– Точно! – подтвердил Кривошип. – Натворить можно такого, что потом ни один ваш Суперхрен не исправит!
– Но я-то точно знаю, чего хочу! – убежденно хлопнул себя ладонью по груди Джексон.
– И чего же, если не секрет?
– Хочу стать прежним!
– То есть черным и кудрявым?
– Нет, богатым и знаменитым.
– А-а… – протянул многозначительно Шатун. – Тогда – понятно.
– Давай возьмем его, – решил неожиданно Кривошип.
– На фиг он нам? – непонимающе посмотрел на приятеля Шатун.
– Сгодится заместо отмычки.
– Ну, если только так. – Шатун оценивающе посмотрел на Джексона. – Вот только костюм у тебя, Майки, для прогулки по Зоне не подходящий.
– О! У меня все есть!
Джексон скинул френч с блестками, под которым оказался бронежилет, сработанный умельцами из фракции «Реаниматоры». Броня неплохая, а вот биозащита – ни к черту, одна видимость. Расстегнув верхний клапан рюкзака, Майкл выдернул из него и накинул поверх брони вполне приличный пыльник. Черная широкополая шляпа полетела в кусты, и ее место занял кожаный авиационный шлем с огромными очками-консервами, поднятыми на лоб.
– Неплохо, – вынужден был признать Кривошип. – А как насчет оружия?
Джексон поднял с земли длинный брезентовый чехол и извлек из него РПСРЗО – ручную переносную систему ракетного залпового огня – «Батыр».
– Солидно! – едва ли не с завистью цокнул языком Шатун.
А Кривошип подошел к Майклу поближе и, проведя кончиками пальцев по вороненому цилиндру, в который были запрятаны шесть вращающихся стволов, поинтересовался:
– Где брал?
– У прапорщика на КПП, – ответил Джексон.
– Почем?
– Что? – не понял Майкл.
– Сколько заплатил, спрашиваю.
– А, семьсот двадцать три.
– С полным боекомплектом?
– И два запасных в подарок.
Кривошип глянул на Шатуна. Тоскливо.
– А мне Ректор неделю назад точно такой же за две штуки загнать пытался. Правда, новенький, не юзанный, в масле еще. Но, – Кривошип с сожалением развел руками. – За две штуки.
– Так то ж Ректор, – усмехнулся Шатун. – Он знает, что ты к прапору на КПП не пойдешь. Вернее, не дойдешь – пристрелят, как только в прицел поймают.
– А интересно, если через интернет-магазин заказать? – задумался Кривошип. – Чтобы, скажем, в бар к Суициду доставили. Как думаешь, привезут?
– Привезти-то они, может, и привезут. Только прикинь, во что тебе доставка обойдется?
– Верно, – подумав, согласился Кривошип. – Дешевле у Ректора взять.
– Так вы меня с собой возьмете? – с надеждой спросил Майкл Джексон.
Сталкеры в очередной раз переглянулись. Невербальный способ общения давно уже стал для них привычным. Они понимали друг друга не то что с полуслова, а с полувзгляда.
– Берем, – кивнул Кривошип.
– Yes! – Майкл Джексон вскинул правую руку вверх и снова крутанулся на пятке.
Когда же он по привычке попытался сдвинуть на нос летный шлем, кончик носа отвалился. Но Майкл успел поймать его и ловко прилепил на место. Похоже, с ним такое случалось не впервой.
– Ты это брось, – строго глянул на Джексона Кривошип.
– Что? – не понял Майкл.
– На месте вертеться. А то, не ровен час, в ловушку угодишь. Это тебе Зона, а не какой-нибудь Мэдисон, понимаешь, Сквер Гарден.
– Понял. – Майкл схватил в одну руку рюкзак, в другую – «Батыра» и замер, будто восковая кукла из музея мадам Тюссо.
– Значит, так, – щелкнул пальцами Шатун. – Идем быстро, говорим мало. Любой приказ выполняется быстро и точно. Будешь рассуждать и задавать вопросы – долго не проживешь. Зона – она шибко умных-то не любит. Понятно?
– Конечно!
– Тогда держи! – Шатун бросил Джексону свой рюкзак и, закинув автомат на плечо, бодро, налегке зашагал вперед.
– Ты молодец, Майки, быстро соображаешь. – Кривошип вручил Джексону свой рюкзак и пошел следом за Шатуном.
Майкл быстро-быстро засеменил тонкими ножками. Как будто собирался по-спринтерски рвануть со старта, но никак не мог найти точку опоры для первого толчка.
– Эй… Постойте!..
Он закинул свой рюкзак за спину, на правое плечо повесил рюкзак Кривошипа, на левое – Шатуна, сверху «Батыра» кинул и довольно-таки резво потрусил догонять сталкеров.
– Эй!.. Братки-сталкеры!..
– Чего тебе? – не оборачиваясь, буркнул Шатун.
– А… Можно спросить?
– Валяй, спрашивай, – благосклонно кивнул Кривошип.
– Почему я ваши вещи тащу?
– Так уж заведено.
– Правда?
– Конечно. Мы с Шатуном сталкеры бывалые, не первый год Зону топчем. А ты тут давно?
– Нет.
– Ну, так, значит, тебе полагается наши рюкзаки таскать.
– Почему? – снова ничего не понял Джексон.
– Про дедовщину слышал? – искоса, через плечо глянул на него Шатун.
– О! Да! Про дедовщину слышал! Много слышал!
– Ну, так вот это она и есть.
Джексон сдвинул выщипанные брови.
– Теперь, кажется, я начинаю понимать…
– Ну а я тебе чего говорил? – ткнул приятеля локтем в бок Кривошип. – Сообразительный парнишка-то!
