лонизаторами.
Глава четвертаяКитайское заселение Тайваня
Итак, голландская Формоза просуществовала до 1661 года, а в 1863 году маньчжурской армии Цинской династии удалось путем экономической блокады подчинить Тайвань цинским императорам.
В 1683 году внук и преемник Коксинги признал свою зависимость от Китая, и остров вошел в состав Фуцзяньской провинции последнего, образуя особую область с главным городом Тайваньфу. Европейские коммерсанты, когда островом владели голландцы и Коксинга, имели там свои конторы, но со времени перехода Формозы к Китаю сношения с европейцами были прерваны.
Восточные берега острова оставались в течение XVIII века относительно безлюдными, однако в XIX веке торговцы из Сямэня засеяли всю территорию острова рисом и чаем, которые шли на экспорт, в первую очередь в Японию. Во время переписи 1842 года на Тайване насчитали уже 2,5 млн китайцев и около 70 тыс. аборигенов. А забегая вперед, отметим, что в 1898 году там жили 2 690 096 человек, в том числе 25 585 японцев, а остальные – китайцы, расселившиеся на западной, низменной половине острова, и туземцы, жившие в горах и по восточному побережью.
Городской пейзаж Тайбэя. XIX век
В 1875 году столицей северного Тайваня стал Тайбэй.
За 200 лет цинского господства население острова резко возросло, однако культура аборигенов во многом утратилась, в том числе и за счет смешанных браков, дети которых признавались китайцами.
Китайское правительство признало за аборигенами права на оленьи пастбища, однако процесс вытеснения их постепенно набирал силу. Бунты и восстания происходили очень часто – через каждые три-пять лет. При этом многие равнинные аборигены переместились в горные районы, уходя от китайцев.
С конца XVII века до конца XIX века, поскольку морские пути оставались второстепенной задачей для китайской державы, которая считала себя континентальной империей, остров Тайвань был административно присоединен к провинции Фуцзянь. Китай присвоил ему статус провинции только в 1886 году.
Глава пятаяЯпонская экспедиция 1874 года
Международная известность и значимость острова резко возросла в начале 1870-х годов, и связано это было с тем, что он превратился в объект повышенного интереса со стороны соседней Японии, которая отказалась от многовековой самоизоляции и решила вести активную территориальную экспансию в Азии.
Японская военная экспедиция на остров, предпринятая в мае – ноябре 1874 года, стала первой серьезной пробой сил для будущей колониальной империи. Естественно, посылка Японией военной экспедиции на Тайвань не могла не привлечь внимания дипломатов западных держав и России.
Например, не без ведома российского посланника в Пекине Евгения Карловича Бюцова, уже в июле 1874 года Тайвань посетила канонерская лодка «Горностай». Цели этого визита были указаны в рапорте командующего отрядом судов на Тихом океане контр-адмирала Ф. Я. Брюммера, составленном 28 июня (10 июля) 1874 года на борту флагманского корвета «Аскольд»:
Командир лодки «Горностай» рапортом от 3 июня доносит мне, что он, по предписанию нашего посланника в Пекине, отправляется в Фучу-фу <…> а оттуда пойдет в порт Тайвань на остров Формозу для наблюдения за действиями обеих сторон – японцев и китайцев.
Битва у каменных ворот. Японский рисунок. 1874
Выполняя этот приказ, командир канонерки капитан-лейтенант В. А. Терентьев побывал в разных местах острова и собрал интереснейшие данные о жизни формозцев. Все было изложено им в рапорте, который считается одним из первых «прямых» донесений с места событий, поступивших в Россию в самый разгар японской экспедиции. В рапорте перечислялись природные богатства острова, было дано описание главного административного центра – Тайвань-фу (он же Тайнань), давалось представление о внешнем облике местных жителей.
Описывая формозцев с натуры, без высокомерия и фальши, русский офицер стремился показать реальный характер взаимоотношений аборигенов с пришлыми японцами и их главным советником Чарльзом Уильямом Лежандром, американцем французского происхождения, принявшим активное участие в подготовке военной экспедиции. В частности, В. А. Терентьев писал, что Лежандр позволял себе «бить дикарей палкою без особой нужды», и что он «встретил весьма серьезный отпор, принудивший его поспешно и благоразумно ретироваться». Он писал про действия китайской администрации и о «непрошеных гостях» (японцах), попытавшихся захватить юг Формозы, где китайские власти не могли ввести прямой контроль над «дикими» туземцами. Правдиво были изложены В. А. Терентьевым и сведения об убийстве туземцами 54 японских рыбаков, что Япония использовала в качестве предлога для посылки своих войск на остров. А вывод он сделал такой: «Как доказательством того, что японцы смотрят на свой лагерь на Формозе не как на бивуак, а как на колонию, может служить то, что ими привезены из Японии даже деревья для обсадки дорог».
