к себе, ласково обнимая. Мила и Катя встретились взглядами, по которым сразу стало ясно, что дружба между ними невозможна.
Тем не менее девочки натянуто улыбнулись друг другу, чтобы не огорчать бабушку, и вместе направились в комнату. Катя села на диван, включила телевизор и начала резко переключать каналы. Мила же внимательно изучала ее лицо.
— Может, хватит уже! — нервно сказала Катя.
— Может, говорить с тобой, как мне хочется, я сейчас не могу, поскольку обещала бабушке быть вежливой, но вот смотреть я вольна, как угодно. И учти, подругами мы с тобой не станем.
— Очень надо! Я здесь в гостях и буду вести себя так, как мне нравится, и ты мне ничего не сделаешь, ведь ты так не хочешь разочаровать свою любимую бабушку… — дерзко ухмыльнулась Катя.
Вечер казался Миле нестерпимо долгим, она натянуто выжимала из себя гостеприимство, хотя в душе ей хотелось бросить все и оказаться там, где она может быть самой собой. В квартире таким место была ее комната. И вот когда ее терпению окончательно пришел конец, девочка, сославшись на утомление, попрощалась с бабушкой и гостьей и направилась прямиком к себе. Когда Мила зажгла ночную лампу, она увидела на столике записку:
«Мила, я весь день ждал тебя на балконе, но ты не выходила. Извини, пришлось к тебе перелезть, чтобы оставить записку. Если ты не уехала, выходи на балкон вечером.
P.S. Я купил сегодня три килограмма зерен для Феи:). Как она и просила».
Прочитав письмо, Мила моментально забыла о Кате, и все дурные эмоции, накопленные за день, мгновенно исчезли. Спустя секунду раздался привычный сигнал — бросок камешком, и девочка поторопилась на балкон.
— Ну наконец-то! Ты где весь день пропадала? — с недоумением спросил Витя.
— Да к нам тут гостья приехала, отвратительная девчонка. Высокомерная и гадкая!
— О, Мила, вижу гостеприимство из тебя так и хлещет! — иронично заметил Витя.
— Да ты ее просто не видел, того и жди пакость какую-нибудь сделает! Зачем только бабушка ее привезла! — с горечью выдохнула Мила.
— Это ты про меня? — неожиданно раздалось сзади.
Обернувшись, Мила увидела Катю, которая стояла подбоченившись и облокотившись на дверь.
— А стучаться в вашей семье не принято? — возмущенно спросила Мила.
— А я сейчас не у себя дома и не в своей семье, — нахально ответила Катя. — Кстати, с кем это ты там разговариваешь? Не с Витей ли случайно? Ну-ка, полюбопытствуем… — Катя подалась вперед к балконной двери, как вдруг резкий толчок остановил ее.
— Вон отсюда! — грозно крикнула Мила.
— Значит, я угадала… Ну и что ты мне сделаешь? Ничего! — вызывающе выпалила Катя.
— Ошибаешься! — И Мила вцепилась ей в волосы. Катя в свою очередь пыталась заломить ей руки. Девочки повалились на кровать. В ход пошли подушки; с кровати девочки перекатились на пол, и Мила, схватив со столика шкатулку, ударила ею Катю по голове. Девочка, захныкав от боли, убежала из комнаты, крикнув при этом:
— Я бабушке пожалуюсь!
— А мне уже все равно, — выдохнула Мила, откидывая прядь светлых волос со лба. Через какое-то время в доме стало совсем тихо, Витя уже ушел с балкона, и Мила, чуть успокоившись, легла в кровать. При тусклом свете лампы она внимательно разглядывала шкатулку:
— Вроде все цело… Нигде нет повреждений…
Аккуратно положив ее в ящик прикроватной тумбочки, девочка, еще немного поворочавшись, крепко уснула.
Первые солнечные лучи игриво заглянули в окно комнаты, одеяло чуть сползло с кровати, и по стопам Милы щекотливо пробежал прохладный ветерок. Разомкнув глаза и потянувшись, Мила оглядела комнату. Зевнув, она встала с кровати, подошла к зеркалу и взглянула на свое сонное отражение. В доме было тихо. Мила, шаркая тапками по полу, поплелась в ванную. Взбодрившись после освежающего душа, девочка в хорошем настроении решила по традиции начать день с вкусностей. Однако на кухонном столе она обнаружила только записку от бабушки:
«Катя вчера ударилась о дверь, я решила отвезти ее к врачу. Не скучай, мы скоро вернемся. Яичница с беконом и овощами под крышкой. Не ешь много конфет. Будь умницей. Целую.
Бабушка».
Хм… ударилась об дверь… Значит, не стала ябедничать. Хотя бы на это наглости не хватило!
Неужели она так сильно ее ударила, что понадобился врач? Миле стало стыдно. Когда же вернется бабушка?
Напряжение нарастало, девочка пробовала заняться какими-то делами, но чувство вины не отпускало ее. Наконец входная дверь распахнулась. На пороге стояла Анна Никифоровна, Кати с ней не было.
