Максим сам заметил ее и отстранился от своей девушки.
— Вот и мой доктор, следящий за мной двадцать четыре часа в сутки, — громко произнес он.
— Извините, — попыталась сделать хорошую мину при плохой игре Таисия.
— Я пойду? — робко пискнула черноволосая коротко стриженная девица с нахально вздернутым носиком, засовывая выбившуюся кофточку в клетчатую юбку.
— Пожалуй, пора, — поддержал ее Максим, не дав Таисии разразиться очередной тирадой типа: «Я же предупреждала, что здесь не публичный дом, не дом свиданий, поэтому прекратите миловаться. Если вы легли в одноместную палату, это не дает вам право ночевать тут вдвоем!»
Девушка быстренько сунула ноги в туфли, встала, махнула своему любезному рукой и легкой тенью выскользнула из палаты. Максим облокотился на подушку и подпер голову рукой.
Возникла пауза. Оба молчали, не зная, что сказать.
Наконец Максим улыбнулся:
— Ночной обход?
— Процедуры, — коротко бросила Таисия и положила пакетик с лекарствами на ночную тумбочку.
Она смутилась, так как такая быстрая смена подружек Максима привела ее в недоумение. Такого она еще не встречала! Из задумчивости о нелегкой женской судьбе и о кобелиных наклонностях своего пациента ее вывел веселый голос Максима:
— И какие меня ждут процедуры?
Тася вздрогнула. Голос у него был невероятно красив и сексуален. Такой вкрадчивый, бархатистый баритон с хрипотцой.
— Раздевайтесь! — строго приказала она.
— Совсем? — спросил Максим абсолютно спокойно.
— Можно по пояс. — Таисия строго посмотрела ему в глаза.
— Извините, мне снимать низ или верх? — спросил вежливо Максим.
— О господи! Ну, конечно, верх! — смутилась Тася.
— Почему вы так возмущаетесь, Таисия? Это очевидно для вас, а не для меня. Может, вы укол пришли мне поставить? — Максим приблизился к ней, стянув через голову футболку.
— Я не медсестра, — огрызнулась Тася и заткнулась, уткнувшись взглядом в его обнаженный торс.
У Максима были широкие плечи, мощные руки, волосатая грудь, но все это великолепие было покрыто жуткими ссадинами. Пауза с ее стороны затягивалась.
— Что это? — спросила она наконец.
— Где? Вернее, что вы имеете в виду?
— Это побои?
— Нет, это поцелуи, — усмехнулся Максим. — И что?
— Вот их я сейчас и обработаю этими мазями. — Таисия развязала аптечный пакетик, радуясь, что в палате полумрак и не видно, что она красная как помидор. — Почему мне о побоях не сказали?
— Вы спрашивали только о наркотиках, я не думал, что это важно, — нервно дернул он плечом.
— Я ваш лечащий врач и должна знать всё. Для меня каждая мелочь важна! — сказала она, откручивая колпачок у одного из тюбиков с мазью. — Повернитесь спиной! — несколько резковато скомандовала Тася, чтобы скрыть свое смущение.
— Слушаюсь!
Максим повернулся. Таисия с ужасом уставилась на следы ожогов на его спине, их было столько, словно рота солдат тушила об него свои окурки.
— Что с вами делали? — спросила она вдруг севшим голосом.
— Ничего особенного, не переживай, милое создание… — Максим попытался обернуться к ней, но был остановлен ее холодными и крепкими ладошками.
— Стоять, не двигаться! Мы с вами на «ты» не переходили вроде. Или я что-то путаю? И я не «милое создание».
— Да-да, я помню. Вы — строгий доктор!
— Именно так! — подтвердила Таисия и начала яростно втирать мазь.
Она чувствовала, что ему больно, но Максим молчал, а она втирала и втирала, пока он всё-таки не спросил:
— Извините, а у вас миссия меня вылечить или стереть в порошок?
Таисия не выдержала и рассмеялась. Впервые за долгое время.
— Вообще, я пришла вам помочь…
— Похвально! — В голосе Максима звучала улыбка.
— Вот входишь с желанием мира и добра, а тут…
— И что? — Максим обернулся к Тасе, демонстрируя привлекательную ямочку на щеке.
— И желание пропадает само собой, потому что видишь явное нарушение больничного режима!
— Так жизнь ведь продолжается! — воскликнул он.
— У вас она бьёт ключом! — ответила Таисия, старательно втирая мазь.
— А у вас, видимо, нет?
— А вот это вас не касается, — отрезала она.
— Давно замужем? Без страстей? — не сдавался Максим.
— Давно не замужем. И при чем тут страсти?
— Чего так? Или вы из тех гордых женщин с тоскливым взглядом, которые говорят, что лучше будут одни, чем с кем попало?
— А вы знаток, я смотрю, женщин? — хмыкнула Таисия, заворачивая колпачок на тюбике мази.
— Кое-что понимаю, — ответил Максим, поворачиваясь к Тасе лицом.
— Которая из сегодняшних ваших посетительниц ваша жена? — задала Таисия наиглупейший вопрос. — С кем мне говорить о вашем здоровье?
Она стала свидетельницей наипротивнейших сцен лобзания Максима с женой и любовницей, только не знала, в какой последовательности.
— Ты про девушек? — засмеялся Максим, опять срываясь на «ты». — Я не женат. И вряд ли они будут справляться о моем самочувствии у доктора.
— Чего так? Им все равно? — с самым серьезным видом подняла брови Таисия. — Я имею в виду не ваше, извините, кобелиное здоровье.