Япония на самом деле хотела расширить свои позиции в близлежащем к ней регионе. Но прежде всего японское правительство решило добиться официальных отношений с Китаем, и в 1870 году предложило формальный договор о дружбе. 29 сентября 1870 года посол Японии Янагивара Сакимицу прибыл в Тяньцзинь и сразу обратился к уполномоченному по торговле на севере Чэн Линю за разрешением проехать в Пекин. Однако в этом ему было отказано, и в столицу было передано лишь привезенное им письмо министерства иностранных дел.
В то время Цинская монархия переживала затяжной кризис, и тут вдруг появился японский посол с предложением «дружбы». И, конечно же, в Китае нашлись сторонники заключения договора из числа влиятельных людей, которые в договоре с Японией видели не только коммерческие выгоды, но и способ поднять престиж Китая. Плюс, и это тоже немаловажно, Япония объявила, что в случае отказа она обратится к западным державам. В результате последовало согласие на заключение договора, и он был подписан 13 сентября 1871 года. Он, в частности, предусматривал взаимное уважение территориальной неприкосновенности, даже совместную оборону в случае нападения извне, облегченное аккредитование чиновников и пр. Впрочем, все это, как показали дальнейшие события, оказалось фикцией. Но зато были открыты порты Тайваня.
А потом в Японии пошли разговоры о возможности военного захвата Тайваня и Кореи, и эти разговоры очень скоро вышли за рамки просто правительственных дебатов. В 1872 году японское правительство подверглось резкой критике со стороны сторонников захвата Тайваня, и этот протест возглавлял влиятельный самурай Сайго Такамори, который открыто ратовал за немедленное начало военного выступления. И тут как раз и произошло нападение тайваньских аборигенов на японских рыбаков, потерпевших в ноябре 1871 года крушение у юго-восточного берега Тайваня. По сути, именно это событие стало основным предлогом, под которым началась подготовка к военной экспедиции на Тайвань.
17 апреля 1874 года японское правительство опубликовало сообщение об убийстве 54 рыбаков, и после этого Окума Сигэнобу, возглавивший руководство экспедицией, отправился в город Нагасаки, избранный базой для операции. Неудача, постигшая японского посла при попытке добиться разрешения Китая для экспедиции на Тайвань, не остановила Японию. И ее интересовали не карательные действия против аборигенов, а восточное побережье с его золотом и камфорой, а также овладение Тайванем в качестве удобной базы для наступления на Китай.
Была проведена тщательная разведка важнейшего северного порта Тайваня Даньшуя и его окрестностей. Масштабы запланированной экспедиции постоянно менялись. Плюс японцы искали опору на острове и стремились расположить к себе аборигенов. Но их попытки оказались тщетными, хотя какие-то обещания и были получены. Не удалось и разжечь межплеменную вражду.
Короче говоря, 10 мая состоялась первая высадка войск. Был разбит лагерь, но аборигены тут же продемонстрировали японцам свою враждебность. Лагерь оказался в кольце, и 17 мая было убито несколько солдат. А 18 мая разразился шторм, и часть лагерного оборудования смыло в море.
22 мая два отряда японцев численностью в 250 человек под командованием полковника Сакума были высланы в разведку. Аборигены заманили их в узкое ущелье, на дне которого протекала река, и там напали.
Французский журналист и аналитик Эдмон Плошю, живший в 1851–1860 годах в Маниле и совершивший путешествие домой через Китай и Японию, приобрел известность как специалист по проблемам Восточной Азии и колониальной политики в целом. Он оставил описание японской интервенции на Тайване в 1874 году, долгое время считавшееся наиболее обстоятельным и подробным. Оно было опубликовано в журнале Revue des Deux Mondes («Обозрение двух миров»), а потом автор включил его в книгу «Четыре военные кампании 1874 года», дополнив свой текст документами и обзором дальнейших событий.
Окума Сигэнобу – премьер-министр Японии. 1870-е
К полудню жалкие жилища врага были заняты, а затем преданы огню. Воодушевленные этим пробным ударом, солдаты последовали по пересохшему оврагу и продвинулись к Секимону, сильной позиции, где сосредоточился враг. Как только обе стороны сошлись, завязалась яростная борьба. Японцы, сражаясь в открытом бою, проявили, возможно, слишком безрассудную храбрость. Бой продолжался два часа. Бутаны, вынужденные отступить, оставили победителям двенадцать убитых; их головы были отрезаны и с триумфом доставлены в лагерь. После того, как они были продемонстрированы армии в течение нескольких минут, генерал Сайго приказал захоронить эти кровавые трофеи. Японцы, со своей стороны, имели четырнадцать убитых и раненых – минимальные потери, если учесть силу позиции, занятой противником