Мочогпа и Гампопа
Преемником Кхьюнгпо Налджора считали его главного ученика Ринчена Самдруба. Он был родом из местности Мочог, и потому его называли Мочогпой. Он практиковал в строгом отшельничестве 12 лет, питаясь только корнями и дикими травами. Его медитация дала ему необычайные способности – например, умение летать по воздуху.
Мочогпа был младшим современником Гампопы, близкого ученика Миларепы. Желая познакомиться с Гампопой, Мочогпа однажды отправился его навестить. Благодаря силе предвидения Гампопа знал, кто к нему приближается, и, несмотря на преклонный возраст, вышел Мочогпе навстречу чтобы с большой радостью приветствовать его.
«Ты и я, – сказал гостю пожилой мастер, – во множестве жизней были учителем и учеником, и нас соединяет глубоко личная кармическая связь».
Они провели рядом несколько счастливых дней, давая друг другу посвящения. С тех пор между традициями Шангпа Кагью и Карма Кагью существует настолько крепкая связь, что они стали неразделимы.
Кьергангпа встречает Авалокитешвару
После Мочогпы преемником передачи стал Чокьи Сэнге. Его дядюшка был настоятелем монастыря, в котором, согласно традиции, умершего настоятеля всегда сменял его племянник. Когда дядя скончался, монахи пытались возвести Чокью Сэнге на трон. Он сопротивлялся: в его планы не входило возглавлять монастырь, он всегда хотел посвятить себя медитации в отшельничестве. Чтобы избежать сложностей, которые мог вызвать его отказ, он покинул ту местность и поселился в пещере, выдолбленной в скале Кьерганг. Он жил там, питаясь только смесью цампы, золы и воды. С тех пор его прозвали Кьергангпой.
Прожив в отшельничестве три с половиной года, однажды он выбрался из пещеры и пошел вперед привычной узкой тропой. Вдруг повсюду появились радуги. Сначала он подумал, что это галлюцинация, вызванная скудным питанием. Боясь упасть, он оперся о скалу. Тут перед ним в небе появился Авалокитешвара и дал ему особое посвящение. Следующие три с половиной года Кьергангпа тоже провел в отшельничестве, медитируя на Авалокитешвару В этой практике он обрел постижение, и с тех пор к его имени добавляли слово «махасиддх».
Караван Сангье Ньентонпы
Сангье Ньентонпа прославился своей огромной преданностью учителю Кьергангпе. Он дважды подносил мастеру все свои обладания, включая золото и серебро из монастыря, которым руководил. Однажды, когда он собирался еще раз принести дары, его собственные монахи воспротивились этому. Они не хотели готовить груз с подношениями для каравана из нескольких вьючных животных и десятка людей. Ньентонпа сказал монахам: «Ваше поведение неразумно». Они ответили: «У тебя есть лама, которого мы никогда не видели, потому что он живет далеко отсюда. Из преданности ему ты разбазариваешь монастырское добро», – и наотрез отказались снаряжать караван.
Так Ньентонпе пришлось отказаться от своих намерений. В одну из ближайших ночей в монастырь прибыли четыре путника. «Мы караванщики, – сказали они. – Мы идем в Кьерганг без груза. Если вы хотите что-нибудь передать туда, мы с радостью поможем».
С помощью четырех гостей Сангье Ньентонпа погрузил на яков мешки с зерном, парчой, изделиями из золота и серебра, и вообще всем, что он смог унести. Они выступили в путь и шли четыре дня. Совсем недалеко от пещеры Кьергангпы погонщики вдруг заявили: «Извини, но сейчас нам придется оставить тебя здесь. На одном из склонов горы Меру[31] тантрический мастер сейчас завершает один ритуал, на который мы должны прибыть немедленно».
С этими словами они спешно разгрузили багаж и исчезли, оставив Ньетонгпу стоять на дороге. Их загадочное объяснение сбило его с толку, однако он был рад находиться недалеко от своего мастера. Вскоре он доставил дары к пещере.
Кьергангпа спросил ученика, помогал ли ему кто-нибудь в пути. Ньентонпа рассказал о загадочном караване, и его мастер произнес: «Я завершил ритуал шестирукого Махакалы с мыслью, что тебе нужна помощь. Похоже, мои мысли были услышаны. Четыре караванщика – это Четрапала, Зинамитра, Такирадза и Дугон Трагче[32] в человеческом облике. Вот кто привел тебя сюда».
Сангье Ньентонпа играет с молнией
Некоторое время Сангье Ньентонпа жил в пещере, выдолбленной в скале над глубокой пропастью. У него была привычка сидеть в медитации на пороге пещеры, прямо на краю обрыва. Однажды разразилась мощная гроза, и в его колени ударили тринадцать молний. Но он не испугался, даже не вздрогнул, и молнии причинили ему вреда не больше, чем капли дождя, падающие на цветок. Он схватил молнию в руку поиграл ею несколько мгновений, перекатывая по складкам своей одежды, и бросил на скалу. Падая, молния оставила в сером камне длинный коричневый след. После этого его пещера стала местом паломничества.
Скульптор и его работа
В своем отшельничестве Сангье Ньентонпа каждый день выполнял ритуалы Шестирукого Махакалы, к которому испытывал глубокую преданность. Он желал создать статую этого защитника и собрал достаточно глины, чтобы фигура вышла в полный человеческий рост. Однако он не был уверен в собственном мастерстве и потому решил пригласить скульптора для выполнения этой задачи. Спустя некоторое время его навестил индийский йогин. Сангье Ньентонпа с радостью пригласил его в пещеру. Во время беседы йогин спросил, что Ньентонпа собирается делать со всей этой глиной, что лежит в углу.