— Ба, ты одна? — удивленно пролепетала Мила.
— Как видишь… — Бабушка, тяжело дыша, снимала плащ в прихожей. Присев на пуф, расположенный у обувного шкафчика, старушка глубоко вздохнула. Мила подбежала к ней, поспешив поставить подле бабушки тапочки.
— А где Катя? — опустив глаза, спросила девочка, судорожно теребя фантик от конфеты.
Немного переведя дух, Анна Никифоровна принялась рассказывать:
— Дело в том, что у Кати большая ссадина на лбу, она попросилась после врача домой, я не могла ей отказать. Но получается, что я даже не смогла уследить за внучкой своей лучшей подруги. Мне было сегодня очень неловко перед ней. Она доверила мне Катю, а теперь что? Выходит, что я не только не избавила ее от лишних забот, а еще и прибавила новых… Ох… Ладно, красавица моя, пойдем чаю попьем. Я торт купила по дороге.
Мила чмокнула бабушку в щеку, подхватила белую коробочку, перевязанную лентой, и они вместе отправились на кухню.
Разговоры с бабушкой развеяли все опасения, и девочка совсем позабыла о недавнем конфликте с Катей, впрочем, как и о ее существовании. Беседу внезапно прервал телефонный звонок…
— Алло, слушаю! — Надо сказать, что Анна Никифоровна обладала приятным тембром голоса, она всегда говорила спокойно и доброжелательно. Увидев ее радостную улыбку, Мила поняла, что звонит кто-то из родных. До нее из прихожей доносились лишь обрывки фраз.
— Да, хорошо себя чувствует. Да, регулярно завтракаем, обедаем и ужинаем. На свежем воздухе гуляем. Ты сама там как? Приедешь? — Мила поняла, что это звонила мама.
— Милочка, беги скорее, мама тебя слышать хочет.
Мгновенно сорвавшись со стула, девочка понеслась к телефону:
— Мама! У меня все в порядке!
— Здравствуй, моя хорошая, ты по нам скучаешь?
— Нет, мне тут с бабушкой очень весело!
— Совсем-совсем не скучаешь? — спросила мама.
— Ну, немного… — Мила начала наматывать телефонный шнур на палец — она всегда так делала, когда смущалась и не знала, что ответить.
— Мы приедем с папой на выходные. Целуем тебя, будь умницей!
— Я вас тоже!
Казалось, Мила была самой счастливой девочкой в мире.
Она сидела на кровати и задумчиво глядела на ночное небо, по привычке считая звезды. Полет ее мыслей прервали странное кряхтение и брюзжащий голосок, доносящийся снизу.
— Гадкая комната, наконец-то ушло это мерзкое солнце! Фу! Какая отвратительная чистота!
Мила, нагнувшись, поправила сползшее на пол одеяло, потом заглянула под кровать и ужаснулась: на паркете перед ней возникло то самое жуткое существо, которое, как она думала, было надежно спрятано в шкатулке, обернутое пыльной, грязной тряпкой. Демоник ожил…
Глава пятаяПутешествие в мир ангеликов
«Что же мне делать, что же мне делать?» — вертелось у Милы в голове. Первое, что пришло на ум девочке, это поймать демоника и усадить обратно в шкатулку. На первый взгляд, идея хорошая, но сделать это оказалось совсем не просто. Искореженное, злобное существо с невероятной скоростью носилось туда-сюда по комнате, дразня и обзывая Милу. Ему, казалось, доставляло особое удовольствие говорить гадкие слова и пакостить. Сначала он опрокинул вазу с цветами, затем каким-то жутко пахнущим веществом болотного цвета забрызгал зеркало.
Прыгая по комнате, он все время ускользал от Милиного взгляда. Ехидно хохоча, демоник радостно хлопал в ладоши. Мила в ужасе выскочила из комнаты и испуганно захлопнула дверь. Схватив телефонную трубку, девочка принялась нажимать на кнопки. На другом конце ей ответил Витя:
— Алло!
— Вить, приходи к нам быстрее! Я… Короче, демоник как-то вылез из шкатулки и сейчас громит мою комнату! Я не знаю, что мне делать! — сдавленным голосом умоляла Мила.
— Я уже выхожу! — решительно сказал Витя.
Немного успокоившись, девочка присела на пуф. За дверью комнаты Милы раздавались ужасные звуки.
Вскоре пришел Витя.
Ребята посовещались и решили взять старую вязаную шапку, которую уже давно никто не носил. Вооружившись пластмассовым ведром и мухобойкой, они ринулись в сражение с демоником. Когда дверь в комнату распахнулась, Мила и Витя увидели царивший в ней чудовищный кавардак. Книги и бумаги были разбросаны по полу, некоторые фотографии из Милиного альбома — разорваны на мелкие кусочки. Видимо, демоник устроил из них конфетти. Зеркало было все в грязных разводах, подушки распороты ножом для бумаги. На раскачивающейся люстре висели вещи из гардероба Милы, а поверх них, с ликующим видом, скалясь злобной улыбкой, стоял демоник.