– Ничего себе, парнишка, – криво усмехнулся Шатун.
– Да, ладно, не придирайся к словам!
Слева от тропинки, по которой они шли, в кустках кто-то заворочался. Сталкеры сняли оружие с предохранителей и замерли. Джексон тоже было потянулся за «Батыром», да бросил, сообразив, что, прежде чем он приведет свою пушку в боевую готовность, все уже будет кончено.
Из кустов вылез человек. Невысокого роста, одетый так же, как все вольные сталкеры, в перемазанный грязью пыльник с капюшоном и крапчатые армейские штаны. Шатун поднял свой «ПП-2000» и аккуратно всадил пулю точно между глаз незнакомцу. Раскинув руки, как в полете, человек замертво упал на спину.
– Ты что сделал? – взвизгнул Джексон.
– Чего орешь? – непонимающе посмотрел на него Шатун.
– Ты!.. – Джексон ткнул пальцем в свежий труп на земле. – Ты человека убил!
– Не, – качнул головой Шатун. – Это был зомби.
– Да? – Майкл несколько успокоился. – А чем он от человека отличается?
Шатун в задумчивости поскреб ногтями небритую щеку.
– Да практически ничем.
– Как же ты догадался, что это зомби, а не человек?
– Ну, для этого, Майки, сталкер должен особое чутье иметь, – расплылся в самодовольной улыбке Шатун. – Нет у тебя чутья – значит, не сталкер ты. Съест тебя Зона. Может, не сразу, но съест. Непременно.
– Знаешь, Шатун, – подал голос Кривошип. – Мне кажется, ты Сосо пристрелил.
– Ну, да, – не стал спорить Шатун. – Похож на Сосо… Может, он и есть.
– А кто такой Сосо? – спросил Джексон.
– Разведчик «Патриотов», – ответил Кривошип. – Ежели «Патриоты» узнают, что мы их разведчика пристрелили, нам на их территорию лучше не соваться.
– Да ладно тебе, – недовольно поморщился Шатун. – Он, может, и Сосо, а все равно зомби.
– Может, закопаем? – предложил Кривошип. – От греха-то…
– Только время попусту терять, – махнул рукой Шатун. – Как стемнеет, семихвостые кошки-мутанты набегут, враз все сожрут.
Тропа спускалась вниз по пологому склону. Оттого и идти было легко. Вот только ближе к полудню, когда солнце пригрело, псевдослепни стали досаждать. Пришлось сталкерам опрыскаться репеллентом и накинуть на головы сетки.
– Обрати внимание, – тихо, чтобы шагавший позади них Джексон не услышал, произнес Шатун. – Майки без сетки идет, а слепни его не кусают.
– Так у него ж рожа наштукатурена, как у балерины, – усмехнулся Кривошип. – И косметикой от него за версту разит.
– Думаешь, поэтому?
– А почему ж еще?
Шатун ничего не ответил. Но молчание его было настолько многозначительным, что становилось ясно, у сталкера на сей счет имелось свое, иное мнение.
Начало уже вечереть, когда они покинули территорию, где почти все ловушки были помечены вешками обнаруживших их сталкеров – где ботинок, где согнутый автоматный ствол, где рука оторванная. Дальше простирались дикие земли, каждый шаг по которым был смертельно опасен.
Кривошип достал из кармана пакетик монпансье, раскрыл его и протянул Шатуну. Тот двумя пальцами взял одну конфетку и положил ее в рот.
– Лимонная, – довольно улыбнулся Шатун.
– Я знаю, какие тебе нравятся, – смущенно улыбнулся в ответ Кривошип.
– Эй, Майки! – окликнул Джексона Шатун. – Иди-ка сюда… Бросай рюкзаки, дальше каждый свой сам понесет… Теперь смотри внимательно. Видишь? – он показал Джексону зажатую меж пальцев конфету. – Сейчас я кину конфету, а ты пойдешь точно туда, куда она упадет. Понял?
– Не очень, – честно признался Джексон.
– Чего ты не понял? – тяжело вздохнул Шатун.
– Почему бы тебе просто не дать мне конфету?
– Я не конфетами тебя угощаю, долбень! Я дорогу нам прокладываю! Усек?
– Ах, вот оно что! – улыбнулся просветленно Джексон. – Значит, конфеты собирать не надо?
– Ну, это уж, как знаешь.
Шатун еще раз показал Майклу конфету, а затем кинул ее далеко вперед.
Вытянув шею, Джексон проследил взглядом траекторию полета монпансье.
– Ну, и чего мы стоим? – Шатун кинул другую конфету себе в рот.
– Э-э-э… – неуверенно протянул Джексон. – Мне кажется, я потерял из виду то место, где упала конфета…
– Ты чо, с дуба рухнул, Майки! – как коршун налетел на Джексона Кривошип. – Ты чо, думаешь, у меня рюкзак конфетами набит!
– Э-э-э… А вы не пробовали вместо конфет использовать гайки?
Сталкеры переглянулись.
– Он нас, что, за дураков держит?
– Похоже на то.
– Нет-нет, вы меня не так поняли!.. – возбужденно запрыгал на месте Джексон.
Так резво, что у него снова отвалился кончик носа. А следом за ним и солнцезащитные очки сползли на подбородок. Майкл поймал нос и прилепил его на место. Но, пока он еще не пристроил на нос очки, Шатун успел увидеть его глаза – белесые, будто пылью присыпанные. Как у вареного окуня. Или у мертвеца.
– Гайки, Майки, они, между прочим, железные, – менторским тоном произнес Кривошип. – У Суицида кило гаек стоит полторы сотни. А кило монпансье – всего двадцатку. И их, в отличие от гаек, есть можно. Чувствуешь разницу?