«Хочу изваять статую Махакалы, – ответил тот. – Поэтому я ищу хорошего скульптора. Может быть, ты умеешь работать с глиной?»
«Да, у меня есть определенные способности в этом деле».
Йогин очень быстро, с удивительным проворством, вылепил великолепную фигуру идеальных пропорций, с отлично проработанными деталями.
Впечатленный Сангье Ньентонпа произнес: «Теперь ее необходимо раскрасить. Это ты тоже умеешь?»
«Конечно, – отозвался йогин. – Есть ли у тебя краски?»
«У меня есть все, что необходимо», – с этими словами Ньентонпа положил перед ним краски: белую, черную, красную, желтую, синюю и зеленую. К его изумлению, йогин вылил все это в одну чашу, а затем набрал полный рот смеси и выплюнул ее на статую. Поразительным образом каждый цвет при этом попал в точности на свое место.
«Если ты обладаешь такими талантами, – сказал Ньентонпа, – можешь ли ты еще и благословить это изваяние?»
Ничего не ответив, йогин шагнул в статую и слился с ней. С тех пор она стала для многих объектом преклонения. Далай-лама в те времена, пока он был еще в Тибете, каждый год просил ювелира сделать золотые атрибуты Махакалы (капалу нож, дамару и все стальное, что Защитник держит в руках) и приносил их изваянию в дар.
Я когда-то тоже был там в паломничестве и видел статую. Мы с двумя спутниками прожили неделю там, где она установлена. Ничего особенного не произошло, но я видел тело Махакалы золотистым, а мои попутчики – темно-синим. Каждый раз, когда мы об этом заговаривали, наши мнения расходились. Статуя для меня всегда оставалась золотистой и не менялась.
Сангье Тенпа
Преемником Сангье Ньентонпы был Сангье Тенпа – йогин, обладающий постижением и такой мощью ума, что каждый, кто проходил мимо его уединенного жилища, переживал абсолютную природу ума. Он также прославился способностью лечить многие болезни наложением рук, и потому к нему не прекращался поток людей, желавших поправить свое здоровье.
Упадок и ренессанс
На протяжении нескольких столетий многие мастера объединяли свои поучения с передачей Шангпа Кагью. В результате эта преемственность утратила силу автономной традиции; теперь она «растворена» в таких школах, как Сакья, Гелуг и другие. Ждать ее ренессанса пришлось до XIX века, и возродиться ей помог Джамгён Конгтрул Йонтен Гьямцо, иначе известный как Лодрё Тхае, чье появление было предсказано в разных сутрах и термах.
Лодрё Тхае встречает таинственного Карма Норбу
Некоторое время Джамгён Конгтрул Лодрё Тхае провел в ретрите в пещере неподалеку от монастыря Палпунг, которым руководил его учитель Девятый Ситупа Ньингье Вангпо. Однажды Конгтрул услышал, что монастырь собрался посетить некто Карма Норбу, держатель традиции Шангпа. Желая получить ее посвящения и наставления, Лодрё Тхае отправился в Палпунг. Встретившись с Карма Норбу, он изложил свою просьбу, и мастер согласился его принять. Но, как ни просил Конгтрул поучений линии Шангпа, высокий гость за время встречи не произнес ни единого слова и не ответил ни на один вопрос.
Лодрё Тхае был этим глубоко обеспокоен. Он спрашивал себя, чем заслужил такое неуважение со стороны Карма Норбу. Совершил ли он серьезные ошибки, нарушив обеты Ваджраяны? Внезапно у него возникла одна идея. Он подумал: «Чтобы очистить любые ошибки, какие я мог когда-то допустить, я предложу мастеру построить ретритный центр для практики школы Шангпа».
На следующий день он попросился на аудиенцию, чтобы представить Норбу свой проект. Едва Конгтрул вошел в комнату, Карма Норбу повел себя совсем не так, как вчера: он столько говорил, что, фактически, не дал своему посетителю и рта раскрыть. «Твой замысел хорош, – сказал он. – Строительство центра для отшельничества, где люди могли бы практиковать методы традиции Шангпа, – как раз то, что нужно сделать. Сейчас у меня не очень много времени, поэтому я дам тебе всего одно посвящение. А позднее ты получишь от меня полностью всю передачу этой школы».
Чтобы сдержать обещание, Джамгён Конгтрул Лодрё Тхае построил центр, называемый Цадра Ринчендра, в котором впоследствии я завершил свой трехлетний ретрит.
Работа Лодрё Тхае
За свою жизнь Джамгён Конгтрул Лодрё Тхае получил поучения и посвящения от мастеров всех традиций тибетского буддизма; все это он переписал, составив собрание из двухсот с лишним томов. Важнейшие поучения Шангпы он изложил в своем труде «Пять золотых поучений», представив их в виде дерева:
• корни – это Шесть йог Нигумы;
• ствол – Махамудра;
• ветви – это три медитации в действии;
• цветы – две Дакини, белая и красная;
• плод – бессмертие и безошибочность.
Эти наставления сейчас приняты всеми школами тибетского буддизма, и никто не сомневается в их подлинности.
Вопрос: Почему сегодня никто не видит чудес?
Калу Ринпоче: Разве ты не видел, как много я летал в последнее время?[33] Для того чтобы произошло чудо, должны сойтись два условия – нужны постижение духовного мастера и открытость ученика. Вне этого контекста чудо не случится.
Ванкувер
Июнь 1982 года