— С кобелиным здоровьем у меня все нормально, а другое здоровье — ерунда! — отмахнулся Максим.
— Ну, кто чем живет, тот о том и заботится. — Таисия принялась шарить в пакетике, вытаскивая лекарства.
Максим усмехнулся и вдруг попытался ее обнять. Таисия отшатнулась, как от надвигающегося паровоза, влепила ему пощечину и зашипела, как гремучая змея:
— Руки прочь! Я лучше сдохну, чем еще хоть раз доверюсь какой-нибудь похотливой твари, как ты! Я вас ненавижу!
— Да ты больная что ли? Тебе самой лечиться надо! Ты не женщина… — отступил Максим.
— Очень хорошо! Так и запиши: НЕ БАБА, не приставать! — Красная и разгоряченная Таисия была вне себя.
— Я и не собираюсь.
— То-то руки распускаешь! Мало тебе баб? — прищурилась она. — Все равно с кем?
— Как это «всё равно»? Ты же видела, какие девчонки у меня красивые да ладные.
— И счастливые, — добавила Таисия.
— С таким мужчиной, как я, все счастливые! Я — праздник! — подтвердил он.
— Фейерверк!
— Да!
— Петарда ты! Причем китайская!
— А этого ты не знаешь, вот попробуй и…
— Сейчас в глаз получишь!
— Понял. Ты ревнуешь, — кивнул Максим.
— Так у тебя еще и мания величия, — покачала головой Таисия, поправляя волосы под шапочку.
— Ты это произнесла как диагноз, — сказал Максим.
— Так это и есть диагноз, — подтвердила она, устало потерев переносицу.
— Я просто люблю женщин, а они любят меня! — воскликнул он.
— Прекрасно, поздравляю! Взаимная любовь — это прекрасно! Ой! Мамочки! — вскрикнула Таисия, хватаясь одной рукой за свое лицо, другой за голый торс Максима.
— Что? Что такое?! — забеспокоился он.
— Ой, мамочки! Помоги! Глаза щиплет! Мазь попала! Мамочки! Как больно! Я без глаз останусь!
Максим среагировал невероятно быстро. Он сгреб Таисию в охапку и потащил в туалет.
— Держись! Только держись! — шептал он.
— Глаза! Я потеряю зрение! Там что-то течет! — кричала Таисия, которую на самом деле раздирала дикая боль.
Максим поставил ее на ноги возле раковины и нагнул. Зажурчала вода, и он начал интенсивно умывать ее, приговаривая:
— Терпи! Потерпи немного! Ну, хорошая моя! Расслабься! Доверься! — И лил и лил воду ей на лицо и тер своими руками. — Ну, меньше щиплет? Скажи! Тебе лучше?!
— Щиплет меньше, но все равно больно, — честно ответила Таисия.
Он повернул ее к себе лицом. Она ощущала его теплые ладони на своих мокрых, холодных щеках.
— Открой глаза!
— Нет! — еще больше зажмурилась Тася.
— Открой, говорю, глаза! Доверься мне! Ну, не будь ребенком! Кто из нас доктор — ты или я?
— Я боюсь! Вдруг глаза вытекут?
— Ну, с чего они у тебя вытекут? Успокойся! Я с тобой! Мы все хорошо промыли! Теперь можно открыть! Держи меня за руку! Ну, давай!
— Мне надо вытереться. Тогда я открою, — дрожала она, вцепившись в его голое тело.
Внезапно Максим ее оставил.
— Ты куда? — запаниковала Тася.
— Я сейчас! Черт! Здесь нет никаких полотенец! Ни бумажных, ни простых… Послушай, снимай халат, я помогу!
— Халат?! — Таисия испугалась. — Нет. Я не могу, там белье. — Тася так спешила за лекарствами Максиму, что не стала переодеваться и накинула верхнюю одежду прямо поверх халата.
— Снимай, говорю! — И она почувствовала, как Максим начал расстегивать пуговицы.
— Вытирайся, вот так… — Голос Максима вернул ее на землю. — Ну, открой глазки! Всё хорошо!
Веки Таисии дрогнули.
— Ой, Максим, все расплывчато!
— Ничего-ничего! Проморгайся! — держал ее за плечи Максим.
— Так щиплет… — Тася посмотрела на Максима.
На его губах играла легкая улыбка.
— Ты похож на Чеширского кота.
— Уже хорошо, что не на Дракулу, — ответил Максим, с тревогой всматриваясь в ее лицо.
— Как это ты меня так легко сюда принес? — удивилась Тася. — Такая сила, сразу и не скажешь.
— Я сам удивляюсь! Выброс адреналина, наверное, — развел накаченными руками Максим.
— Все шутишь?
— Напугала ты меня до смерти! Ничего себе доктор! Мазала меня чем-то, мазала… И вдруг как закричишь, что ослепла! Да я чуть премию в миллион долларов не взял! То есть не стал первым мужчиной, который родил. Нет, сначала у меня мелькнула мысль, что ты ослепла от моей красоты, но потом я понял, что всё серьезно. А уж то, что глаза надо промывать, если в них что-то попало, это всем известно, — пояснил Максим.
— Спасибо, ты меня спас, я растерялась, — честно призналась Таисия.
Именно в этот момент хлопнула дверь туалета, Тася с Максимом обернулись, но там уже никого не было, только мелькнул белый халат.
— Черт! — выругалась Тася.
Глаза у нее резало, по щекам текли слезы.
— Тебе словно в лицо прыснули перцовым баллончиком, — отметил Максим.
— Ощущение, что в слизистую глаз втерли мазь, состоящую из сплошного васаби, — ответила она и отвернулась.